Волков: Мне нельзя тебя любить - Яна Марс

не знаю никакой Алисы, — сказала она ровно. — Я никогда ее не видела, никогда с ней не общалась. Мои отношения с Константином Лебедевым закончились. И это не имеет никакого отношения к его дочери.

— Закончились? — переспросил высокий с усмешкой. — А чего это вдруг?

— Это личное.

— Личное, — протянул второй. — А может, вы его прикрываете? Может, вы вообще в курсе всех его делишек?

Аня медленно поднялась из-за стола. Голос ее звучал как лед.

— У меня нет информации об Алисе Лебедевой. Я не знаю, где она, чем занимается, с кем общается. Мои отношения с ее отцом — мое личное дело. И если у вас нет официального запроса или постановления, я попрошу вас покинуть мой кабинет.

— Вы не поняли, — начал второй, шагнув вперед.

— Это вы не поняли, — перебила Аня, и в голосе ее зазвенела сталь. — Я управляю крупной логистическом компанией. У меня работают бывшие военные, сотрудники ФСБ на пенсии и лучшие юристы в области. Если вы хотите продолжать этот разговор — приносите постановление. А пока — до свидания.

Она указала на дверь. Жест был властным, не терпящим возражений.

Мужчины переглянулись. Высокий поднялся, поправил пиджак.

— Мы еще вернемся, — пообещал он.

— Буду ждать, — ответила Аня.

Дверь закрылась. И только тогда она позволила себе выдохнуть. Села в кресло, прикрыла глаза. Руки дрожали. Внутри все колотилось.

— Господи, — прошептала она. — Что это было?

Она сидела неподвижно, переваривая услышанное. Она достала телефон, набрала внутренний номер.

— Игорь, зайди.

___

Начальник службы безопасности вошел через несколько минут.

— Слушаю, Анна Викторовна.

— Только что здесь были двое, — сказала она. — Сказали, из полиции. Искали информацию на Алису Лебедеву, дочь Константина. Сказали, что вышли на меня через связь с ним.

Игорь нахмурился.

— Удостоверения показали?

— Да. Вроде настоящие. Но что-то не так. Они не столько спрашивали, сколько давили.

— Понял, — кивнул Игорь. — Пробью.

Он уже развернулся, но Аня остановила его.

— И еще, Игорь. Помнишь, ты следил за Константином?

— Помню.

— Мне нужно больше. Не только за ним. За всей семьей. Особенно за дочерью — Алисой. Что с ней, где она, почему ее ищут. И кто эти люди, которые сегодня приходили.

Игорь посмотрел на нее долгим взглядом.

— Анна Викторовна, это может быть опасно. Если они вышли на вас через Константина, значит, вы теперь в зоне внимания. Ввязываться в это...

— Я знаю, — перебила Аня. — Но я должна понимать, что происходит. Эти люди знают про меня. Знают про мои отношения. Если они вернутся, я должна быть готова.

Игорь кивнул.

— Сделаем.

Он вышел, а Аня осталась одна. Смотрела в окно на город, на людей, которые спешили по своим делам, и думала.

Думала о том, как странно устроена жизнь. Она хотела забыть Константина, вычеркнуть его, выкинуть из головы. А теперь судьба снова сводит ее с его семьей. С его дочерью, о которой она ничего не знала. С проблемами, которые к ней не имеют никакого отношения.

Глава 36

Москва, июнь 2025 года.

Алиса проснулась от звука голосов в гостиной. Мишка еще спал, разметавшись на кровати и прижимая к себе Рекса, а она на цыпочках выскользнула в коридор, чтобы узнать, что происходит.

— Витя! — закричала она, увидев брата, и бросилась ему на шею.

— Сестренка! — он подхватил ее, закружил, и на секунду Алиса снова почувствовала себя маленькой девочкой, которую старший брат защищает от всех бед. — Ну как вы тут?

— Отлично! — она отстранилась, разглядывая его. — Ты похудел. Практика замучила?

— Есть немного, — усмехнулся Витя. — Но я сдал первую часть досрочно и рванул к вам. Соскучился!

Из кухни вышел Тигран с чашкой кофе, кивнул другу.

— Я говорил, что он приедет, — сказал он Алисе. — Ты не верила.

— Я думала, он еще не скоро освободится, — Алиса сияла. — Это такой сюрприз!

— Ладно, давайте завтракать, — Тигран махнул рукой в сторону кухни.

Они уселись за стол. Витя жадно набросился на яичницу, Алиса пила кофе, а Тигран сосредоточенно изучал что-то в телефоне, но краем глаза следил за разговором. Алиса ловила себя на том, что то и дело поглядывает на него.

— Слушайте, — вдруг сказал Витя с набитым ртом, — а чего мы в четырех стенах сидим? На улице лето, Москва, красота! Может, есть возможность выбраться куда-нибудь?

Алиса замерла, опустила чашку.

— В парк, например? — продолжал Витя. — Погода шикарная. Я в Москве почти не был, хочется посмотреть.

— Я не знаю, — Алиса посмотрела на Тиграна, и в глазах ее мелькнула тревога. — А это не опасно?

Тигран отложил телефон, посмотрел на нее внимательно. В этом взгляде было столько спокойной уверенности, столько тихой силы, что у Алисы сразу отпустило напряжение в груди.

— Вызовем такси и поедем в центр, — сказал он. — Там людей много, безопасно. А если что — я рядом.

— Точно? — переспросила она, и в голосе ее звучала такая надежда, что у Тиграна чуть дрогнули уголки губ.

— Точно.

Витя переводил взгляд с одного на другого и довольно ухмылялся. Алиса заметила эту ухмылку и нахмурилась:

— Чего лыбишься?

— Ничего, — Витя сделал невинное лицо. — Давайте собираться!

___

Через час они уже выходили из подъезда. Мишка скакал впереди, держа за руку Витю и без умолку болтая. — А там есть жирафы? А мы пойдем к жирафам? А к тиграм?

— Сегодня в парк, малыш, — объяснял Витя. — А в зоопарк сходим в другой раз.

— А в парке есть мороженое? А можно мне два? — деловито осведомился Мишка.

— Посмотрим, — уклончиво отвечал Витя и подмигнул Алисе.

Мишка удовлетворенно кивнул и поскакал дальше, таща Витю за собой. Алиса с Тиграном шли чуть позади.

— Ты как? — спросил Тигран негромко, чтобы Витя не слышал.

— Волнуюсь, — честно призналась Алиса. — Первый раз выхожу... надолго. За все это время.

— Я рядом, — повторил он. И эти два слова значили для нее больше, чем любые обещания.

Такси приехало быстро. Алиса села вперед, чтобы Мишке было удобнее сзади с дядей. Тигран устроился рядом с Витей, и они о чем-то заговорили вполголоса — наверное, о своих мужских делах. Алиса не вслушивалась, она смотрела в окно.

Машина петляла по московским улицам, и Алиса смотрела на город, который когда-то стал для нее тюрьмой. Здесь, в этой огромной Москве, она потеряла себя — поверила не тому человеку, позволила запереть себя в клетке, разучилась дышать. А теперь, глядя на те же улицы, те же дома, те же проспекты, она чувствовала что-то другое. Город был просто городом — огромным, шумным, но не страшным. Потому что рядом были люди, которым она доверяла. Потому что рядом был