Я попала в злую свекровь - Екатерина Вострова

— Когда я тогда зашла к тебе в кабинет… там ещё была девушка. Рыженькая, с косой. Я толком не разглядела её в тот момент. Кто это?

Я постаралась спросить как можно небрежнее, хотя внутри напряглась. Вдруг это была какая-то важная персона, которую прежняя Ярослава прекрасно знала.

— Это… — начал он и слегка поморщился, подбирая слова. — Долгая история. Вот завтра придет, пусть сам тебе рассказывает. Тебе сейчас спать надо. Отдыхай. — сказал он наконец, наклонился и потянулся к моему лбу.

Я не знаю почему я это сделала. Может голова ещё кружилась. Может просто не успела сообразить. Я чуть приподнялась на подушке, ровно в тот момент, когда его губы уже почти коснулись моего лба. Вышло совсем не в лоб.

Мы оба замерли, поцелуй получился тихий, тёплый, почти невесомый… от него по телу разлилось такое густое, сладкое тепло. Потом он медленно отодвинулся, но совсем недалеко. Его глаза были тёмные и чуть растерянные.

— Засыпай, Яся. Я рядом посижу.

Я кивнула, чувствуя, как тяжелеют веки. Сон накатывал мягко, но настойчиво. Уже почти проваливаясь в забытье, мне снова померещилось, что на меня сквозь окно смотрят желтые глаза…

Когда я открыла глаза, в комнате было уже светло. Маруся сидела на лавке у окна, увидев, что я проснулась, она тут же вскочила на ноги.

— Доброе утро, княгиня. Как вы себя чувствуете?

— Уже лучше, — хрипло ответила я и попыталась сесть. — Сколько сейчас времени?

— Почти полдень. Князь велел вас не беспокоить, но… — она чуть замялась. — Младший княжич уже второй час под дверью сидит. Говорит, что будет ждать, сколько понадобится.

Я невольно улыбнулась.

— Пусть войдёт. Только дайте мне минутку привести себя в порядок.

Маруся с Дуняшей быстро помогли мне умыться, расчесали и заплели косу, накинули тёплый сарафан. Я ещё не до конца пришла в себя, но хотя бы не выглядела как ожившая покойница.

— Можете впустить его.

В комнату вошёл высокий, худощавый мальчишка лет шестнадцати, ещё совсем безусый, с мягкими тёмными волосами и знакомыми до боли глазами. Действительно вылитый мой племянник Мишка, только выросший, вытянувшийся и немного угловатый. Тот же разлёт бровей, та же ямочка на подбородке.

Олег замер на пороге, глядя на меня широко раскрытыми глазами. А потом рванул вперёд и крепко обнял, да так сильно, что у меня перехватило дыхание.

— Мама… — глухо сказал он мне в плечо. — Ты очнулась…

Я обняла его в ответ, прижимая к себе. Он был ещё не взрослым мужчиной, а большим до боли родным ребёнком.

— Олежка… — имя сорвалось с губ легко и естественно, а на глаза навернулись слёзы. — Не переживай, я в порядке.

Мы стояли так почти минуту. Наконец он чуть отстранился, но рук не убрал.

— Я тебе письмо от деда привёз, — сказал он, доставая из-за пазухи свёрнутый пергамент с печатью. — Велел передать лично в руки.

— Спасибо. Я потом прочитаю, — я аккуратно отложила письмо на столик. — Расскажи лучше, как ты там погостил? Как дед?

Олег опустил глаза и переступил с ноги на ногу. Вид у него стал виноватый.

— Мама… я должен тебе кое-кого представить.

Он резко повернулся к двери, толкнул её и позвал:

— Яра, заходи.

В комнату вошла та самая рыженькая девушка с косой, в простом, но чистом платье, с россыпью веснушек на носу. Она выглядела очень смущённой и одновременно решительной. Олег взял её за руку и выпалил, глядя мне прямо в глаза:

— Это Яра. Я её люблю и хочу на ней жениться. Благословите нас, матушка.

Я смотрела на них, ощущая как улыбка на губах сползает вниз. Он сейчас серьёзно? В голове моментально пронеслось: «Какое, к чёрту, жениться?! Ты ещё ребёнок, Олег!»

— Сколько тебе лет? — деревенеющим голосом спросила я у неё.

— Шестнадцать, матушка-княгиня, мы с Олегом ровесники.

В моём мире в шестнадцать лет не то, что жениться, в кино на взрослые фильмы ходить нельзя! И я прекрасно знала, что бывает, когда женятся слишком рано и слишком неосознанно. Вон Всеволод — вроде бы и взрослый, а всё равно видно, что не нагулялся, и Авдотья из-за него натерпелась. Нет, этому мальчику такой судьбы я не хочу, и этой рыжей девочке тоже.

— Матушка… — осторожно позвал Олег.

— Вы давно знакомы? — спросила я наконец.

— Уже неделю почти. — признался сын, отводя глаза.

Я уставилась на него.

— Неделю?!

— Да, — Олег чуть покраснел, — Я её в лесу нашёл. Она одна была, раненая, еле живая, без памяти совсем. Не помнила ни кто она, ни откуда, ни как там оказалась.

— Неделю, — повторила я второй раз, потому что первый как-то не помог это осознать. — Олег, я правильно поняла, ты нашёл девушку в лесу неделю назад, и теперь хочешь на ней жениться?

— Я полюбил ее! — горячо выпалил он.

— За неделю.

— Да!

Я посмотрела на Яру. Та стояла тихо, смотрела в пол.

— Яра, а ты что думаешь? — спросила я

Она подняла голову. Глаза у неё оказались очень яркого зеленого оттенка.

— Я думаю, — сказала она тихо, — что он мне жизнь спас. Так что теперь куда он, туда и я.

— Олег, — я говорила спокойно, но внутри всё кричало. — Тебе шестнадцать лет.

— Почти семнадцать, — тут же поправил он.

— Почти семнадцать, — повторила я с сарказмом. — Даже если бы тебе было