Наследник для императора-дракона. Право первой ночи - Екатерина Гераскина

Каллиста довела меня до кровати, усадила. Армус уже был здесь. Я прилегла, вытянув руки вдоль тела.

Молодой целитель тоже был взвинчен — его нервное напряжение было видно невооружённым взглядом. Но вскоре он заставил себя сосредоточиться исключительно на моём состоянии.

И когда он закончил осмотр, посмотрел на меня поверх очков.

— Я поздравляю тебя. Ты беременна, — произнёс он.

— Ты… уверен? — хрипло переспросила я и попыталась приподняться.

Но он тут же уложил меня обратно.

— Нет-нет. Тебе сегодня лучше лежать. Это точно. Твой организм слишком истощён. Я бы даже сказал — критически истощён. Ранее я не наблюдал у тебя подобного. Похоже, произошёл резкий отток сил, — Армус поправил очки, пригладил волосы, которые были в беспорядке. — Возможно, это связано с твоей огненной магией. Очень интересно… очень. Нужно понаблюдать. Определённо нужно понаблюдать.

Он отошёл к столу, делая пометки в своём блокноте, а потом вышел.

А я лежала, словно громом поражённая.

Я забеременела с первого раза. От императора. А ведь он говорил, что для этого я должна быть не просто драконицей… а чем-то большим. И выходит, это «большее» — моя огненная суть.

Хотя… мы же истинные.

Лорд Айсхарн прокашлялся и коротко сказал:

— Я оставлю тебя.

Каллиста подошла, крепко меня обняла.

— Я поздравляю тебя. Это замечательная новость. А со здоровьем мы что-нибудь придумаем. Я распоряжусь, чтобы тебе принесли лёгкий обед. И что-нибудь от тошноты. Я уточню у Армуса, что лучше дать.

Она тепло улыбнулась. Я ответила ей тем же.

— Спасибо. Я очень благодарна тебе.

Когда я осталась одна, обхватила руками свой пока ещё плоский живот… и расплакалась. Повернулась на бок, поджала ноги.

Как же мне хотелось сказать маме, что она станет бабушкой. Но её больше нет.

А что теперь будет делать Его Величество?

Отменит свадьбу?

Столько вопросов разрывали мне голову. Но внутри росло странное, необъяснимое чувство тепла и радости. Я прислушалась к себе.

Отпустила свою драконицу, которую так долго прятала глубоко-глубоко, и поняла — она рада. Очень рада.

Наше общее ментальное поле наполнилось ощущением, что сотни крошечных крыльев бабочки запорхали и защекотала меня изнутри. Я чувствовала себя лёгкой, возвышенной… живой.

С тех пор на протяжении всей недели Армус оберегал меня, и Шани. Кошмары продолжали мучить девочку, но больше ни одного предсказания она не дала.

Днём Шани была обычной девочкой, а ночью плакала, кричала, что всё в огне. Настойки не помогали, а более сильные средства детям давать было нельзя.

К тому же выяснилось, что у неё и раньше были проблемы с магией — никто не хотел рисковать.

Я же, насколько хватало сил, продолжала занятия с лордом Дорном. Но со мной происходило странное: прилив сил — и резкий упадок.

Иногда прямо посреди занятия на меня накатывала такая сонливость и усталость, что я не могла усидеть в кресле. Армус всё фиксировал, но было очевидно — энергии мне катастрофически не хватает.

Я похудела, осунулась, ела через силу.

Эрэйн так и не появлялся.

Я попросила, чтобы ему ничего не говорили. Хотела сказать всё сама, при личной встрече.

Но всё же написала ему послание с просьбой как можно скорее прилететь. Лорд Айсхарн запечатал его и отправил в столицу.

И вот однажды, на седьмой день, как раз после ужин, когда я вышла подышать свежим воздухом… ко мне снова подошёл тот самый воин.

Это было неожиданно. Курт насильно вложил мне в ладонь склянку и прошептал почти неслышно… в самое ухо.

— Подлей это главе клана или его супруге — и через три дня они умрут, — прошептал он.

А потом что-то сделал со мной. Он резко нажал на мою метку. Рука словно онемела, от неё внутрь тела рванул импульс — горячий, режущий, чужой. Я ощутила ток магии, такой плотный и противоестественный, что меня скрутило изнутри.

И прежде, чем я успела что-то сказать, он уже скрылся среди деревьев и кустов.

И тогда я поняла.

Я просто не смогу не выполнить этот приказ.

Ужас накрыл меня с головой. Меня снова затошнило. Я едва добежала до ближайших кустов, упала на колени — и меня снова вывернуло.

Горло жгло, слёзы текли сами собой. Я махала рукой, пыталась выбросить эту склянку, которая словно жгла ладонь… но не могла. Не могла.

Моя рука просто не разжималась.

Что это за магия такая? Настолько противоестественная, что лишает воли?

Я поднялась, шатаясь, и пошла к особняку. Шла как в тумане. Другая моя рука меня не слушалась — она уже прятала этот пузырёк в нательный круженой лиф, будто действуя сама по себе.

Я была в таком ужасе, что даже не постучала в кабинет лорда Айсхарна.

И застала часть разговор.

— … Каллиста, у нас нет выбора. Нам нужно ехать в столицу, — говорил Кайден. — Заодно… отвезти Шани.

И тут я увидела конверт.

Белый. С тяжёлым оттиском имперской печати.

Внутри меня вспыхнула надежда.

Это Эрэйн! Он ответил на мое письмо!

Я не помню, как сделала шаг вперёд. Не помню, как протянула руку. Это было неприлично, неправильно, но я не осознавала, что делаю. Мне казалось, если это письмо от него — всё можно исправить.

— Ассоль, не нужно… — начала Каллиста.

Но я уже раскрыла письмо. И в тот же миг поняла — это не письмо.

Это было приглашение.

Приглашение на свадьбу.

Свадьбу, которая состоится через два дня.

На свадьбу Его Величества Эрэйна Норвелла и Ирилы Левье.

Глава 36

Это был удар. Ещё один — точечный, выверенный, прямо в сердце.

Пальцы похолодели. Плотная бумага выскользнула из них и упала на пол.

Я сделала шаг назад. Ещё один. И ещё. Закрыла рот рукой, будто могла удержать крик, который рвался наружу.

Наша связь ничего не значит для Эрэйна.

Сердце разрывалось от предательства и боли. А грудь жгла склянка с ядом.

Столько всего навалилось в одно мгновение, что я просто не могла совладать с собственными чувствами.

Я задыхалась. Плечи опустились. Я согнулась пополам.

Почувствовала, как меня поддерживают, как Каллиста что-то кому-то кричит, как вокруг раздаётся шум шагов, но я ничего не понимала.

Не знала, за что хвататься. Что говорить. Я словно оглохла, ослепла и онемела разом.

И только когда мне в лицо брызнули холодной водой, я смогла немного вернуться в реальность.

Оказалось, я уже сидела в глубоком кресле. Армус осматривал меня, качал головой, что-то говорил. Лорд Айсхарн внимательно слушал, потом сел