Малыши от бывшего. Вернуть любовь - Дана Стар

Горячие мужские руки скользят по моим бёдрам. Дыхание Руслана щекочет кожу, обжигает своим жаром. Кажется, ещё немного – и я вспыхну, сгорю дотла!

– Провокация? Да ты сам мне эту одежду выдал! – втолковываю хрипло, едва узнавая собственный голос.

Но Руслан уже меня не слышит. Его губы лихорадочно скользят по шее, прихватывая тонкую кожу. Ловлю судорожный вздох, больше похожий на сдавленный стон.

– Я с ума схожу, Полина! Столько времени без тебя… Постоянно о тебе думал, каждую ночь снилась. Уговаривал себя забыть, переключиться на Раду. Да только не вышло ничего! Сердцу ведь не прикажешь.

От этих слов моё сердце пропускает удар. Неужели правда? Неужели он тоже страдал всё это время? Неужели его до сих пор ко мне тянет?

Голова кружится от близости Руслана, от его напора. Чувствую, как предательски слабеют колени. Как всё моё существо тянется навстречу проклятому искусителю.

Пытаюсь взять себя в руки из последних сил, не сорваться в пучину эмоций. Но это так сложно, когда мужчина твоей мечты дышит в самые губы, вжимает в постель своим мощным телом!

– Почему же ты счёл, будто я смирюсь с ролью запасной игрушки? – горько усмехаюсь, захлёбываясь нахлынувшей обидой. – Что буду ждать подачек с барского плеча, когда ты наиграешься с Радой? Нет, Руслан! Я не приму объедки с чужого стола.

Он резко вскидывает голову, впивается в меня диким взглядом. Склоняется ниже, обдаёт жарким дыханием губы.

– Ты не игрушка, Полина! И уж точно не запасной вариант. Как ты не поймёшь? А Рада… Рада – ошибка. Глупая попытка забыться, убежать от боли. Но у меня не вышло. От правды не спрячешься…

Всё моё тело будто плавится от жара его прикосновений, от власти, которую он излучает каждым своим движением.

Горячие сильные руки скользят под тонкой тканью футболки, обжигая кожу. Губы прокладывают дорожку поцелуев вдоль шеи, и я теряю остатки самообладания.

Господи, как же я по нему скучала! По этому огню, этой неистовой страсти…

– Я же места себе не находил… Но запретил себе надеяться. Глупо полагал, что так быстрее смогу тебя забыть.

Невесело хмыкаю, мотаю головой. Ну конечно, как же иначе! Проще ведь закрутить новый роман, чем разгребать завалы старых ошибок. Стереть меня из памяти, будто и не было ничего. А я страдай потом, сходи с ума от ревности и боли!

Руслан с силой стискивает мои бёдра, притягивая вплотную к своему разгорячённому телу. Прижимается лбом к моему лбу, смотрит в упор потемневшими глазами. В них плещется такая мучительная нежность, такая обжигающая страсть!

Он тянется к моим губам, явно намереваясь поцеловать. Я уже чувствую его жаркое дыхание на своём лице, вдыхаю терпкий аромат парфюма. Но в этот момент из кроватки раздаётся тихий хнык. Анечка проснулась и недовольно загукала. Руслан досадливо морщится и неохотно отстраняется. А я пулей бросаюсь прочь из его объятий, спеша к дочке.

Подхватываю плачущую малышку на руки, прижимаю к груди. Меряю шагами комнату, укачивая и что-то беззвучно напевая.

– Полина, постой! – окликает Руслан, шагая следом. – Дай я подержу Аню. А ты иди… полежи. Скажи только, что для неё сделать.

Упрямо мотаю головой, продолжая убаюкивать хнычущую дочку. Ещё чего! С какой это радости я должна подпускать его к моей крошке? Нет уж, сама справлюсь. Без сомнительной помощи непутёвого папаши.

Краем глаза замечаю, что Руслан застыл посреди комнаты, не сводя с нас задумчивого взгляда. Кажется, зрелище мамы с ребенком на руках пробрало его до глубины души. Вон как завороженно пялится, словно первый раз видит!

– Ты такая красивая сейчас, – вдруг выдыхает он, качая головой. – С малышкой на руках особенно. До чего же трогательная, нежная… Любуюсь тобой и не могу насмотреться. Ты потрясающая мать, Поля. Нашим детям невероятно с тобой повезло.

Фыркаю, пряча горькую усмешку. Ага, конечно! Так я и поверила. Так, бросил пару комплиментов для проформы, и совесть типа чиста. Самому-то не смешно, Руслан?

– Знаешь, я многое бы отдал, лишь бы всё переиграть, – задумчиво тянет он, засунув руки в карманы. – Вернуться в прошлое, исправить ошибки. Ту злосчастную вечеринку, к примеру, вычеркнуть напрочь. Если бы…

– Да брось! – обрываю резче, чем хотела. – Не было бы вечеринки, нашлось бы что-то ещё. Ты ведь уже тогда отдалился. Сам всё для себя решил. Зачем теперь попусту страдать?

Голос предательски дрожит. Ну почему, почему всё так? Ведь было же у нас всё так хорошо, так правильно… А потом раз, и будто подменили человека. Холод в глазах, равнодушие. Откуда взялось?

Покачнувшись, с трудом удерживаю равновесие. В глазах темнеет от усталости, дыхание сбивается. Анечка вдруг кажется неподъемно тяжелой. Ещё немного, и точно грохнусь без чувств!

Руслан мгновенно оказывается рядом, обхватывает за плечи. В серых глазах плещется неподдельная тревога.

– Полина, тебе нехорошо? Говорю же, дай я подержу Аню, а ты пока приляжешь.

С сомнением смотрю на протянутые руки и тяжело вздыхаю. Нет, ну а что делать? Не свалиться же прямо тут, в самом деле? Дочь покалечу ещё ненароком. Придется положиться на этого… как его там? Отца года, ха!

– Смотри у меня, чтобы всё путём было! – ворчливо наказываю, осторожно передавая ему Анечку. – Покачай минут пять и сразу в кроватку клади.

Руслан согласно кивает, принимая дочку с таким благоговением, будто величайшую драгоценность.

Прижимает к своей широкой груди, глядя на крохотное личико со смесью нежности и неверия.

Добредаю до кровати, падаю на неё без сил. Завороженно наблюдаю из-под полуопущенных ресниц, как Руслан осторожно покачивает Анечку, что-то ей бормочет.

Огромный суровый мужик и крошечный ребенок… До чего ж контрастно, но как трогательно! Сердце щемит в груди.

К моему удивлению, дочка тоже не выказывает никаких протестов. Хотя обычно с чужими людьми закатывает форменные концерты. Никому на руки не даётся, заходится плачем. А тут – на тебе! Видимо чувствует кровную связь. Так как доверчиво льнёт, глазёнки слипаются…

Не замечаю, как проваливаюсь в сон под мерное покачивание. Без сновидений, без кошмаров. Первый раз за долгие месяцы сплю по-настоящему крепко.

Просыпаюсь от того, что солнечный луч щекочет лицо. С трудом разлепляю веки, щурюсь от неожиданно яркого света. За окном вовсю разгорается рассвет. Птичий щебет оглашает окрестности, в листве играет лёгкий ветерок.

Так, стоп! Аня всю ночь не просыпалась? Я что, правда, проспала до утра? Ни разу не подорвалась к ней, не покормила?

Руслан… Он же не мог… Он же её не украл?!

Подскакиваю на постели как ошпаренная… и тут же падаю обратно. Потому что меня крепко стискивают