Квест по мирам с принцем обмана - Анна Бахтиярова

будто на экране в кинотеатре, фиксируя мгновенья. Вот Винсент делает рывок. Вот два охранника бросаются следом и тянут к нему руки. Вот они все трое падают на каменную дорожку. Винсент — лицом вниз, охранники сверху.

— Вы же его угробите! — закричала я, кидаясь к брату, о существовании которого еще недавно не подозревала.

Меня никто не пытался удержать. Быть может, Сивилла сделала некий знак.

Несколько метров, что я преодолела в пару прыжков, совпали по времени с действиями охранников. Они перевернули Винсента, и я увидела широко распахнутые глаза, смотрящие в никуда. А из разбитого виска по лицу сочилась кровь.

— Нет… — выдохнула я, падая на колени. — Не может быть…

— Он же не мертв? — встревожилась Сивилла, подавшись вперед в кресле.

— Мне очень жаль, леди Гарт, — пробормотал охранник растерянно. Такого исхода никто не ждал.

— Проклятье! — выругалась она. — Черти б вас побрали! Я же не желала ему смерти!

Мои зубы заскрежетали. В буквальном смысле.

Не желала она, ага…

Я продолжала смотреть на мертвое лицо брата, в голове стучал молот. Там пока не желала укладываться мысль, что Винсента больше нет. Из-за попытки меня защитить. Но к горлу уже подступал вопль, а по венам разливались ненависть и ярость.

«УБИЙЦЫ!»

Именно это слово жаждало вырваться наружу. Но получился просто крик. Столь громкий и душераздирающий, что я сама чуть не оглохла. Почудилось даже, что земля содрогнулась. Несколько раз…

Или не она.

Кажется, что-то просто об нее ударилось.

— Безумная! — крикнула Сивилла.

Я посмотрела на нее сквозь пелену слёз и… ужаснулась.

Охранников вокруг не осталось. Все они лежали кто на дорожке, кто на земле в нелепых позах, будто сломанные игрушки, и под каждым телом расширялись алые лужи…

— Что ты натворила? — прошипела Сивилла яростно. — У них всех были семьи! Ты детей без отцов оставила!

— Я… я…

Слов не было. Ни одного. Только ужас, ведь пальцы нащупали на шее цепочку с черным камнем в золотой оправе. Медальон разрушителей снова проявился и… похоже, убил всех вокруг. Кроме Сивиллы.

— Не пытайся повторить трюк, — потребовала она жестко, глядя на мою руку, касающуюся цепочки. — У меня есть защита от этой гадости. Ох, зря я пощадила тебя ребенком. Особенное отродье Холлиана — априори убийца!

В другой момент я бы съязвила. Тоже мне чистенькая нашлась!

Но слова, по-прежнему, не шли. Не сейчас, пока я стояла на коленях рядом с мертвым Винсентом. В окружении тел дюжины охранников, которых убила.

— Пора с этим заканчивать, — Сивилла резким движением завернула манжет, и там что-то блеснуло. Брошь или украшенная камушками булавка.

Стерва что-то шепнула и направила украшение в мою сторону. Глаза мгновенно обожгло, а виски взорвались болью. Я вскрикнула, но в тот же миг всё прекратилось. Чьи-то сильные руки дернули меня в сторону — из-под воздействия побрякушки Сивиллы.

— Куда ты делась?! — завопила стерва. — А ну, вернись!

А я уставилась на запыхавшегося от быстрого бега принца. Он одной рукой вытер пот со лба, а второй потянул меня, чтобы вставала.

— Надо убираться, лапуль. Старая грымза будет бить во все стороны подряд. Тот факт, что она тебя не видит — не стопроцентная защита.

Сил сопротивляться и что-то спрашивать не было. Я просто подчинилась. Позволила принцу поднять меня на ноги и повести прочь от орущей дурным голосом Сивиллы. К ней неслись новые охранники. Промчались мимо нас, не заметив ни принца, ни меня. Я вспомнила, что так уже бывало. Пока невидимый для всех принц меня касается, я тоже исчезаю для всех.

— Ты умеешь управлять этой штукой?

— Что? — я не сразу поняла, что мой спутник об автомобиле, отличавшемся формой от тех, что я привыкла видеть в своем времени. Он был овальный и… полупрозрачный. Очень странное стилистическое решение. Но сейчас это была совершенно незначительная деталь. Я отметила ее мимоходом.

— Ладно, я сам. Ну же, лапуль, садись. Нужно поскорее добраться до Жемчужины Ронды.

В голове взрывались фейерверки, и я, сидя на пассажирском месте, просто следила за действиями принца. Он выставил ладонь вперед, и из нее вырвались голубые всполохи и коснулись панели. Руль тут же крутанулся сам по себе, и автомобиль помчался прочь от дома Сивиллы без нашего участия.

— Прости, что опоздал лапуль. Я зацепился магией за фургон, в котором ты уехала. Но по дороге сорвался. Здесь мои силы не всегда работают, как надо. Пока искал твой след, пока добирался на своих двоих, плохое успело случиться.

— Так ты был на набережной? — спросила я. Язык вдруг развязался.

— Я скрывался. От тебя. Думал, нужно время, чтобы ты… хм… остыла.

— Шпионил?

— Присматривал. Думала, я, правда, оставлю тебя одну в изменившемся мире? Жаль, что всё так обернулось. Бродяга, похоже, переместился. За тобой. Я еще раньше понял, что в нем есть кровь разрушителей. Но он был сломан. Да и не почувствовал я в нем подобного потенциала. И что его дернуло рвануть за тобой?

— Почувствовал опасность. Для меня. Он… он… мой брат.

— Что? — принц так впечатлился, что перестал использовать магию для управления автомобилем, и тот резко остановился. Хорошо еще, что за нами никто не ехал, а то бы без аварии не обошлось.

— Не смотри так. Я не знала. До сегодняшнего дня. И вообще… не хочу говорить. Ни о чем.

— Ладно, — пробормотал принц и снова заставил авто тронуться в путь.

Я обняла себя руками, ощущая пустоту в душе. Из-за потери брата, которого так и не узнала. О другом — о том, что стала массовой убийцей — я пока думать не могла. Это было слишком. Мой разум не был готов это принять. Я просто смотрела в окно. На море, вдоль которого мы ехали. Для него ничего не изменилось. Что такое полвека для невероятной водной глади? Волны накатывается на берег, как и раньше, не замечая перемен и катастроф.

…Принц остановил автомобиль, не доезжая до скалы, на которой высился замок. Выбрал безлюдный переулок за квартал до Жемчужины Ронды.

— Нам повезло, что никто не заметил транспортное средство, путешествующее без водителя и пассажиров, — он взял меня за руку и мы пошли к скале. Завернули на пешеходную улицу, старательно обходя туристов и торговцев. Не хватало еще в кого-то врезаться. Мы невидимы, но всё же осязаемы. — Когда вернемся в круглую комнату, нужно все обдумать, лапуль. Если хочешь передохнуть и собраться с мыслями, хорошо. Но потом… Потом придется обсудить план действий.

— А что обсуждать? — я чуть истерически не расхохоталась. — Мой дом — уже не мой дом. Твой дом, видимо, тоже.