Развода не будет - Елена Безрукова

что-то измениться, пошли бы какие-то подвижки, потепление… Но ничего такого не случилось, едва представилась возможность от меня избавиться, как Ренат тут же воспользовался ею, и предложил отвезти меня домой, чтобы не тратить больше своё драгоценное время на меня и на вызов такси.

К кому же он собрался после меня?

Вон как бежит, глаз горит.

Неужели у него с кем-то свидание?

Рен сам сказал, что после меня у него ещё дела, но несётся туда со всех ног так, словно его где-то ждёт женщина.

Может, и ждёт.

Он же четко обозначил, что планирует со мной разводиться.

Видимо, в своей голове он уже свободен, и завёл себе новые отношения.

Значит, зря я на что-то надеялась и лелеяла глупые мечты. Не суждено им сбыться.

Как и нашей с ним, изначально хромой на обе ноги, любви…

Я опустила голову и закусила губу до боли.

Горькие слёзы обиды так и накатывали, но я держалась из последних сил — не желала показывать Ренату свою слабость. И боль. Боль от ревности и его равнодушия, такого непривычного мне. От того, как легко он избавился от меня, едва появился шанс, и от того, что мне всё же придётся свыкнуться с тем, что этого мужчину я уже потеряла.

И сломала я всё своими же собственными руками.

Дура ты, Милана, дура!

Ну, сколько он за тобой бегал и добивался от тебя хоть улыбки, хоть одного слова или поцелуя?

А ты что в ответ исполняла?

Теперь пожинай плоды своего художественного творчества.

Сама во всём я виновата.

От того только больнее.

Но придется мне это пережить.

Не я первая, не я последняя, кого бросает муж.

У меня есть мой малыш, ради которого я обязана держаться, и ради которого я буду жить дальше, чего бы мне это не стоило.

Все невзгоды я перенесу ради того, кто ещё пока слишком мал, чтобы я ощулала его внутри себя, но уже точно был, уже существовал.

Как бы оно ни было, но наш с Ренатом ребёнок — это плод любви, пусть и не очень правильной и долгой, и я буду любить его.

Любить также, как и его отца.

Пусть он об этом и знать не будет.

Так распорядилась судьба. Вольна ли я роптать?

Это был мой выбор. Теперь остаётся лишь достойно его принять и нести свой крест.

Ренат же должен сделать лишь одно — быть счастливым.

Может быть, та, другая, к которой он бежит со всех ног, даст ему то, чего не смогла дать я…

— Ну вот. Приехали, — голос Рената прорвался в моё сознание, и я сфокусировала взгляд на том, что было за окном — мы в самом деле приехали, машина остановилась возле крыльца дома. Когда-то нашего общего… А теперь и дом этот уже вовсе не тот, и вся моя жизнь — словно кем-то подброшена…

— Да. Вижу, спасибо, — ответила я, стараясь говорить спокойно и ровно. — На чай зайдешь или нет смысла тебя приглашать? Ты явно торопишься. Кто-то тебя ждет?

Ренат сосредоточил внимательный взгляд карих глаз на моём лице.

Я же вытянулась в струну, ожидая ответа.

Что же он скажет мне?

Признается, кто его ждёт?

42

РЕНАТ.

Я весь был как напряжённая струна последние несколько минут поездки. Когда предлагал ей себя в качестве таксиста понимал, что так правильно, что для беременной женщины лучше ехать в моей комфортной машине, чем прыгать по непонятным такси, пусть даже и премиум класса — у меня всё равно доверия к ним не было, особенно сейчас, когда Милана в положении.

Но чем ближе мы оказывались к дому, тем сильнее охватывала меня тоска.

Дом, где я был счастлив. Пусть даже это счастье было мороком, обманом, пусть я сам себе его придумал. Но в те моменты, когда мы с Милой были близки — я ощущал трепет её тела и мечтал, что чувства всё-таки придут к ней, что я смогу её разбудить, смогу вызвать ответную любовь.

Сейчас мне больно от того, что не получилось. Что я сам по глупости, из-за какой-то дурацкой гордости упустил многое.

Что мне стоило тогда не начать ёрничать и огрызаться, не иронизировать и пытаться показать власть, а честно признаться, что меня явно кто-то подставил с этим видео?

Может быть, всё пошло бы иначе.

Что теперь говорить? После драки кулаками не машут.

Хотя сегодняшний поступок моей пока еще жены всё же давал надежду.

Раз Милана пришла ко мне с этими сообщениями, раз вела себя так, даже прощения просила, значит… Значит реально готова простить?

Мне так много хотелось ей сказать! А еще больше — сделать. Прижать к себе и не отпускать. Сказать, что я погорячился со словами о разводе, что я не хочу расставаться с ней, и не потому, что она ждёт моего малыша, нет. Потому что моя любовь никуда не делась. И, наверное, уже и не денется.

Я любил Милу, другая мне была не нужна.

Готова ли моя жена это услышать?

Я совсем растерялся, когда она предложила зайти и выпить чаю. Чаю? Мне хотелось выпить её. Всю, без остатка. Зацеловать каждый миллиметр кожи, выцеловывать дорожки поцелуями, поклоняясь её телу.

Милана спросила куда я тороплюсь, кто меня ждёт, а я смотрел, глазами хлопая, не понимал, неужели она сама не соображает отчего я такой? Неужели не чувствует?

Я даже забыл, что сам сказал ей о том, что меня ждут дела. Да, конечно, я спешил встретиться с тем детективом, которого нанял для проверки клуба. Но это могло подождать, лишние полчаса погоды бы не сделали.

— Я с удовольствием выпью чаю с тобой, Мила.

— Да? Хорошо… Тогда… пойдем?

Видел, что она странно напряжена, но думал, что это просто оттого, что волновалась из-за сообщений.

— Не переживай, я решу все вопросы с этой дамой, которая тебе писала, — сказал я ей.

— Я не переживаю, — ответила Мила. — Я в тебе уверена, знаю, что ты всё решишь. Ты всегда решал проблемы.

Мне приятно было это слышать, что уж там…

Даже теплее на душе стало — она хотя бы доверяет мне, и говорила это искренне, я слышал по голосу.

Мы вышли из машины, я взял её за руку, чтобы помочь — пальцы Милы дрожали.

— Не трясись, всё будет хорошо.

— Я не трясусь, это просто… Просто мне холодно.

— Тогда пойдём скорее в дом.

Да, на улице уже ощущалось прохладное дыхание осени, хотя