Замуж за предателя - Наталия Журавликова

И увидела за его спиной Альму с занесенной над головой туфелькой.

От страха она заорала и с размаху приложила Лаэрта по плечу острым каблучком так, что мой неверный супруг взвыл.

Так ему и надо, паршивцу. Нечего представать передо мной таким растрепанным и с расстегнутой до пупа рубашке.

— Альма! Ты меня чуть не пришибла!

Лаэрт схватился за раненое плечо.

— Ты такой сильный, дорогой, — восхищенно пропела я, — так легко развернул это огромное кресло!

— Да еще и с такой увесистой пассажиркой, — язвительно заметила Альма.

Как быстро эта мерзавка в себя-то пришла!

— А Лаэрт говорит, что во мне весу как в пушинке. Все время на руках носит. И в спальню, до кровати…

Тут я закатила глаза, как бы это мне ни было неприятно.

— Зелла! — раздраженно рявкнул муж. — Что ты здесь забыла?

— Не что, а кого! — припечатала я его. — Тебя! Тебя, мой любимый. Сердечко подсказало, где тебя искать. Я чуяла, что ты сюда придешь, думала, мы славно здесь проведем время. Как и обычно. Но ты не переживай, я подожду, когда ты закончишь поздравлять метрис Данли с ее помолвкой.

— Что? Ты его теперь не бросишь? — Альма попятилась в ужасе от моей непробиваемости.

— Лаэрта? Зачем? Такими страстными кавалерами не разбрасываются. Он лучший мужчина в моей жизни.

В первый раз я подумала, что на самом деле очень удобно, когда можешь говорить все, что рвется наружу, , а окружающие слышат весь этот приторный бред. И мои враги не знают, как же я на самом деле страдаю и злюсь на Лаэрта. Пусть я выгляжу глупой, зато сильной.

— Но ты слышала, о чем он мне тут говорил? — Альма хлопала глазами, переводя взгляд с меня на Лаэрта и обратно.

Ларри. Бррр… Никогда бы не пришло в голову так его назвать.

— Разумеется, у меня все отлично со слухом, — гордо подтвердила я, — Лаэрт сказал, что хочет вас.

— И что ты об этом думаешь? — Альма снова начала на меня наскакивать.

— Я им горжусь.

Тут даже у Лаэрта челюсть отпала, хоть он-то прекрасно знает, что я не могу сказать ничего против него.

— Да почему же? — Альма схватилась за сердце.

— Он очень вежливый у меня. Вы вот на него накинулись, а он вас обидеть не хочет. И говорит то, что вам приятно слышать.

— А как насчет того, что для него супружеский долг — тяжкая повинность? — надеялась вывести меня из равновесия любовница мужа.

— Так это вы сказали — не он. Правда, любовь моя?

— Альма, — Лаэрт насупился и принялся застегивать рубашку, морщась от боли в плече. На рубашке, на месте удара виднелась рваная дыра и проглядывал свежий синяк. Кажется, и пара царапин была.

— Мы побеседуем с тобой потом.

— Ну и пожалуйста! — фыркнула девица, надевая туфлю.

— Если ты сам не замечаешь, что у твоей жены проблемы с головой, послушай окружающих. Она притворяется любящей идиоткой, а как-нибудь ночью придушит тебя подушкой!

Выкрикнув угрозу, Альма выбежала из укрытия.

Лаэрт протянул мне руку.

— Вставай, — велел он, — зачем ты меня преследуешь?

Я схватилась за его пальцы и дернула на себя.

Лаэрт чуть не потерял равновесие. Нет, я не хотела его ронять, тем более себе на колени. Но просто хотелось проверить, могу ли я в принципе сделать что-то резкое по отношению к негодяю.

— Совсем с ума сошла!

— Только если по тебе, милый.

Я легко поднялась без его помощи, пока он удерживался здоровой рукой за подлокотник.

— Я же говорила, что мечтаю никогда не разлучаться. Вот и хожу повсюду за тобой. И не оставлю никогда, любимый!

Говоря последние слова, я попыталась сверкнуть глазами как можно безумней.

— Зелла! Это уже переходит границы! — прошипел сквозь зубы горе-муженек.

— Так расколдуй меня, любимый, — протянула я самым нежным на свете голоском.

— Я не доверяю тебе, Зелла, — отчеканил Лаэрт, — так что разговор закончен. Могу только приказать перестать душить меня своими нежностями. Будь любящей, но сдержанной, поняла?

Мне кажется, или Лаэрт Телеро уже сам запутался и не понимает, чего он хочет?

* * *

Церемония бракосочетания Альмы Данли и барона Эрнеста Лепентира назначена через три месяца.

Что ж, молодая жена имеет все шансы довольно быстро стать юной и прекрасной вдовой.

И если судить по лицам дочерей и внучек почтенного барона, они все это понимали.

Так что прием во дворце Лепентиров напоминал вечер скорби.

О том, что завтра нас с Лаэртом ожидает его милая тетушка, я сообщила мужу уже на обратном пути в экипаже.

К моему удовольствию, супруг выглядел раздосадованным.

— У меня были планы на вечер! — насупился он.

— Уж не встреча ли с твоей близкой знакомой метрис Альмой Данли? — спросила я вежливо.

— А если и с ней, тебе что за печаль? — грубо ответил он. — Пойми, Зелла, Альма вынуждена выйти за старика! Ненавижу эти договорные браки.

— И наш с тобой? — тихо поинтересовалась я.

— Его так в первую очередь. Чтобы выполнить волю отца, мне пришлось стать подлецом! Думаешь, я в восторге от того, что мне пришлось сделать? Вовсе нет!

Я привык, что девицы сами прыгают в мои объятия.

— Ты уже говорил, дорогой, — смиренно напомнила я.

— И ты… смотришь на меня, будто я мерзкий насильник. А между прочим, была влюблена в меня, разве не так? Отвечай правду!

Я видела, что Лаэрт разозлился. Ослушаться его приказа я не могла.

— Я любила тебя всю свою жизнь, с самого детства, — голос мой звучал глухо, потому что я пыталась сдерживаться, не выдавать все самое сокровенное. И еще больше ненавидела Лаэрта за его принуждение к ответу.

— Ждала каждой нашей встречи. Хотела тебе понравиться.

— И мечтала о нашей свадьбе, правда?

— Правда.

— Расскажи, какими были твои мечты, — потребовал он.

Я похолодела. Какой негодяй. Ему нравится издеваться надо мной, упиваясь своей властью.

— Я видела в своих мечтах пышную церемонию, храм, украшенный цветами. Любимый мужчина держит мою руку и смотрит на меня с такой же нежностью и преданностью, как я на него.

— А потом?

— Нас венчают, он целует меня, и во время этого поцелуя наши сердца объединяются воедино, души сливаются и во всем мире остается одна любовь.

Я и не заметила, как из глаз моих потекли слезы. Поняла это по ошарашенному взгляду Лаэрта.

Но он не смог или не захотел остановить поток моих признаний.

— А потом наша первая брачная ночь, полная нежности и страсти. Мы становимся запредельно близки. Все прекрасно и романтично.

— Какой же я идиот, — сказал неожиданно Лаэрт и обнял меня. Просто привлек