Жена – калека дракону (не) нужна - Кристина Юрьевна Юраш

— Знаешь, мама, — произнесла я. — Я сделаю всё, чтобы не вернуться сюда.

— А куда ты денешься? Подумай сама. Сейчас герцог ввалит в твое лечение кучу денег, оно не поможет. И кому ты будешь нужна, калекой? — произнесла мама. — Только мне.

— О, тебе я точно не нужна. Если ты думаешь, что будешь распоряжаться деньгами, которые достанутся мне при разводе, ты глубоко ошибаешься! — выпалила я.

— Ты ничего не можешь без посторонней помощи. А значит, тебе потребуется опекун. А без него слуги быстро растащат все твои драгоценности, все твои деньги. И ты останешься одна. Среди голых стен, полным банкротом! — гордо произнесла мать.

— С тобой, как мне кажется, банкротом я стану намного раньше.

Мелли уложила меня на низкую подушку, а вторую, бесполезную, обшитую дорогим кружевом, прислонила к изголовью, как декорацию.

— Я знаю, что кружево колется. Поэтому она полежит рядом, — прошептала Мелли мне на ухо.

Сверху меня накрыли тяжёлым кремовым покрывалом с серебряными цветами. Оно давило на ноги, хотя я почти не ощущала веса. Почти.

— Красиво, — решила мама, отступив на несколько шагов и склонив голову набок, оценивая эффект. — Теперь надо ее протереть… И да, причеши её. Распусти волосы, пусть лежат живописно.

— Не нужно, — сказала я.

— Нужно.

— Я жду врача, а не жениха.

— Одно другому не мешает. Тем более теперь ты действительно невеста.

Это слово прозвучало так радостно, так по-хозяйски, что меня передёрнуло. Мама уже мысленно выбирала платья, принимала поздравления и рассказывала знакомым, как удачно, как гениально устроила судьбу младшей дочери.

Мелли села рядом на край кровати и начала осторожно расчёсывать мои волосы. Она делала это медленно, разбирая пальцами каждый узел, стараясь не дёргать.

— Я так рада за вас, — прошептала она, когда мама отошла к окну, выискивая взглядом карету. — У вас появился шанс…

— Не радуйся раньше времени, Мелли, — выдохнула я, вспоминая, сколько надежд оказалось напрасными. Сколько раз такое уже было, что вот-вот всё наладится, а потом стремительно катилось в пропасть.

— Но ведь магистр приедет. Герцог обещал.

— Герцог обещал оплатить лечение. Это не одно и то же, — вздыхала я.

— И он выполнит обещание. Вы же видели, как он говорил. Как он смотрел на вашу мать.

— Я видела, как он смотрел на меня, когда решил, что я торгуюсь за свою жизнь, — поправила я, вспоминая его тяжелый, полный презрительного высокомерия взгляд.

Мелли замолчала, аккуратно укладывая прядь на кремовую наволочку.

— Всё равно выполнит, — упрямо повторила она. — Такой человек… Он не бросает слов на ветер.

Я посмотрела на дверь. Мне хотелось верить ей. Хотелось услышать стук колёс, увидеть старого магистра с дорожной сумкой, почувствовать над спиной сильную, тёплую целительную магию и наконец узнать правду. Не утешение. Не осторожное «иногда случаются чудеса». Правду. Остался ли у меня шанс? Или каналы уже угасли, и я навсегда осталась в этом теле-тюрьме?

Глава 61

Мама вернулась к кровати, поставила на столик новую тарелку с горячим бульоном и аккуратно разложила рядом ложку, крахмальную салфетку и ломтик хлеба.

— Попробуй съесть немного. Хотя бы пару ложек.

Я посмотрела на неё.

— Что?

— Я сказала: поешь. Ты должна выглядеть лучше. Цвет лица ужасный.

— Ты думаешь, цвет лица исправится за несколько минут?

— Не начинай, Флорис! — раздраженно произнесла мама.

Она налила воду в чистый хрустальный стакан и подвинула ближе. Всё выглядело так, словно меня кормили трижды в день, меняли постель каждое утро и ни на минуту не оставляли одну.

Только стены продолжали пахнуть сыростью и пылью. А моё тело помнило каждую ночь, каждый час, проведённый в липком страхе попросить о помощи.

Внизу послышался тяжёлый, глухой стук двери. Затем звук шагов.

Я замерла.

Мелли выронила гребень на пол.

— Приехал, — прошептала она.

Внутри всё похолодело и одновременно сжалось в тугой узел.

— Посмотри, Мелли, — выдохнула я.

Мелли бросилась к окну, отдёрнула край тяжёлой портьеры и прижалась лицом к стеклу.

— Карета стоит у крыльца. Тёмная. Без герба на дверце, но… Боги, какая карета. Она… Она огромная!

— Врач?

— Не вижу. Дверца открылась, но никто не выходит.

Внизу загремели мужские голоса. Кто-то отдавал короткие, рубленые распоряжения. По ступеням тяжело внесли что-то большое. Скрипнула кожа, звякнул металл.

Мама сорвалась с места, поправляя на ходу причёску.

— Мелли, поправь покрывало! И подушку! Нет, не эту сторону, другую! Флорис, не лежи с таким лицом. Убери с лица слёзы.

— А с каким лицом следует встречать врача?

— Хотя бы не с таким, будто тебя хоронят!

Она подлетела к двери, разгладила юбку, проверила своё отражение в тёмном стекле старого шкафа и распахнула дверь, изображая гостеприимную хозяйку.

— Господин магистр! Мы так вас ждали! Прошу, входите, не стойте на сквозняке…

Ответа я не услышала.

Мама замолчала. Тишина в коридоре стала звенящей, неестественной.

Через несколько секунд в дверях появился герцог Эдельгейм.

Он снова был в чёрном пальто и перчатках, словно между его отъездом и возвращением прошло не больше минуты. Только волосы слегка намокли от дождя, а на плечах блестели мелкие капли, ловящие свет лампы. От него пахло холодным воздухом, мокрой шерстью и озоном.

За ним, чуть поодаль, стоял сухой седой мужчина в строгом костюме, с кожаной папкой под мышкой.

Ещё дальше, в коридоре, виднелись двое слуг в тёмно-синих ливреях. Между ними стояли широкие жёсткие носилки с ремнями и металлическими вставками.

Надежда во мне споткнулась, больно ударившись о рёбра.

— А врач? — спросила я. Голос предательски дрогнул. Я не успела даже поздороваться.

Глава 62

Герцог посмотрел на меня.

Потом его взгляд скользнул по свежей простыне. По кружевным подушкам. По дорогому кремовому покрывалу. По дымящемуся бульону и полному стакану воды. Его глаза задержались на всём этом чуть дольше, чем следовало, и в них мелькнуло что-то тёмное, насмешливое и холодное. Он всё понял. Он понял, что это декорация.

Мама улыбнулась, расправляя плечи.

— Как видите, ваша светлость, мы успели привести комнату в порядок. Флорис ни в чём не нуждается. Я лично проследила, чтобы…

— Где врач? — перебила я, глядя только на него.

— Магистр Вейрен ждёт вас в моём