Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Дмитриевна Гончарова

– Ты лучше всех остальных, которые у меня были. Ты, так же как и я, любишь боль и находишь в ней удовольствие. И это прекрасно. Я устал от дешевок, которые начинают скулить от первого удара кнутом! А ты… тебя можно долго ломать – и чем дольше я буду это делать, тем острее будет твое удовольствие… Сделать тебе еще больнее?

– Да… о, да, еще… еще-е-е-е…

И хриплые крики, оглашающие комнату.

Воспоминание ножом полоснуло по сердцу. Этого больше никогда не будет. Вообще никогда.

Диего окончательно мертв.

Что ж, за смерть любимого человека стоит мстить. Но как?

Ответ был прост. Да, хозяин хотел получить эту сучку Леоверенскую живой. Что ж. Очень жаль, но ничего не получится. Она причина смерти Диего. Она должна умереть, медленно и жестоко. Осознавая, как из нее по капле уходит жизнь, вытекая с кровью из многочисленных ран…

О чер-р-р-рт!

Так долго, как хотелось бы, с ней играть не получится! Вампиры помешают!

Что ж. Тогда хватит и одного удара. В сердце. Или – по горлу. Чтобы перед смертью она хрипела и задыхалась, как подзаборная шавка. Пыталась зажать вену, ухватить кусочек воздуха – и понимала, что все напрасно.

Пусть помучается хотя бы пять минут.

А если уйти после убийства… нет, возмездия!.. не удастся – пусть так и будет. Зато Диего будет отомщен. И сможет спать спокойно. Если за гранью жизни что-нибудь есть, они обязательно встретятся.

Через несколько часов Леоверенская вернется в «Три шестерки».

И остановится в третьем боксе. Там, видите ли, картина работы Даниэля! Гадина! Жаль, что тогда оторвали голову Даниэлю, а не этой стерве!

Надо успокоиться.

Надо обязательно успокоиться.

И достать хоть какое-нибудь оружие.

Можно убить эту гадину и голыми руками, но такой способ займет больше времени. А значит, больше вероятность попасться. К тому же чужой нож или пистолет наведут подозрение на других. И это хорошо.

Кларе не хотелось умирать слишком рано.

Увидеть смерть Леоверенской, увидеть, как подыхает Мечислав, как корчатся под плетьми его прихвостни и молят о смерти сорванными голосами…

Только тогда можно будет уйти к любимому. Но для начала – оружие.

Клара оглянулась. Славка дремал на диване.

Жалкий дурак! Да как он мог подумать, что интересен ей?! Что у нее может быть хоть что-то общее с таким ничтожеством?!

Женщина скривила губы. Она лгала, притворялась, плакала у него на плече, стараясь казаться слабой. Она! Одна из сильнейших прим Тулы вынуждена была играть пади! И все ради того, чтобы Иван Тульский получил территорию Мечислава, а его союзник – эту заносчивую сучку. Скольких сил это стоило, скольких нервов!

Но надо быть справедливой: Славка не настолько плохое существо. Он искренне любил ее и старался доставить удовольствие. Не его вина, что ей никто не нужен, кроме Диего.

Боль опять полоснула по сердцу.

Его нет. Ни его сияющих черных глаз, ни густых волос, в которые она обожала зарываться пальцами, – ничего нет. И ее тоже нет. Никого нет. И ничего нет.

Клара сходила с ума и даже не понимала этого. Рассеянный взгляд скользнул по Станиславу.

Что ж, он оказал ей хорошую услугу. И за это умрет безболезненно. Но не сразу. Сперва она разберется с этой… его сестренкой… чтоб ее… А Славка ее прикроет. А вот когда она убьет мерзавку, то вернется, скажет ему правду, всю правду – и сломает шею. Быстро. Безболезненно. Одним сильным движением.

Красный туман заволакивал глаза, и Клара вцепилась в подоконник, стараясь как-то удержаться, не броситься на поиски этой гадины, чтобы разорвать ее одними когтями. Все равно ведь не дадут. Нужно немного подождать, выйти, найти оружие… можно взять его у господина. Это и он тоже виноват в смерти Диего! Если бы он не захотел эту маленькую гадючку, Диего не поехал бы в этот мерзкий городишко. Да и сама Клара, и ее брат, который куда-то пропал! Это господин послал их сюда. И он тоже заслуживает наказания!

Ненавижу! Всех ненавижу-у-у-у-у!

Стон, сильно напоминающий вой, все-таки вырвался из горла женщины, но Кларе было уже на все наплевать.

Она жаждала мести. Она была безумна.

* * *

Я с трудом дождалась пробуждения Мечислава. Очень хотелось поторопить вампира, но потом я таки передумала. Кто его знает? Вот я читала, что если парня разбудить не вовремя, он всех загрызть готов. А если не вовремя разбудить вампира?

В прошлый раз он не кусался, но тогда и ситуация была другая.

К счастью, Мечислав как вампир обладал приличной силой и мог проснуться раньше заката. Что он и сделал. К нему тут же отправился оборотень-доброволец – на покусание.

Мы едва дождались, пока вампир примет душ и выпьет… чуть не сказала «чашечку коф-ф-фэ-э-э-э». Ждали целых двадцать минут. И отправились к нему всей кодлой: я, Валька, Ленька… Сашка все еще висел на сайтах, общаясь с оборотнями и проверяя какую-то информацию.

Конечно, вычислить вампира по билетам невозможно, но остается многое другое. Друзья, знакомые, сплетни, слухи – просеять, отобрать мусор, испечь лепешку и сожрать без соли. Мечислав выглядел невероятно чувственным. Знаете, как здоровенный кот, который только что проснулся и теперь потягивается, зевает, щурит чуть припухшие глаза и выглядит ну такой лапочкой…

Только взяв такую лапочку на руки, можно обнаружить, что кроме нескольких килограмм меха туда еще приложены восемнадцать когтей и не меньше сотни зубов.

Но Мечислава не хотелось брать на руки. Он стоял в дверях, в одних коротких черных шортиках из чего-то вроде шелка, которые не то что не скрывали… скорее подчеркивали всю его… выразительность.

Становилось ясно: перед вами весьма половозрелый, взрослый и… м-м-м… солидный (в плане размеров, а не начальственного брюшка) мужчина.

И ужасно хотелось потереться об него всем телом, обнять за тонкую талию, запутаться пальцами в узкой дорожке черных волосков, уходящих под резинку шорт… интересно, а ниже они такие же короткие? Или, наоборот, густые и кудрявые? Спросить, что ли?

Нет уж! Возьми себя в руки, Юля! Есть любопытство, которое до добра не доводит. А вот до постели оно тебя довести сможет. Но туда тебе самой не надо. Во-первых, вам еще сегодня шпиона ловить и разоблачать. Во-вторых, прилетает Иван Тульский. И в-третьих, но в самых главных, я-не-желаю-быть-строчкой-в-списке-вампирских-побед!

Вот!

При виде такой компании, ломящейся к нему в комнату, вампир удивленно поднял брови – и стал