Замуж за предателя - Наталия Журавликова

приехать как можно скорее. Мы попрощались, я спрятала бесценный подарок родственницы Лаэрта и с облегчением упала на кровать, орошая подушку слезами радости.

Я не сомневалась, что строгий и обаятельный профессор сумеет мне помочь и накажет моего вероломного мужа.

И тут в окно постучали.

Кто бы это мог быть? Птичка прилетела? Мне стало страшно. Как вообще кто-то мог сюда забраться?

Но любопытство пересилило. Подойдя к окну, я отдернула занавеску и увидела странное. С улицы махал мне рукой Хьюго. И он просто висел в воздухе, болтая ногами. Приглядевшись, я разглядела за его спиной крылья. Полупрозрачные, явно искусственные. Я такие видела не раз, они пристегиваются к телу ремнями. Но продержаться на них можно не то чтобы слишком долго, они для кратковременных развлекательных полетов. Боясь, что кузен мужа рухнет вниз и разобьется, я поспешно открыла окно.

— Зелла! — выдохнул он протягивая руки. — Этот негодяй попытается обесчестить тебя. Идем со мной!

Я не успела возразить, а он уже обхватил мою талию, вытягивая меня за собой из комнаты.

* * *

Я хотела закричать, но Хьюго предусмотрительно накрыл мой рот ладонью, да так плотно, что не получилось исхитриться и укусить.

Декоративных крылышек хватило, чтобы протащить меня через задний двор и вылететь за ограду, где похититель едва успел спуститься, и действие развлекательной магии закончилось.

— Тихо, Зелла, не кричи, — прошептал он мне на ухо, — я действую в твоих интересах.

Я кивнула. Что ж, сама я сбежать не могу, так пусть с похищением получится, ведь строго говоря, это не я покидаю мужа!

— Пойдем, — скомандовал Хьюго. Но тут его ожидал сюрприз. Я и шагу сделать от особняка не смогла.

Голова закружилась и я без сил повалилась, он едва успел меня подхватить.

— Да что такое с тобой? — раздосадованно спросил Хью, но послушно понес на руках до кабриолета, стоявшего в кустах.

Погрузил внутрь, сел на место водителя и рванул вперед.

А я попыталась рвануть наружу, чуть было не вывалившись.

Хьюго остановил кабриолет и ошарашенно сказал:

— Зелла, я же вижу, что ты сама не рада тому, как проходит твоя жизнь с Лаэртом! Зачем ты рискуешь жизнью?

— Я не могу покинуть мужа, убежать от него выше моих сил, — ответила я и вздохнула от облегчения, поняв, что произнесла именно то, что собиралась.

— Я понял! — он вдруг хлопнул по лбу ладонью. — Ну, конечно же! Все сходится! Ты несешь этот слюнявый бред о любви, а у самой слезы на глазах. И едва не лишаешься сознания, перешагнув через порог. Точнее, окно. Как я раньше не догадался! А ведь сперва подумал, что ты совсем тупенькая.

Это было обидно однако я подождала, пока он закончит мысль.

— Этот стервец на тебя заклятье послушания наложил! Можешь ничего не говорить, я все понял. Вот отчего он настолько самоуверен.

Хьюго вышел из машины, подошел к пассажирской кабине, открыл.

— Прости, дорогая Зелла, но я должен тебя привязать, чтобы ты не угробила себя же.

Я кивнула, давая знать, что он все понял верно.

В кабриолете были специальные страховочные ремни, которыми он крепко перетянул мои ноги, привязывая их к креплениям сиденья.

Оставалось надеяться, что никто сейчас не пройдет мимо и не заметит столь дерзкого похищения при непротивлении жертвы.

Хьюго так старался, аж язык высунул. Наконец, надежно меня связав, вернулся за рычаг управления.

Ехали мы долго.

Магический двигатель работал слишком уж шумно, кабриолет Хьюго не отличался новизной и высоким классом. Так что, поговорить во время пути не вышло. Я поняла, что мы выезжаем за пределы столицы.

Дорога стала хуже, кабриолет прыгал по колдобинам.

А я чувствовала, как голова кружится, руки и ноги крутит судорогой, и в сердце заползает панический ужас.

Увы, магия Лаэрта продолжала действовать, не давая мне удалиться от мужа. Ощущения были отвратительные, казалось, я вот-вот умру.

Однако вскоре немного полегчало, острота прошла и я могла осмотреться.

Проселочная дорога, кругом низенькие домики. Пафосные столичные особняки остались далеко позади.

Кабриолет съехал с главной дороги и принялся петлять по узким улочкам между домами.

Что будет, когда меня хватятся? Догадаются ли подозревать Хьюго?

И вообще, скоро прибудет профессор Ажеборн Ботлер, вдруг он поможет, а я тут похитилась?

Все это вопросы роем кружились в моей голове.

Кабриолет остановился у неприметного и немного покосившегося строения.

Хьюго вышел и пошире открыл ворота, после чего въехал во двор на кабриолете под ветхий навес.

Заглушив машину, помог выбраться и мне, правда, ему долго пришлось возиться с ремнями.

Я буквально вывалилась ему в руки.

— Кажется, это заклинание тебя сильно мучает, — озабоченно сказал Хью, — надо соображать, как от него избавиться. Но сначала в дом.

Он внес меня внутрь одноэтажного домика, внутри которого оказалось чисто и вполне неплохо обставлено.

— Это моя загородная резиденция, — усмехнулся он, поймав мой взгляд, — не такая шикарная как у твоих новых родственничков, но зато никто не знает об этом домишке. Значит так, Зелла, я тебе помогу избавиться от муженька. Но в благодарность ты должна выйти за меня.

* * *

Лаэрт Телеро

Он решил не беспокоить жену. Дать ей возможность подумать, принять решение. Но все же надеялся, что сегодня же ночью у нее будет очередной приступ влечения к нему. Тогда Зелла придет в спальню и он уже ее уговорит принять его предложение. А пробыв ночь в объятиях Лаэрта Телеро, эта девушка больше ни одного мужчину не захочет.

Он будет с ней нежным и страстным, настойчивым и в то же время бережным, как и надлежит быть с девственницей, посвящая ее в жены.

Во время ужина он сказал родителям, что Зелла уснула, поскольку ее недомогание дает о себе знать. И подумал что действительно, надо пригласить лекаря. Что-то совсем бедняжка ослабела.

Поэтому Лаэрт отдал приказ дворецкому вызвать целителя уже на завтра же, а еще заказать розы. Тысячу штук, чтобы усыпать ими покои прекрасной Зеллы, чьи прелести будоражили воображение молодого мужа.

Что еще будет ей приятно?

Сладости ручной работы, в красивых коробках? Трогательные мягкие игрушки. Лаэрт твердо намеревался покорить сердце этой неуступчивой и гордой девушки.

Ему хотелось увидеть на ее лице настоящую улыбку, а в глазах — сияние истинного чувства.

Он был дураком, но ведь любой имеет право на искупление вины, даже завзятый злодей, разве не так?

А Лаэрт исправится, это точно. И даже не будет ей изменять. Такой красотке и не захочется быть неверным. Если она согласится каждую ночь быть в его постели.

Ночью ему не спалось.

Лаэрт