Жених (дракон) по наследству - Римма Кульгильдина

Я закрыл глаза и в памяти тут же всплыли сцены, которые она закатывала. Сколько посуды было перебито! Как носился по Замку Кастеро, ремонтируя то, что было порвано или сломано!

– Вы действительно не понимаете, почему Илия сбежала из дома, а я готов был на руках носить Эриона, когда он потерял амулет? – поинтересовался устало и, открыв глаза, разочарованно посмотрел на родителей. – Почему мне вообще не нужны любые отношения, и я бежал от них, словно гончий пёс?

Родители уставились на меня с одинаковым выражением удивлённых сурикатов.

– Вы же ненавидите друг друга, а вместе только потому, что вас связал амулет, – я покачал головой, не находя слов, чтобы спокойно описать свои чувства. – Вы столетия маетесь на цепи, связанные чужой волей, а не вашим выбором.

Горячий болезненный ком в горле душил, а губы подрагивали, как бы я ни старался взять себя в руки. Неожиданно мне на плечо скользнула узкая ладошка Веты и меня отпустило.

– Вот скажи мне, мама, только честно. Неужели ты не сбежала бы в свой мир в ту же секунду, если бы тебе обнулили выбор?

Папа весь заледенел и заметно напрягся, а мама… Мама изобразила самую гениальную свою пантомиму под названием: «Я поражена в самое сердце!»

– Ты с ума сошёл? Ты с чего вообще всю эту ересь себе напридумывал? Неужели мы хоть раз давали повод подумать, что мы вместе по принуждению? – воскликнула мама, взмахнула руками и ресницами.

– Каждый день… – пробормотал я уныло.

– Фил. Ты нас сейчас просто убил, – вступил в разговор папа прокашлявшись. – Ты что, действительно, не понимаешь, где правда, а где просто болтовня? Инимэ артистичная, творческая натура. То, что она постоянно жалуется на жизнь… ну, ей необходимо переживать драму! Она чахнет, если не живёт на пике эмоций. Эльфийская кровь, мать её за ногу! Ой, прости, дорогая.

– Сынок, – начала говорить мама, – амулет, это не гадалка на рынке. Он подбирает пары, способные прожить вместе всю жизнь. И уж только от вас самих зависит, примете вы этот выбор или нет. Ритуальные испытания созданы не для того, чтобы истрепать вам нервы в труху, а чтобы приладиться друг к другу.

– Эрион сказал, что если мы не примем друг друга, то Иветта умрёт, – узкая ладошка на моём плече напряглась.

– Ой, слушай своего брата больше, – беззаботно махнул рукой папа. – Они в своём Ордене совсем помешались. Наш амулет всегда был лоялен к разрыву перед свадьбой.

– И часто такое случалось? – над моей головой раздался напряжённый голос Иветты.

– Ни разу! – хором ответила родители и разулыбались.

Глава тринадцатая. Иветта Тихоходова

Наблюдать за драконьей семьёй было забавно. Особенно за тем, каким взъерошенным воробьём стал выглядеть Фил сразу же, как увидел родителей. Что-то подростково-бунтарское полезло наружу, как бы он ни пытался сдерживаться. Такой милый. Захотелось погладить по голове и прошептать на ухо, что он хороший мальчик.

Фыркнула довольно и тихо рассмеялась, не открывая рта. Представила вытянувшееся лицо крошки Фила и решила приберечь эффект от этих слов на потом. Для более интимной обстановки. Да уж, угодила его мать с прозвищем. Я же не удержусь!

Подняла голову и посмотрела на Инимэ, потом перевела взгляд на Эйдана. Вздохнула. Они были сейчас передо мной как на ладони. Магические, долгоживущие и, судя по всему, долго взрослеющие существа. Когда жизнь не подгоняет, пугая острой косой за спиной, можно не торопиться. Вроде бы и люди. Ну, пока не отращивают свои крылья. А всё равно, просто с обычной меркой к ним не подступишься. Другие.

Улыбаясь, рассматривала из-за спинки кресла, в котором сидел мой навязанный жених, своих возможных родственников. Внимательно вслушивалась в беседу. Ловила себя на том, что отношения между ними всё же необычные.

Мне казалось, что драконьи родители своих детей любят, но как-то… странно. Как будто неочевидная сила принуждения амулета присутствует во всём. Пусть тонкой, еле заметной, но явно красной и основной линией.

Было ли рождение детей в этой семье поступком осознанным? Или им сказали «надо», они и отстрелялись по-быстрому, да и свалили сразу же, как стало возможным, бросили детей на попечение Духа Замка. Появлялись потом раз в сто лет, чтобы проверить и пересчитать детей по головам. А может быть, всё было не так, и это лишь мои фантазии?

Посмотрела на взъерошенную макушку Фила. «Нет, у нас так не будет!» – решила твёрдо. И тут же чуть было не зажала рот ладошками! Что? Я уже планирую с ним детей? Как так-то? Он, может, вообще ничего не хочет? Может, он всё ещё грезит тем, что сбежит, как только закончатся испытания и вернётся магия. Вполне возможно! Ведь я тоже в самом начале сказала, что не собираюсь соединять с ним свою судьбу. И всё, что мы делали с ним до этого, так это пытались провалить испытания. А сейчас? Хочу?

Мне вздумалось провести рукой по его волосам, пригладить непослушные вихры, но я не решилась.

Вновь перевела взгляд на родителей. Эйдан сидел, по-хозяйски развалившись в кресле. Локтем одной руки он упирался в подлокотник, а другой прижимал к себе Инимэ, поглаживая её по животу. Мне показалось, что этот привычный жест, возможно даже неосознаваемая ласка, очень характеризует их отношения. Пусть со стороны она может показаться собственнической, но мне вдруг остро захотелось так же.

Прижаться к мощному родному телу, чтобы обняли… Чёрт, как я могла так подумать, что мне захотелось, чтобы Фил заявил на меня свои права. Чтобы назвал своей и предъявил всему миру: она моя, она со мной. Захотелось почувствовать драконью мощь и силу.

«Ладно, Фил, чёрт с тобой. Если решишь сбежать из Замка, попрошу, чтобы ты взял меня с собой», – подумала, опуская ладонь ему на плечо и тут же почувствовала, как он обмяк. Плечи, напряжённые и жёсткие, в момент моего прикосновения, опустились. Он тихо вздохнул, а я поняла, что хочу дать почувствовать, что рядом. За его спиной во всех возможных смыслах. И он больше не один, если, конечно, этого захочет.

– Вот скажи мне, мама, только честно. Неужели ты не сбежала бы в свой мир в ту же секунду, если бы тебе обнулили выбор? – задал Филеорт своим родителям вопрос, и голос его звучал спокойно и без волнения, как было до этого.

Мой взгляд тут же метнулся в сторону матери Филеорта. Мне тоже интересно, что она скажет. Быть связанной всю жизнь с одним, пусть даже магическим, существом без права что-то изменить – испытание для смелых.