Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Дмитриевна Гончарова

– Да – кивнула я. – Мальчики, вам придется подождать за дверью. Валь, пошли в ванную.

– Зачем?

– А мы с тобой там разговаривать будем. Чтобы враги не подслушали.

– Юля, откуда у меня дома враги?

– Уж если они у Мечислава дома обнаружились…

Мы разрабатывали план где-то около часа, в ванной, с включенной водой и шепотом. В комнате в это время орали мартовскими котами радио и телевизор. Наконец все детали были согласованы, и Валентин стал названивать Леониду.

Тот прибыл, выслушал нас, раскритиковал, и мы проругались еще минут сорок. Потом тигр посмотрел на меня с уважением и сказал:

– Даже женская глупость, оказывается, бывает на пользу. Я шлепнула его мочалкой.

* * *

За час мы развернули бурную деятельность. Валентин с Леонидом организовали народ на установку камер и диктофонов в нужных местах. Потом Валентин отдал приказание, и Славку с Клавкой привезли обратно в «Три шестерки», в бокс номер семь.

Александр прочно подвис в интернете, выясняя, кто из вампиров находился в Туле в последнее время. Дело двигалось, но пока не очень быстро.

И надо было идти «на дело».

Я хотела сама, честное слово, но мне никто не разрешил.

– А если она решит тебя сразу прибить? – справедливо заметил Леонид. – Мы ее, конечно, раньше угробим, но признания-то не получим.

Я согласилась, и Валентин пошел один.

Мы наблюдали за ним через камеру. Зайдя в комнату, Валентин поздоровался со Славкой за руку и небрежно кивнул Клавке. Теперь я отчетливо видела ее сходство с братом. Покойным братиком. Как приятно звучит, а? И почему моего братца никто не прибил до того, как он притащил на наши головы этот мешок костей в испанском стиле?

Ответ я знала и так. Невезуха.

Если я даже в бесплатную лотерею больше шоколадки не выигрывала…

Минут пять Валентин раскланивался и вел обычную светскую беседу. А мы с Ленькой аж извертелись перед мониторами. Но наконец-то он перешел к делу.

– Вы не будете возражать, если вас попросят пожить здесь пару дней?

– А что случилось?

– На Юлю, на нашего пушистика, были совершены два покушения.

Клавка ахнула. Славка вскочил с кресла.

– Как?! Что с сестрой? Заботливый, сволочь!

– Юля жива. Нападающие взяты в плен. Все, кроме одного, некоего Диего.

Даже мне было видно, как побледнела Клара.

– Что с ним?

Валентин словно и не заметил ее состояния.

– Обглодан оборотнями до полной неузнаваемости. Мы его засунули в холодильник, чтобы не протух; потом отдадим Альфонсо мясной салат из его помощничка.

Клара стала белой, как меловая стенка, и буквально растеклась в кресле. Валентин разглядывал ее секунды три, а потом поспешил «успокоить».

– Вы не волнуйтесь, это никак не отразится на ходе переговоров. Вы уже официально приняты в нашу стаю, этого не изменить. Юля тоже жива-здорова. Вот только ей придется на время переехать сюда. Мы ее перевезем часика через три. А там и вампиры проснутся. Если хотите, сможете зайти к ней в гости. Для нее уже подготавливают третий бокс, это через один от вашего, по той же стороне. Она очень просила поселить ее именно туда. Там же на стене картина работы Даниэля, ее любимого… впрочем, не будем сплетничать о девушке за ее спиной. Думаю, она будет рада вас видеть.

Славка закивал, разговор ушел опять в сторону, но я уже не слушала. А только наблюдала за Кларой. Она лежала, откинувшись в кресле, лицо было абсолютно спокойным, но глаза… Даже через камеру было видно: ей больно и плохо. Есть воздействие! Этот Диего ей явно не чужой. Ой, не чужой.

Валентин начал прощаться, пожал Славке руку – и только потом, дойдя до двери, обернулся и спросил:

– Клара, а ты в Туле не встречала этого Диего?

– Нет! – выдохнула она таким тоном, что я поняла: ребята были правы. Если бы я пошла туда – и косточек моих не осталось бы. Там бы она меня и разорвала.

– Полагаю, к вечеру мы подробно всё узнаем. Вот проснутся вампиры, Мечислав отдаст распоряжения…

Валентин не договорил, еще раз попрощался и вышел.

Клара деревянными шагами прошла в ванную.

Мы ждали друга, не отрываясь от экрана. Но пока там был только Славка. Он немного покрутился под запертой дверью ванной, постучал, получил резкий ответ – и обиженно улегся смотреть телевизор.

Валентин буквально влетел в комнату.

– Ну?!

– Пока ничего. Но ей нужно время, чтобы оправиться.

– Кудряшка попала в точку, – с уважением добавил Леонид, который уже успел перейти со мной на «ты», и «Ленька», и «давай без формальностей!».

– Если бы я этого не знал, я бы никогда не подумал, что Клара врет, – поделился Валентин.

– Да она вся в лице изменилась!

– И что? Может, у нее живот схватило! Запах у нее не поменялся! Температура тела, выделение адреналина, потоотделение… я ничего не чувствовал.

– Это может означать, что у нее уникальные способности, – восхитилась я. – Вот бы их исследовать!

– Извини, Кудряшка, но наличие этих уникальных способностей означает, что мы прикончим ее сразу после допроса.

– Что?! Но почему?!

Я и сама не понимала, против чего протестую. Против убийства Клары как человека – или против убийства уникального существа, единственного в своем роде подопытного кролика…

– Потому что, если она поймет, что, соврав, подставит нас по-крупному, она так и сделает. Будет мстить за своего любовника. Диего.

– Мстить она будет по-другому, – проворчала я.

– Вот и подождем.

– Подождем ее мать, подождем, – дурашливо пропел Валентин.

Я взглянула на часы. Мечислав проснется еще не скоро.

* * *

Он мертв.

Диего мертв.

Клара смотрела на кафель ванной комнаты, но, даже если бы по нему начал маршировать полк солдат, она ничего бы не заметила.

Единственный, родной, любимый… самый лучший на земле человек – мертв.

Этого не может быть! Я не верю!

Этого не должно было случиться!

Но что-то внутри, какой-то страшный инстинкт подсказывал: это правда. До последнего слова и взгляда. Страшная правда, брошенная невзначай, как что-то пустое, не стоящее внимания и тем более – упоминания. Словно каждый день здесь умирают люди, которых любили и любят больше жизни и всего остального мира.

ДИЕГО!!!

И во всем виновата эта сучка Леоверенская. Стерва!

Дрянь!!

Гадина!

Я убью ее! Обязательно убью!

Диего, такой красивый, сильный, чувственный, – мертв. Окончательно мертв. Его больше никогда не будет. Он разорван на части оборотнями. Существами, которые самой жизнью предназначены для служения вампирам!

По ванной комнате разнесся тихий стон.

Не только смерть, а еще и унижение. О Диего, я отомщу за тебя!

Какой ужас, какую обреченность, должно быть, он испытывал, понимая, что это всё. Его путь оборвется