Замуж за предателя - Наталия Журавликова

права удерживать ее. Отпусти ее. Ты не смог оценить эту девушку по достоинству. Перестань отравлять ей жизнь. Сними заклятие и смирись с тем, что она захочет сделать дальше”.

Вот такие мысли все чаще донимали Лаэрта.

В очередной раз отмахнувшись от них, молодой хозяин шикарного особняка в центре столицы легко сбежал по лестнице и чуть не врезался в Хьюго.

— Зачастил ты к нам, братец, — сказал он недовольно.

— Пришел засвидетельствовать почтение дядюшке с тетушкой, — растянул губы в улыбке кузен, — а заодно поболтать с главой семейства Телеро.

— И о чем же ты собрался болтать с моим отцом? — грозно прорычал Лаэрт.

— Да о сущих пустяках. Хотел поинтересоваться, знает ли он, что ждать от твоего брака с Зеллой внуков — зряшное дело.

— Что это значит?

Эрнан Телеро появился неожиданно. И теперь требовательно смотрел на обоих братьев, ожидая ответа.

Лаэрт побледнел, а Хьюго подобрался.

— В кабинет, оба! — рявкнул Эрнан.

Молодежь беспрекословно отправилась следом за ним.

Закрыв дверь плотнее, лорд-губернатор потребовал:

— Что там по поводу внуков?

— Брак Лаэрта и Зеллы до сих пор не консумирован, — выпалил Хьюго

— Заткнись! — крикнул Лаэрт, накидываясь на кузена с кулаками.

— Стоять! — Эрнан оттащил сына от племянника. — Объяснись, Лаэрт, что между вами происходит?

— Хьюго завидует моему положению, отец, в этом все и дело, — сказал Лаэрт уже спокойнее, одергивая помятый камзол.

— Мы с Зеллой любим друг друга и живем душа в душу.

— Тогда зачем ты уединялся с Альмой во время приема у барона Лепентира? И разве не отправила она тебе любовное письмо перед отъездом?

— И откуда ты о таком можешь знать? — фыркнул Лаэрт.

— Уж поверь, знаю, — холодно усмехнулся Хьюго, — я сказал тебе, что не остановлюсь ни перед чем. И стараюсь собирать всю информацию, которая может помочь мне открыть глаза твоего отца на твои проделки.

— Это правда? — Эрнан Телеро буравил сына взглядом.

— Да, я виделся с Альмой, и она мне писала, — кивнул Лаэрт, — но…

— Никаких но. Если ты не спишь со своей женой, изволь и вне семейного ложа ни с кем не куролесить!

— Хьюго ошибается насчет этого, отец, — повысил голос Лаэрт, — у нас с Зеллой полноценная супружеская жизнь. Или ты веришь, что кто-то может знать, спим ли мы вместе, как муж и жена?

— Верно, к вам в постель лезть глупо, — кивнул Эрнан.

Лаэрт уж было вздохнул с облегчением. Но не стоило раньше времени радоваться.

— Зелла сама призналась со слезами, что у них не было консумации! — не успокаивался Хью. — Можете сами ее об этом спросить. Ее очень это расстраивает, поэтому она выглядит такой удрученной.

— Я действительно жду внуков, — сказал лорд, — и если у вас и правда все хорошо, тогда никаких сложностей с этим не возникнет. Я оставлю пока эту тему и не стану приставать к Зелле с расспросами. Но…

Он взглянул на племянника и приказал:

— Выйди, Хью!

— Но дядя! — попытался было возразить кузен.

— Это внутрисемейное дело. Не для твоих ушей!

Хьюго с оскорбленным видом вышел. Удостоверясь, что он удалился от дверей, Эрнан закрыл их и продолжил вполголоса:

— Если в ближайшие два с половиной месяца ты не порадуешь меня новостью о скором пополнении в семействе, которую подтвердит лекарь, я велю проверить брак на соответствие.

— Что это значит? — испугался Лаэрт.

— То и значит. Ты в курсе, как образованный человек, что это такое. Если по прошествии трех месяцев брака твоя жена окажется все еще невинной, вас разведут одним днем. Так что прими к сведению. И проверь уже здоровье Зеллы, выглядит она утомленной. Я было решил, что она как раз-таки в положении.

— Но зачем тебе это, отец? — в отчаянии выкрикнул Лаэрт. — Мы поженились, как ты и хотел. Вместе ходим на приемы и встречаем гостей. Зачем нам так рано обзаводиться детьми? Мы молоды и хотим наслаждаться жизнью.

— Я не потерплю обмана, сын. Если ты пытаешься обвести меня вокруг пальца и устроил себе фиктивный брак и продолжаешь морочить девочке голову, я тебя накажу так, что мало не покажется.

ГЛАВА 10

Зелла

— Как вы планируте провести сегодняшний день, дети? — ласково спросила свекровь. Меня уже пугала ее необычная разговорчивость.

— Разумеется, в кругу семьи, матушка, — добродушно ответил мой муженек.

Иногда я смотрела на него, и видела, словно лучи Гелло преломляются, превращая его миловидное лицо в уродливую маску. Впрочем, это наверняка от моего дурного самочувствия. Сегодня мне указали на него столько раз, что я сама уже начинала беспокоиться.

Вместе с тем, меня начинало раздражать все вокруг. Хотелось спрятаться в своей комнате и привязать себя к кровати, чтобы снова не побежать к проклятому Лаэрту. От меня же требовалось мило улыбаться и общаться со свекрами.

Внезапно в голову пришло гениальное решение. Сказаться больной.

— Знаете, я бы, если вы не возражаете, отлежалась на своей половине, очень уж плохо себя чувствую. Думаю вы, метрис Телеро, меня поймете.

Я заговорщицки посмотрела на свекровь, надеясь, что она подумает то что мне надо. однако она все совсем не так поняла.

— Ах, неужели! — воскликнула эта недогадливая женщина. — Ты хочешь сказать, что Ларри скоро станет папочкой?

Муж завел глаза к потолку.

— В том то и дело, что нет, — я потупила взгляд, — но мне лучше полежать.

— Ой, вот ты о чем, — смутилась свекровь, — да, конечно, не надо себя мучить.

Используя этот благовидный предлог, я радостно собралась в свои покои, рассчитывая отлежаться там ближайшую пару дней.

Но долго скрываться мне не пришлось.

Подремав какое-то время, я была разбужена стуком в дверь.

— Зелла, открой! — велел мне голос Лаэрта. Я вынуждена была послушаться.

Муж проскользнул внутрь и закрыл засов.

— Мне нужно с тобой серьезно поговорить, — заявил он, — мои родители в гостевом флигеле. Они нас не потревожат. Ты правда плохо себя чувствуешь?

— Ну, несколько преувеличиваю, — призналась я, — просто не хочется ни с кем болтать. Даже с чудесными родителями моего прекрасного мужа.

— Зелла, — Лаэрт забегал вдруг по моей спальне, хватаясь за голову. Я почувствовала беспокойство.

Затем муж вдруг опустился передо мной на колени и взял мои руки в свои.

— Меня беспокоит твое самочувствие, правда. Мне кажется, это хандра, которая возникла из-за необходимости запирать свое отношение к происходящему глубоко внутри. И я прошу у тебя прощения за то, что тебе приходится это переживать сейчас… но наши с тобой дела становятся все печальнее.

— Что случилось, милый? — испугалась я по-настоящему.

— Отец требует подтверждения консумации нашего брака, — сообщил Лаэрт.

— Да как же это? — возмутилась я.

— Ты сама виновата, любовь