Увиденный: ЛЕКС - Слоан Кеннеди

Я, наверное, смог бы это сделать, если бы Гидеон не выбрал этот момент, чтобы напеть песню. Когда пришло время петь припев, он пропел «Зип-а-Ди-Ду», и я пропал. Я так хохотал, что даже не дослушал песню до конца. К тому времени, как я закончил, то едва мог дышать, мышцы моего живота дьявольски болели, а глаза казались выжали все слезы.

- С тобой все в порядке? - спросил Гидеон.

Я с облегчением услышал юмор в его голосе. Я кивнул. Когда я почувствовал себя почти нормально, сказал:

- Итак, я все еще не понимаю, почему люди называют тебя Мышонком.

- К тому времени, как следующим летом я вернулся сюда навестить своих бабушку и дедушку, они уже рассказали всем и каждому о поездке и о том, как мне понравилась встреча с Микки. Уверен, что они раздали всем, кого знали, фотографии, на которых я был запечатлен на сцене рядом с этой чертовой мышью. Понятия не имею, кто придумал это прозвище, но все стали называть меня так, и оно прижилось. По сей день любой житель этого города старше шестидесяти пяти думает, что я все еще неравнодушен к Микки Маусу, и постоянно дарят мне какие-нибудь сувениры или безделушки с изображением этого ебаного тупого мышонка.

- Ты когда-нибудь рассказывал своим бабушке и дедушке правду?

Гидеон на мгновение замолчал.

- Нет. После этого их здоровье довольно быстро стало ухудшаться, но они все равно всегда говорили о той поездке. На следующий год я потерял их обоих.

- Мне жаль, Гидеон. Похоже, они удивительные люди.

- Они были такими, - сказал он мягким и теплым голосом.

Между нами повисло мягкое молчание, и я обнаружил, что чувствую себя более непринужденно, чем когда-либо за долгое время. Мне не хотелось терять это ощущение, поэтому я спросил:

- А что такое «Мервз»?

- Аптека, продуктовый и хозяйственный магазин.

- И это все? - пошутил я.

- Технически, сейчас это и почтовое отделение тоже, но только потому, что Салли сломала бедро и не может разносить почту.

- Что в седьмом ряду? - спросил я. Когда Гидеон не ответил сразу, я позвал: - Гидеон?

- В седьмом ряду? - переспросил он.

- Да, в седьмом ряду. Та дама сказала, что ты был в седьмом ряду.

- Крем для ног.

- Крем для ног?

- Да, крем для ног. Для ног. Для моих ног. У меня... больные ноги.

Я почувствовал, как хмурюсь, обдумывая его слова. Я не был уверен, почему крем для ног стал такой популярной новостью в городе, но предположил, что в таком месте, как Фишер-Коув, все работает по-другому.

- И другие кремы, - продолжил Гидеон. У него был такой голос, словно он проглотил лягушку или что-то в этом роде. - Кремы от сыпи, от ран, для рук, для лица… для...

- Крема? - Предложил я.

Я снова почувствовал на себе взгляд Гидеона. На этот раз я приложил все усилия, чтобы не рассмеяться. И был вознагражден легким толчком в плечо. Я был почти уверен, что слышал, как он посоветовал мне «заткнуться нахуй». Я решил, что достаточно достал этого человека, поэтому сменил тему, спросив:

- Так ты проводил здесь лето?

- Да, это началось, когда мне было лет одиннадцать или около того. Мои родители разводились, и они отправили меня провести то лето с бабушкой и дедушкой. Мне так понравилось, что я попросился поехать на следующий год, и тогда это просто превратилось в нечто большее.

- Ты приезжал сюда после того, как потерял их?

- Несколько раз. Они оставили мне свой дом. Я знал, что никогда не захочу жить здесь постоянно, но я сохранил дом, чтобы когда-нибудь привести сюда своих детей и показать им, что значит немного притормозить.

Из его голоса не ускользнула легкость, и я не упустил тот факт, что он сказал «дети» во множественном числе, а не просто ребенок. Мне отчаянно хотелось узнать, сколько у него еще детей, кроме дочери, которую он потерял, но я знал, что мы в тех отношениях. Мы, вероятно, никогда не будем в тех. Это было то же самое, как если бы он спросил меня о моих братьях. Просто были вещи, которыми я не хотел делиться, особенно с кем-то, кого не очень хорошо знаю. Я усвоил урок, преподанный мне Грэйди. И хотя я не верил, что Гидеон был чем-то похож на него, не было никакого способа узнать наверняка.

- Что за видеоигры? - Спросил Гидеон.

- Что? - спросил я.

- Ты сказал, что твоя компания производит видеоигры. Какие именно?

Должно быть, я ответил недостаточно быстро, потому что Гидеон сказал:

- Тебе не обязательно говорить мне…

- РПГ в основном, - быстро ответил я.

- РПГ?

- Ролевые игры, - уточнил я.

- Так что, игрок выдает себя за кого-то другого? Разве не в этом смысл всех игр?

- Не совсем, - ответил я. - Если вспомнить старые аркадные игры, такие как «Пакмэн» или «Донки Конг», в которых все играли одними и теми же персонажами и проходили одни и те же уровни. Погружения или развития персонажей было немного. В ролевых играх игроки могут создавать персонажей и выполнять задания или проходить миссии. У каждого игрока свой опыт, даже если конечная цель может быть одинаковой. В онлайн-ролевых играх игроки могут взаимодействовать с другими людьми в этом конкретном вымышленном мире. Они могут действовать вместе, чтобы выполнить свои миссии. - Я замолчал, осознав, как быстро говорю... и как много. - Извини, я, вероятно, сообщил больше информации, чем ты хотел бы знать.

- Нет, это действительно интересно, - заверил меня Гидеон. - Какую игру ты разработал?

- Ну, в моей компании их довольно много, но первая, которую я создал сам, называется «Господство Богов». Игроки сражаются с богами, которые их поработили...

- Ого, кажется, я слышал о ней, - сказал Гидеон.

Я был уверен, что он смотрит на меня, но понятия не имел, откуда я это знаю.

- Гидеон, ты сейчас смотришь на меня? - Спросил я, поворачивая голову в его сторону. Он все еще был просто одной большой темной фигурой, которую скрывали слепые пятна.

- Да, - тихо сказал Гидеон.

Меня охватило теплое чувство, и не только потому, что мужчина рядом со мной наблюдал за мной,