Развода не будет - Елена Безрукова

Разумеется, мне было страшно самой заниматься этим делом. Но мне совершенно не кого было просить о помощи. Друзей из института, которым я могла бы довериться не было. Близких подруг — тоже.

Я подумала об Алие и тут же отмела эту идею. После нашего общения на том приёме, когда Ренату дали награду мне даже звонить ей не хотелось. Тем более, сообщать о таких делах.

Пришлось решиться и самой заняться этим делом.

В первый же вечер, выйдя из клиники я отправила сообщение. Сказала, что готова встретиться и поговорить. Мне тут же пришёл ответ.

Я не была удивлена. Тот, кто писал мне потребовал денег. Ни много ни мало пятьдесят тысяч рублей.

Ренат, конечно, мне деньги оставил, оон меня обеспечивал полностью и сказал, что так будет и впредь. Но взять просто так пятьдесят тысяч и отдать неизвестно кому?

Мне было не просто, но я решилась, написала, что могу предложить максимум тридцать и то, после того как получу хоть какую-то информацию. Ответ так же пришёл незамедлительно. Мой таинственный помощник прислал короткий кусочек видео, на котором был мой муж и эта… зараза. Далее следовал текст: “Сорок тысяч. Встретимся завтра в людном месте. Придешь одна”.

Было очень страшно. Я понимала, что рискую здоровьем ребёнка. Мне не стоило соглашаться. Нужно было сообщить Ренату.

Я посмотрела на себя в зеркало, положила руку на живот, который еще не был заметен.

Что же мне делать? Как поступить правильно? Кто может мне помочь?

Подумав хорошенько, я всё-таки решилась и набрала номер.

38

— Алло, — услышала я ответ на том конце провода, но тут же растерялась, услышав его голос. Как же давно я не слышала его. И только сейчас осознала, как сильно тосковала и желала услышать… — Алло. Мила? Ты что молчишь? Что-то случилось?

— Ренат, — наконец выдавила я из себя. Если уж решилась позвонить, то дело надо довести до конца. Быть мужественной. У меня появилась надежда. Надежда на то, что наш брак ещё возможно спасти… Только надо преодолеть себя и поговорить уже начистоту. Ренат всё же взрослый и умный, мудрый мужчина, мудрее меня, он не будет мне лгать и найдёт нужные слова, чтобы я успокоилась. Или уже знала правду. Смириться с горькой правдой всяко проще, чем жить годами в неизвестности и мучаться в подвешенном состоянии. Я хочу наконец уже узнать правду! Хочу знать, что наговорила мне эта женщина. Это всё было или же это очередная ложь, которую плетут словно пауки свою паутину вокруг Рената? Одно я ощущала точно — что-то в этой истории не так. Словно что-то фальшивое, неестественное, и что Ренат знает больше об этом, но молчит. Настала пора начать говорить… Мы слишком долго молчали и натворили дел… — Ренат. Да, это я.

— Я понял. С тобой всё в порядке, Мил? — он спрашивал обеспокоенно. Так не интересуется человек, которому всё равно.

Впрочем, возможно его беспокоит лишь наш малыш, которого по стечению обстоятельств я стала носить, когда нашим отношениям уже пришёл кирдык? Или… не пришёл?

Ох, уж эти беспощадные надежды, что снова, уже не первый раз за год нашего короткого брака, наполняет моё сердце, а потом уходит, оставив душу мокрой словно траву ранней зарей от росы…

Сколько же ещё можно бегать по кругу? Кажется, я начинаю точнее понимать, о каких кругах ада писал Данте…

— Всё в порядке, — заверила я его. — Я тебе не по поводу здоровья звоню.

— А с ребёнком? Тоже всё в порядке?

— Конечно. Ренат, давай позже поговорим об этом. У меня к тебе дело. Это важно. Мы можем увидеться? Не телефонный разговор.

— А что случилось?

— Ренат, не телефонный разговор.

— И о чём тебе со мной говорить, интересно знать?

— Я всё скажу в ресторане. Мы сможем встретиться?

— Сегодня? — спросил он.

— Да. Чем скорее — тем лучше.

— Ну давай через час, заеду за тобой и отвезу, куда скажешь.

Почему-то ехать с ним мне не хотелось. Я боялась, что начну задавать вопросы прямо в автомобиле, а мне не хотелось бы отвлекать Рената от дороги и подвергать меня и малыша опасности. Всё же стоит обсудить всё в тихом, спокойном месте, когда мой муж не занят управлением авто.

— Не надо, — ответила я. — Встретимся в “Апельсине”. Займи там столик подальше от ушей. Я приеду на такси.

— Мил, зачем такси, если я могу тебя забрать?

— Я так хочу.

Мне показалось, что Ренат издал некое подобие короткого рыка.

— Упрямая. Сдалось тебе это такси…

— Я хочу доехать сама, — настаивала я.

— Ладно, бог с тобой, — сдался Рен. — Но такси тебе вызову я. Идёт?

— Идёт, — пожала я плечами. Мне всё равно, какое такси, и кто из нас его вызовет. Если Ренату так будет спокойнее — пусть вызовет сам. К таксистам ревнует, что ли? Глупости какие-то… Или… это просто забота обо мне, беременной? Тогда это приятно. Аж щеки порозовели от удовольствия. — Вызывай, чтобы я в кафе была через час.

— Не беспокойся, я всё сделаю как положено, — заверил меня Ренат. — Собирайся.

— Хорошо.

— Буду ждать встречи, — добавил он.

Я растерялась. Он уже давно мне не говорит такого… Отстранился. И вдруг — ждёт встречи?

Сложно представить себе, что ещё недавно я могла обнимать свободно этого мужчину, заниматься с ним любовью, потом вдруг встала на сторону его едва ли не врага и не давала даже своей руки коснуться, а после узнала, что ношу его ребёнка, но… Всё разрушено, всё изломано нами же, и заявление о разводе в загс Ренат уже скорее всего подал давно… Как это все происходит с беременными, я не знала, но судя по поведению мужа, факт моей беременности не является для него поводом сохранения барка. Да он вообще в загсе, очевидно, это озвучивать не собирался — вероятно, чтобы нас не стали разводить долго и как-то особенно, хотя я в этом далеко не ас.

Но и я не стану ничего говорить. Не буду никому навязываться!

Надеюсь лишь, что ребёнку Ренат даст своё имя.

Раньше хотела сбежать и сделать так, чтобы муж о ребёнке не узнал никогда, сейчас же мне горько думать о том, что наш малыш не будет носить фамилию папы…

Это грустно. Мне не хочется теперь этого. Но как всё исправить, я не знаю.

И как простить измену — тоже