Мыльное дело попаданки - Юлия Шахрай

Обдумываю эту мысль, но потом всё-таки её отбрасываю: дело не в этом. Дело в самой девушке. Пора признать, что она меня интересует не только как потенциальная преступница. И это всё усложняет.

Вечером дети предлагают поиграть в прятки, и я неожиданно даже для себя напрашиваюсь составить им компанию.

Никогда не думал, что это может быть настолько весело.

Когда в очередной раз приходится прятаться, замечаю, что графиня минует гостиную и столовую и открывает неприметную дверь кладовки.

Неожиданно даже для себя иду за ней и спрашиваю:

— Можно, и я с вами?

— Быстрее заходите! — шепчет девушка. — Только осторожнее.

Кладовка настолько тесная, что нам приходится стоять вплотную, практически касаясь друг друга. Судя по тому, как Тамира хмурится, в темноте она, в отличие от меня, ничего не видит. Это позволяет мне спокойно рассмотреть её лицо и поймать себя на неожиданном чувстве щемящей нежности. Наклоняюсь чуть ближе, сокращая расстояние между нами. Девушка словно что-то чувствует, поскольку её дыхание слегка учащается. Испытываю радость — похоже, она не так безразлична ко мне, как старается показать.

Уже практически касаюсь её губ своими, когда слышу шаги маленького графа. С сожалением отодвигаюсь и жду, пока нас найдут.

Когда дверь распахивается, с удовлетворением отмечаю, что щёки девушки пылают.

— Тамира, а почему ты такая красная? — наивно интересуется у неё брат.

— В кладовке было слишком душно и жарко, — смущённо произносит она. — Идём искать Самиру.

Смотрю им вслед и с улыбкой думаю о том, что получил от этой игры больше, чем рассчитывал.

На следующее утро после завтрака отправляюсь в гостиную, чтобы дождаться, пока обитатели дома разойдутся по своим делам. Но неожиданно дверь комнаты распахивается и заходит Тамира. Она выглядит обеспокоенной:

— Приехали наши соседи, бароны Данрисские. Я не знаю, зачем. Буду очень благодарна, если вы побудете здесь во время разговора.

Откладываю книгу на журнальный столик и киваю. А уже спустя минуту дверь гостиной открывается, и Даунтон объявляет:

— Барон Жорж Данрисский с сыном Ларимом Данрисским.

Эти гости с первого взгляда вызывают неприязнь. Чтобы разобраться в происходящем, набрасываю на себя заклинание, отводящее от меня внимание присутствующих.

После чего наблюдаю такое безобразие, которое быстро приводит меня в ярость: барон, не стесняясь в выражениях, пытается заставить мою Тамиру выйти замуж за его сына.

Теперь мне становится понятно желание девушки притвориться больной и не пускать на порог гостей. Если и предыдущие были такими же, как этот барон, неудивительно, что она так резко против замужества. Конечно, доля правды в словах барона есть, но вот угрожать графине тем, что она всего лишь слабая женщина и её некому защитить — явный перебор.

Чем дальше, тем сильнее злюсь. И тем больше восхищаюсь силой воли этой необычной хрупкой девушки: несмотря на давление барона, она не только не выглядит испуганной, но и сохраняет хладнокровие. Если бы не стиснутые до белизны пальцы, я бы даже ей поверил.

Когда барон в очередной раз игнорирует её просьбу покинуть дом, сбрасываю с себя скрывающее заклинание, поднимаюсь с кресла и зажигаю на ладони магический огонь:

— Барон, я требую, чтобы вы сейчас же извинились перед моей невестой! — выпаливаю, прежде чем получается обдумать свои слова.

— Невестой?! — барон вскакивает с места и выглядит испуганным. — Простите, господин маг, я не знал. Не губите нас!

— Проси прощения у графини Тамиры! — приказываю я.

Барон прижимает руки к груди и сгибается в униженном поклоне:

— Простите меня, графиня Тамира, очень вас прошу! Я не специально! Видимо, съел что-то не то за обедом, вот и нашло на меня помутнение. Если у вас есть жених, то мы, конечно же, сразу же уедем.

Едва они с сыном покидают гостиную, Тамира опускается в кресло. Её губы упрямо стиснуты, но по щекам начинают течь слёзы. Чувствую растерянность — никогда не знал, как правильно успокаивать женщин. Но молчать кажется неправильным, поэтому пытаюсь утешить:

— Не плачьте. Всё уже закончилось. Ещё немного и барон с сыном покинут ваше поместье.

Тамира как-то по-детски подтягивает колени к груди, утыкается в них лбом и закрывается руками, скрывая лицо. До меня доносятся сперва тихие всхлипывания, а затем плечи девушки начинают подрагивать. Сердце сжимается от сочувствия. Тянусь, чтобы погладить её по голове, но отдёргиваю руку. Не уверен, как Тамира отреагирует на прикосновение постороннего ей мужчины. Шепчу заклинание успокоения, затем поясняю свои действия:

— Я прочитал над вами заклинание, которое помогает успокоиться. Но нужно немного времени, чтобы оно подействовало… Может быть, принести вам воды?

— Да, — всхлипывает она, затем внезапно меняет своё мнение: — Не нужно!.. Пожалуйста, отвлеките детей. Не хочу, чтобы они видели меня в таком состоянии.

— Хорошо.

Оставлять её одну не хочется, но всё-таки приходится. Перехватываю детей на подходе к гостиной и натягиваю на лицо улыбку:

— Наконец-то вы пришли! Я вспомнил один магический приём, который Самира может попытаться освоить. Показать вам?

— Да! Конечно! — радостно отвечают дети.

Увлекаю их в столовую:

— Идёмте!

Дождавшись, пока они рассядутся вокруг стола, зажигаю на ладони магический огонь. Дети восхищённо замирают, затем Шамиль тянется, чтобы потрогать.

Тушу огонёк и качаю головой:

— Нельзя. Можешь обжечься.

— Я, правда, смогу так же? — глаза Самиры загораются восторгом.

— Да, — киваю я. — Но ты же понимаешь, что с первого и даже со второго раза может не получиться? Это как с умением ходить — сперва должны окрепнуть мышцы.

— Ладно, — девочка выглядит немного огорчённой.

— Тогда раскрой ладонь, а затем постарайся как можно ярче представить на ней маленький огонёк.

— А он меня не обожжёт?

— Магический огонь никогда не обжигает того, кто его создал, ведь в нём будет твоя магия. Готова попробовать?

— Да.

Пока Самира старательно тренируется, а её брат с любопытством на это смотрит, с беспокойством прислушиваюсь к происходящему в гостиной. Благодаря магически усиленному слуху улавливаю, как девушка рыдает. Уже поднимаюсь из-за стола, когда рыдания наконец затихают. Облегчённо выдыхаю и сажусь на место. И очень жалею, что мне пришлось в такой ситуации оставить Тамиру в одиночестве.

Я совершенно точно испытываю к этой девушке нечто гораздо большее, чем влечение или симпатию. Осталось понять, что делать с этим неожиданно вспыхнувшим чувством.

Глава 19

Собравшись с мыслями, покидаю спальню. Дети с графом Тианом в столовой, так что направляюсь туда, узнать, чем же они занимаются.

Слышу восторженные вопли и ускоряю шаг. Переступив порог, удивлённо застываю — на ладони Самиры пляшет маленький огонёк. Это кажется удивительным. Хочется спросить, не горячо ли ей, но сдерживаюсь — не хочу отвлекать сестру