Ученица Тирана в Академии Ёкаев - Хэля Хармон

потерявшую сознание Лаису. Студент Корё, кашляя и отплёвываясь, цеплялся за спину своего, теперь уже спокойного мизучи. Кажде что-то колдовал на берегу. Кажется, успокаивал высокие волны.

Но Мэйлин нигде не было.

— Мэйлин. Она… — вздохнула я.

Айрон окинул взглядом водную гладь. Его чёрные глаза, казалось, видели сквозь толщу. И вдруг наставник растворился в воздухе!

Мой дракон поплыл к берегу. И сколько бы я не оглядывалась — не видела Айрона.

Вот уже я ступила на твёрдую землю. Зверей опустил Лаису на траву и кажется собрался ей делать искусственное дыхание, но ещё раньше она закашлялась, приходя в себя. Корё выжимал верхнее кимоно… Каэде уже раздавал пострадавшим укрепляющее зелье.

Я стёрла капли с лица, вглядываясь в озеро.

Я искала взглядом Айрона.

И тут вода вздыбилась

И наставник вышел из озера. Но он был полностью сухой! В отличии от Мэйлин, которую нёс на руках. Она, кашляя, цеплялась за него слабой рукой. Свет солнца озарил их силуэты золотом.

Пульс бешено застучал в моих висках.

Это было — будто сцена из романтической книги.

Главный герой спасает главную героиню.

И хотя я была рада, что с Мэйлин всё в порядке… боль удавкой пережала горло.

Глава 12

Глава 12

Юмина

Не смотреть!

Не смотреть на них.

Я отвернулась, отвела взгляд, зажмурилась… но идеальная картинка Айрона, держащего Мэйлин на руках — так нежно, словно она раненая пташка… этот образ словно выжгли изнутри на моих веках. И закрывать глаза смысла не было.

Стоило перестать активно о чём-то думать, я мигом завалилась в болезненные мысли о наставнике и его суженной.

Получив небрежный кивок профессора Каздэ — он же разрешение идти отсюда прочь на законный перерыв, приложила усилие, чтобы не бегом унестись с берега озера.

Айрон наверно несёт Мэйлин в лазарет. Прижимает к горячей груди… Вдыхает запах её волос с наслаждением и спрашивает себя: что же он не дождался встречи с истинной парой какие-то сутки? Зачем же очернил себя связью с ученицей-человечкой Юминой, от которой и так одни проблемы?

Ах да — это случилось потому, что эта самая никчёмная человечка нарушила его приказ и заперла себя с ним… А может… а может, тогда к нему приходила Мэйлин? И это её прогнала в ту ночь через запертую дверь? Может, её сама судьба влекла разделить с Айроном ложе…

Ложе…

…

О, Небо!

Я шла куда придётся и, как оказалось, с первой попавшейся тропы ноги унесли меня в дальний угол академических садов. Не знаю сколько кругов я там навернула и сколько времени прошло, как вдруг я налетела на кого-то очень большого и очень тёплого.

Нога подвернулась, и я, с координацией, недостойной воина храма Безупречных, позорно полетела в кусты.

Но словно лассо накрутилось на мою талию и мне вернули вертикальное положение.

— Эвирей?

Высший ёкай выровнял меня и быстро убрал хвост.

— Привет, Юми.

Мы с ним вздохнули синхронно. Печально. Как-то почти одинаково…

— Плохой день, Эвирей?

— Хуже некуда, Юми…

— У меня тоже.

— Вижу. У тебя глаза на мокром месте. А ведь утро так хорошо начиналось…

— У меня тоже… — повторила я и печально улыбнулась грустному высшему ёкаю. Но меня-то уже не спасти. В великой книге Серебряного божества всё уже решено… Но чем перемалывать свою боль, может я смогу чем-то помочь Эвирею?

Мы двинулись плечом к плечу ещё дальше вглубь садов.

— Расскажешь в чём дело, Юми? — осторожно начал Эвирей.

Я отрицательно качнула головой.

— Давай лучше ты. А мне… тяжело говорить на неприятные темы. Я потом… или никогда. Да, лучше никогда. Я сама виновата… надумала не пойми что…

Эвирей понимающе хмыкнул и в молчаливой поддержке переждал моё несвязное бормотание.

— Прости, — взяла себя в руки я, — что у тебя случилось, Эвирей?

— Лаиса, — коротко и прямо сообщил он, — мне нравится Лаиса.

Я закашлялась.

Эвирей хороший. Она — вероятно, преступница. Хотя сейчас она всего лишь подозреваемая… Так что, может, она и не виновата ни в чём ужасном. Но что она капризная человечка — это факт.

Хотя… мне ли пенять кому-то, что у его избранника дурной характер? О нет. Я последняя, кто может хоть слово сказать на эту тему. Ведь мой наставник самый невыносимый в общении на свете… Хотя… мне всегда нравилось с ним общаться. Его эта акцентуация на идеальном порядке и дисциплине меня успокаивает, и вообще…

Так стоп. Вернуться в настоящий момент и прекратить ради всего святого думать про Айрона.

— Я могу как-то помочь Эвирей?

— Можешь, — вдруг сказал ёкай, останавливаясь, — поясни. Вот что вам, человечкам, надо?! Почему с ней… не так, как со всеми?

Я пожала плечами.

— Просто прямо скажи ей всё, Эвирей, как тебе вариант?

— Признаться в своём… интересе? — вскинул брови ёкай.

— Ну да.

Конечно. Если бы Айрон вдруг сказал, что я ему нравлюсь, помешалась бы от счастья. Но так, конечно, не будет.

— Если её поведение — маска и ты тоже нравишься ей, всё станет понятно, и вы попробуете… быть вместе. Если и правда ты ей не нравишься… что ж… ты будешь знать и справишься с этим.

— Ты права, Юми. Но… как ей сказать?

— «Словами через рот». Так мой… так господин ректор говорит. Иногда…

— Да, знакомый речевой оборот, — хмыкнул ёкай, — но господин ректор… прости меня, Юми, прямой как ствол секвойи. Всё их племя Небожителей таково. Ёкаи другие. И я опасаюсь не подобрать тех самых слов, ну знаешь… для человечек?

— Так, давай по репетируем? — вдруг рассмеялась я и мне стало легче на душе светлее, и вообще сейчас что угодно, лишь бы не говорить про Айрона. — Скажи мне. Как будто я это Лаиса. А я, если что, посоветую, как поправить речь. Чтобы глаже было. На взгляд человечки… Хотя мы с ней, конечно, разные.

— Спасибо, Юми… — с чувством отозвался Эвирей.

Вдох-выдох и Эвирей вдруг потянулся ко мне и аккуратно взял мои руки в свои огромные горячие ладони.

— Милая человечка, — начал он, — скажи… как тебе мой хвост?

— Очаровательный хвост, — светло улыбнулась я в ответ, — но об этом ли ты хотел поговорить со мной в этом дивном романтичном саду, о сильный и привлекательный ёкай?

Эвирей довольно оскалился и подтянул мои руки, я подшагнула к нему чуть ближе, как того требовала роль Лайсы.

И вдруг Эвирей, не выпуская моих рук… бухнулся на одно колено! И я заметила что кончики ушей ёкая… слегка покраснели чтоли?

— Уйдём со мной в Юмнар, прекрасная человечка. Я буду холить и