Цветок для ледяного дракона - Екатерина Жданович

к той дороге, по которой приехали, вдруг тихо незлобно ругнулся и поморщился. Я повернулась, чтобы тут же едва не закаменеть. Карету я узнала. Черная, нарядная, с серебром герба. Алита?

— Только не сейчас, — прошептал Дармир, не замечая, как я все сильнее сжимаюсь.

Карета остановилась как раз возле нас. Лошади зафыркали, кучер доброжелательно поздоровался, и тогда дверца открылась, продемонстрировав нам… склонившуюся к выходу пожилую леди.

— Мэр, ну где же вы ходите! Какая прелестная леди! Я вас ищу, у меня очень важное донесение.

Я хлопала ресницами, не в силах ничего понять.

— Леди Диэна, рад вас видеть. Простите, праздник съедает все мое время. Пришел, видите ли, проверить украшение площади.

— Это хорошо, это важно, — согласилась старушка, кивая на слова Дармира. — Но, мэр, вы видели, как украсили нашу ратушу! Я говорю вам, тот, кто это сделал, явно не имеет вкуса! Он испортит людям праздник!

Я хихикнула. Ратушу мы только что посетили, и она была прекрасна! Дармир вежливо улыбнулся, но могу поклясться, очень старался сдерживать такой же глупый смешок.

— Я проверю, леди Диэна.

— Славно. И снег! Улицу Трех монахов очень плохо чистят, а у Ковальной сугробы уже закрывают окна первых этажей.

— И снег. Его я тоже обязательно проверю, леди.

— Вы прекрасный мэр. Снейлу очень повезло с вами! — благосклонно кивнула старушка, протянула Дармиру руку. Тот осторожно коснулся ее губами и закрыл дверцу.

Карета покатила дальше, будто и не было ее.

— Что произошло? — недоуменно уточнила я, следя, как скрывается та за поворотом.

— Что ж, вы познакомились с одной из наших достопримечательностей. Леди Диэна Радмир, самая ответственная из жителей Снейла. Не проходит и дня, чтобы леди лично не доложила мне о каком-либо нарушении, — невыносимо грустно проговорил Дармир. Только улыбка на губах и смешинки в глазах показывали, как он относится к своим словам.

— И тогда у мэрии тоже была она? — сдавленно от охвативших эмоций уточнила я.

— И тогда, и днем ранее, и на следующий день.

Я хихикнула и замерла, переваривая произошедшее. Вот же глупая клуша! Вот же бестолковая женщина! Надо было сразу его расспросить, надо было все узнать, а не морочить себе голову. Это же надо, так себя загнать из-за собственной больной фантазии. Глупая, глупая, глупая.

Я весело рассмеялась. Эмоции били ключом. Я была счастлива! По-настоящему. Грудь распирало от любви к этому красивому, смелому и главное, честному! — мужчине.

Не выдержав, я взвизгнула и бросилась Дармиру на шею. Тот вскинул удивленно брови, но момент не терял. Обхватил за талию и поймал мои губы поцелуем.

Глава 37

Я зажмурилась и наслаждаласьпоцелуем. Его губы были теплыми, мягкими и настойчивыми, онисмывалипоследние тени сомнений. Он пах снегом и нежностью. Руки Дармира крепко обхватили мою талию, прижимая так близко, что сквозь шубу я почувствовала ровное биение его сердца. Мое же отплясывала джигу. Я обвила его шею руками, запустила пальцы в мягкие волосы у висков и ответила на поцелуй со всей страстью. Во всем теле разлилось сладкое, томное тепло, от макушки до кончиков пальцев, будто я пила самый крепкий и сладкий глинтвейн. Я больше не думала. Я просто чувствовала его тепло, вкус и силу, а еще свою безумную радость.

Дармир отстранился первым, теплое дыхание опалило кожу, образовывая маленькое облачко на морозном воздухе.

— Белинда, — его голос был низким и хрипловатым от эмоций. — Это… неожиданно. Приятно, но неожиданно. Что случилось?

Я открыла глаза. На губах играла дурацкая, широкая, неконтролируемая улыбка.

— Просто взяла от жизни то, что хочется, — прошептала я, еще не отпуская дракона. — Так уж повелось у нас, у глупых южанок. Не умеем копить в себе эмоции. Взорвались и свободны.

Дармир покачал головой, и во взгляде мелькнула лукавая нежность, что сводила меня с ума.

— Глупая? Нет. Никогда. Ты самая умная женщина, которую я знаю. Мудрая чувствами и сердцем. И просто самая красивая, — он сказал это так тихо и серьезно, что в животе запорхали бабочки.

Пальцы Дармира коснулись моего лица, убрали непослушную прядь волос, ладонь задержалась на щеке. И снова он поцеловал. Уже не страстно, а нежно, бесконечно бережно, как будто запечатывая только что сказанные слова. Я полностью растаяла в этом прикосновении. Не сопротивлялась. Не могла и не хотела. Я просто отдалась потоку счастья, которое наконец-то вырвалось на свободу.

Когда мы снова разомкнули губы, я прижалась к плечу, а он обнял, укрыв от мира. Я выглянула из-под его руки, оглядывая площадь. Веселые огни гирлянд, смеющиеся пары на льду, запах свежей выпечки и сладкого горячего шоколада. Все казалось теперь другим. Ярче, живее, роднее. Это был чужой город. И теперь он становился и моим. Скоро Новый год. Новая жизнь. Жизнь, в которой есть Дармир. Его твердая рука, лукавая улыбка, забота, поцелуи. Темная полоса беспамятства и страха позади. Впереди только счастье.

Я прижалась еще сильнее, вслушиваясь в размеренный стук сердца. Дармирбыл опорой, а скорее самой чистой любовью в этой снежном городе.

— Ты дрожишь, — внезапно озаботился Дармир, его руки несколько раз прошлись по моей спине согревая. — Или это я? В любом случае, здесь слишком ветрено. Ты замерзнешь, моя южная орхидея.

Я звонко рассмеялась. Ничуть не стесняясь привлечь внимание. Откинула голову, чтобы видеть лицо Дармира, его чуть нахмуренные брови, полные искренней заботы глаза.

— Замерзнуть? Рядом с тобой? — я игриво ткнула пальцем в широкую грудь. — Ледяной дракон, как я погляжу, согревает куда лучше и надежнее, чем наше капризное южное солнце. От тебя такое тепло идет… живое.

Он фыркнул, но в глазах засветился довольный огонек. Дармир поймал мою руку и поднес к губам, оставив на тыльной стороне ладони горячий поцелуй, который разлился по венам приятной волной.

— Тогда, может, продолжим греться в более подходящем месте? Я знаю один ресторанчик неподалеку. Там потрясающе готовят жареного кабана с брусничным соусом и подают глинтвейн, от которого по-настоящему теплеет душа. Позволь угостить тебя обедом.

Мысль о теплой, уютной атмосфере, вкусной еде и о компании драконазаставила сердце взлететь еще выше.

— С огромным удовольствием! — воскликнула я, позволяя ему взять меня под руку и повести по заснеженной мостовой.

Возбуждение от прошедших минут все еще бурлило внутри, выплескиваясь наружу потоком слов.

— Знаешь, пока мы гуляли, я все думала о своих грядках. В оранжерее просто чудо! Укроп уже такой пушистый, что загляденье, зеленый лук тянется к стеклу и радуется солнцу. Петрушка, кажется, соревнуется с укропом. Кто пышнее. Уже совсем скоро смогу сделать первые срезки для продажи!

Я сияла, глядя на него, делясь