Замуж за предателя - Наталия Журавликова

он хорошенько умылся, тщательно выскреб щеки, ни разу не порезавшись опасной бритвой. Принял это за хороший знак, с удовольствием надушился и отправился покорять супругу на женскую половину особняка.

Однако Зеллы в ее комнатах не было!

— Глория! — позвал Лаэрт горничную, за которой была закреплена эта половина.

— Звали, хозяин? — запыхавшаяся служанка с метелкой для пыли вышла из музыкальной гостиной.

— Где моя жена?

— Она поднялась очень рано, выпила кофею и отправилась в сад, смотреть, как распускаются лепестки цветов, — отчиталась Глория, — а то уж лето заканчивается, когда еще любоваться?

— Благодарю, — кивнул Лаэрт, — пойду, составлю ей компанию. И передай там, чтобы сделали нам завтрак на супружеской половине. Да поизысканней.

Горничная понимающе улыбнулась.

Лаэрт же поспешил в сад, туда где были роскошные клумбы, с розами, тюльпанами, амариллисами. Да и еще Буст знает, с чем.

Он вертел головой, пытаясь увидеть жену.

Но ее нигде не было.

Куда же ее понесло?

Лаэрт смекнул, что девица, любящая природные красоты, наверняка отправилась в пруду.

Быстрым шагом он проследовал туда, и притормозил только лишь увидев движение между деревьями. Оттуда еще и разговор доносился.

— Зелла, я не верю что ты можешь любить этого негодяя! Он ведь открыто изменяет тебе с Альмой. Ты думаешь, она действительно уехала из города? Не сомневайся, эта влюбленная парочка находит время и место для встреч.

Лаэрт узнал голос неугомонного Хьюго. Ах он, змей, не прекращает своих интриг! Лаэрту захотелось немедленно ему врезать, но он решил укрыться так, чтобы слышать разговор жены и кузена.

Парочка стояла между липами, Лаэрту удалось подобраться незамеченным и укрыться за широким стволом.

— Зелла, ты плачешь? — голос Хью стал испуганным. — Я сделал тебе больно.

— Нет, Хьюго, не ты, а моя любовь.

— К Лаэрту?

Мерзавец положил руки на плечи Зеллы, и Лаэрт чуть не зарычал.

— Да, — ответила Зелла и всхлипнула.

— Бедная, несчастная девочка! Как же тебя угораздило влюбиться в этого недостойного слизняка?

— Не говори так! Он самый прекрасный мужчина на свете. Это я… не оправдала его надежд в этой жизни. Не такая, о какой он мечтал. И недостойна ублажить его в постели.

Вот ничего себе! Интересно, что она на самом деле хотела сказать, когда выдавала все это, особенно о постели?

— Так что же, у вас еще и консумации не было?

Тут уж Лаэрт не удержался и выдал себя, выскочил из-за дерева.

Но успел увидеть, как Зелла отрицательно мотает головой.

— Что ты тут делаешь, кузен? — холодно спросил Лаэрт. — Не пытаешься ли соблазнить мою женушку?

— Хм, а это неплохой вариант, коли тебе самому без надобности? — широко улыбнулся Хьюго.

Лаэрт кинулся на родственничка, и тот, вспомнив о явном физическом превосходстве кузена, тут же стушевался.

Отпустил Зеллу, выставил руки перед собой, отступая.

— Ладно, ладно, братец. Я просто зашел навестить вас. Напомнить, что завтра приезжает дядюшка Эрнан с визитом, как и обещал. Вдруг ты забыл.

— У меня есть дворецкий и секретарь, которые всегда напомнят и при этом не попытаются увести у меня супругу.

Лаэрт подошел к жене, взял ее руку.

— Идем домой, дорогая. Хьюго уже собирался обратно в свою каморку.

— Увидимся завтра, зайчатки, — вдруг весело подмигнул наглец. И послал воздушный поцелуй Зелле.

* * *

Зелла

Каждую ночь, проведенную в своей опочивальне на женской половине особняка, мне приходилось себя удерживать, чтобы не бежать снова и снова к Лаэрту.

Я запирала дверь изнутри и прятала ключ, чтобы во сне его не найти.

Оплетала щиколотки путами, которые крепким узлом закрепляла на ножках кровати.

Просыпалась от того, что упала с ложа и опять ушиблась.

На моем теле были синяки, а кожа вокруг щиколоток стерта.

Синие круги проявились и под глазами. Я заметила, что теряю вес безо всяких диет. Аппетит ухудшался.

Иногда Лаэрт требовал, чтобы я спала в общей опочивальне. И тогда я почти всю ночь не могла сомкнуть глаз, потому что знала — проснусь, крепко обхватив торс мужа и уложив голову на его плечо.

Бессонница, дурное настроение и самочувствие. Так складывался мой брак с Лаэртом Телеро.

И постоянные приемы, то у нас, то с выездом по гостям.

Семейная жизнь сливалась в одну ленту событий. Мои эмоции угасали.

Проще всего было сдаться внушенной мне страсти. Что-то внутри головы нашептывало мне: “Прими свое влечение, сделай то, чего хочет твое тело, и станет легче”.

Но моя гордость не позволяла сдаться.

Я не буду принадлежать этому негодяю!

— Что-то молодая жена бледна! — заметила как-то хозяйка одного из приемов. — Уж не ждет ли нас всех скоро новость о пополнении?

Так поползли слухи о моей беременности, хоть Лаэрт и пытался указать сплетникам, что мы женаты с ним всего ничего.

Я очень надеялась, что Ажеборн Ботлер, вернувшись из своей поездки, верно поймет мое сообщение. Он такой опытный менталист, должен увидеть на мне воздействие коллеги и ученика.

В то утро, когда Хьюго подкараулил меня в саду, я не спала почти всю ночь, борясь с желанием бежать к Лаэрту, чтобы спросить, какие у него будут пожелания.

Он как-то сказал, что сны — это та свобода, что остается у нас даже под заклятием.

Я в это не верила, потому что и в моих грезах был Лаэрт. Поверить в его слова значит принять, будто бы моя любовь к нему жива. А я ненавижу этого предателя, подонка, мерзавца! И только его заклятье заставляет меня видеть сны, после которых я готова мчаться к нему, забыв гордость и стыд.

Лаэрт Телеро — мой враг. И я терпеливо жду часа, когда освобожусь от его чар и смогу отомстить.

Встреча с Хьюго была неожиданной. Кузен моего мужа улыбался так сочувственно, словно и правда хотел мне помочь. Если бы только найти способ подать сигнал бедствия!

И тут мне помог мой измученный организм. Я разревелась, напугав Хью. Он забормотал:

— Бедная, несчастная девочка! Как же тебя угораздило влюбиться в этого недостойного слизняка?

Я хотела сказать ему: “Ты прав, он недостойный меня предатель, который захотел подчинить мою волю, потому что я застала его за изменой и хотела разорвать помолвку. Но я буду биться до последнего и не дамся этому негодяю. Не допущу нашей близости как мужа и жены!”

А получилось у меня:

— Не говори так! Он самый прекрасный мужчина на свете. Это я… не оправдала его надежд в этой жизни. Не такая, о какой он мечтал. И недостойна ублажить его в постели.

Хьюго вычленил самое главное из моего потока бреда:

— Так что же, у вас