Сделка с вампиром - Жасмин Уолт

Затем я поспешила во двор.

Люциус ждал меня верхом на огромном бронзовом эфирном скакуне. Тот нервно бил копытом по булыжнику, нетерпеливо фыркая.

Мой восторг от мысли, что я наконец-то прокачусь на таком, мгновенно померк, когда Люциус протянул ко мне ладонь размером с обеденную тарелку.

— Мне что, нельзя ехать самой?

— Я тебе не доверяю, — спокойно ответил он и поманил пальцами. — Быстро.

Я мрачно вложила руку в его ладонь, и он одним плавным движением поднял меня в седло перед собой.

Я зашипела, когда приземлилась слишком жёстко, едва успев устроиться, прежде чем он сжал бёдрами бока скакуна, посылая его вперёд.

Я вцепилась в луку седла, когда боевой конь рванул в быстрый шаг к подъёмному мосту. Стража опустила ворота, и как только мы выехали на главную улицу, Люциус перевёл скакуна в галоп.

Моё первоначальное раздражение от того, что меня вынудили ехать с Люциусом на одном скакуне, постепенно растаяло, когда эфирный конь рванул вперёд.

Его механические мышцы двигались с пугающе плавной точностью — совсем не так, как тёплые, живые бока настоящей лошади. Вибрация эфирного ядра ощущалась постоянным гулом у меня между бёдрами. И всё же внутри этой металлической оболочки чувствовался дух зверя — яростный, свободолюбивый — когда он прокладывал путь по улицам, выбирая менее оживлённые дороги, чтобы позволить себе разогнаться.

— Подожди, — крикнула я через плечо, когда мы выехали из технического квартала. — Разве мы не к оружейной фабрике?

— Нет, — отозвался Люциус. Его глубокий голос прошёл вибрацией сквозь грудь и в мою спину. К запаху вампира примешивались древесный дым и смолистые ноты — и, к своему раздражению, я вынуждена была признать, что это вовсе не неприятно. — Комендант потребовал полномасштабную демонстрацию. На фабрике для этого недостаточно места. Мы используем верфь дирижаблей.

— Что? — У меня ухнуло в животе, перед глазами вспыхнул образ священника и его прихожан. — Но люди—

— Будут в полной безопасности, — грубо перебил Люциус. — Я прочесал каждый корабль и эвакуировал всех, кому там не место. Мы выбрали цель, разрушение которой никого не огорчит.

Я тихо выдохнула.

Разумеется, Максимиллиан поручил Люциусу принять меры предосторожности. Он не жесток.

И всё же я сжала луку седла сильнее — во мне нарастало чувство тревожной срочности.

Скакун словно уловил мои эмоции. Он рванул в галоп, и Люциус выругался сквозь зубы, когда конь резко вильнул, едва не задев телегу, брошенную посреди улицы.

Мы прибыли к верфи. Люциус остановил скакуна сразу за воротами, где нас ждали двое стражников.

— Заберите её, — приказал он, буквально передав меня им, словно я была ребёнком. — Пусть смотрит. Но не спускайте с неё глаз. И не подпускайте её к пушке ближе, чем на сто метров.

— Есть, сэр, — отозвались стражники.

Я стиснула зубы, когда Люциус, даже не обернувшись, поскакал прочь — к центру верфи, где уже собралась небольшая группа вампиров. Я различила стально-серый блеск волос Максимиллиана и светлую кудрявую шапку Элизы, склонившейся над каким-то массивным диском управления.

— Сюда, мисс, — сказал один из стражников.

Они отвели меня к скелету старого эфирного корабля слева от сборища — достаточно далеко, чтобы меня не могли узнать, особенно под капюшоном плаща, но достаточно близко, чтобы я отчётливо видела всё происходящее.

И зрелище было… впечатляющим.

— Внимание! — крикнула Элиза, и её голос усилился каким-то эфирным устройством, светящимся у горла.

Она стояла в центре верфи рядом с чудовищной конструкцией из солнечной стали, сияющего эфира и кристаллов лунного камня. Это и была пушка.

Она была вдвое выше Люциуса. Ствол — такой широкий, что по нему мог бы пройти обычный мужчина. От неё исходила тонкая, ощутимая даже отсюда аура.

Полукругом вокруг орудия стояли вампиры — Максимиллиан, Виниций, Люциус, Найра, Воробей и ещё несколько, судя по виду, помощников коменданта.

Но настоящая аудитория находилась за пределами верфи, за сетчатыми ограждениями.

С одной стороны вдоль забора теснились вампиры-граждане, с другой — люди. Две расы разделял угловой столб периметра, словно символ невидимой черты.

Вампиры выглядели возбуждёнными, почти нетерпеливыми.

Люди — напряжёнными. Лица их были бледны, застывшие от тревоги.

У меня свело живот, когда я заметила, как несколько взглядов скользнули к тому самому кораблю, где скрывался храм. Я невольно подумала — а вдруг среди них Ханна и её друзья?

Я беззвучно взмолилась Гекате, чтобы с ними всё было в порядке.

Элиза дождалась, пока толпа стихнет, и заговорила снова.

— Дамы и господа, — её голос звучал безупречно профессионально, не оставляя и следа от привычной живости. — Сегодня мы представляем значительный шаг вперёд в области оборонительных технологий.

Она указала на эфирную пушку рядом с собой.

— Новая модификация, над которой мы работали последний год, использует как лунную, так и эфирную энергию. Это сочетание обеспечивает большую эффективность и существенно более мощный выходной импульс по сравнению с предыдущими моделями.

Виниций слушал с явным удовлетворением. Вампиры у забора подались вперёд, стараясь лучше разглядеть орудие.

Элиза оставалась холодно-деловой, но мне почудилась едва уловимая тревога в её голосе, когда она указала на ветхий дирижабль примерно в четырёхстах ярдах от нас.

— Цель сегодняшнего испытания…

Она отступила в сторону.

Ожидание повисло в воздухе, густое и тяжёлое. Все взгляды устремились на пушку и на старый корабль.

Максимиллиан повернулся к Виницию и жестом пригласил его вперёд.

— Желаете оказать нам честь, комендант?

— С удовольствием, — ответил тот.

В его голосе прозвучало откровенное наслаждение, и я вцепилась в перила настила, наблюдая, как он поднимается на платформу.

Он уверенно отрегулировал панель управления — слишком уверенно. По тому, как ловко двигались его пальцы, было ясно: он уже знаком с устройством.

Воздух словно сгустился от напряжения. Его рука зависла над светящейся кнопкой запуска.

Мы ждали.

Без предупреждения вампир схватился за рукояти платформы и резко развернул её.

Ствол нацелился прямо на скрытый храм.

Люциус и Максимиллиан вздрогнули — но, прежде чем они успели что-либо сделать, комендант ударил ладонью по кнопке.

Ослепительный фиолетовый луч вырвался из ствола пушки, пронзил пространство верфи и ударил в дирижабль.

Взрыв был мгновенным.

Корпус вспыхнул, словно сухая щепка, и волна жара и ужаса прокатилась по толпе. Вампиры зашипели, отпрянув от всплеска света и огня. Люди закричали — в этих криках была не просто паника, а настоящая, рвущая сердце боль.

Я перемахнула через перила.

Мир окрасился алым — ярость застилала зрение, и передо мной была только одна цель: комендант.

Мне было плевать, кто он. Я собиралась прикончить его за то, что он сделал.

Перед глазами вспыхнули картины храма — неуклюжая мебель, собранная из обломков,