Развода не будет - Елена Безрукова

Как раз в этот момент принесли заказ, я увидел, как моя всё еще жена, голодным взглядом смотрит на свой салат с креветками и еще более жадно на мою брускетту с ростбифом.

— Если хочешь, можешь попробовать.

— Нет, не нужно…

— Мила, ты хочешь? Возьми половину.

Она мялась, но я прямо видел как ей мучительно хочется взять у меня этот кусочек поджаренного хлеба и с мясом. Взял и подвинул ей всю тарелку.

— Прости, это сильнее меня! — Она ухватила тут же первый кусочек. — Я, правда, не думала, что в беременность у меня начнётся такое. Иногда так сильно чего-то хочется, просто нет сил.

— Звони мне, — улыбнулся я. Поведение беременной супруги меня скорее рассмешило и позабавило, чем рассердило. — Буду заказывать тебе всё, что хочется.

— А привозить кто будет? — Милана улыбнулась мне нежно, как раньше.

— Сейчас полно курьерской доставки, от пятнадцати минут.

Её улыбка сразу помрачнела, сползла с лица. Мила сосредоточилась на еде.

Когда с ростбифом было покончено, она взялась за салат. Как раз принесли горячее.

Мне нравилось наблюдать, как она ест и раньше, но сейчас…

Это было настолько завораживающе! Я представлял, что моя женщина кормит моего малыша.

Офигенное зрелище.

Представил Милану с крохой на руках, как она даёт ему грудь, как жадно он сосёт её молоко.

Ох, нет, о таком мне не стоило думать, сразу появилось дикое напряжение в паху, острое желание пронзило.

— Я могу еще чем-то помочь? Мне продолжать переписку?

— Что? — вопрос Милы застал врасплох.

— Я насчёт сообщений, — смотрела она на меня своими огромными глазами. — Что делать? Она ждёт.

— Пока подождёт, — махнул я рукой. — Я сегодня же переговорю со своим человеком. И он подскажет, что делать дальше. Без меня никаких действий не предпринимай.

— Хорошо, Ренат, — послушно кивнула она, и я словно снова увидел в ней ту девочку, в которую однажды влип по полной. Однажды и уже навсегда, кажется… — Надеюсь… Я правильно поступила, что не стала сама с ней встречаться?

— Очень правильно, ты молодец, — кивнул я.

Не хватало ещё беременной женщине во всё это влезать.

В конце концов, это может быть опасно.

Я пока точно не знаю, кто за этим всем стоит, и каковы его истинные мотивы…

И на что вообще они способны, чтобы достичь своей цели.

— Спасибо, что всё рассказала. Ты умница.

— Я правда очень сожалею, что поверила этой записи и… Устроила всё это.

Она виновато смотрела на меня.

Ей просто стыдно за некрасивое поведение или же тут скрывается нечто большее?

В любом случае мысль, что Милана может всё-таки поверить, что моя вина не бескрайняя, внушала оптимизм…

— Ты просто меня не любишь, Мила. — Неожиданно резко сказал я, и увидел как округляются, и наполняются слезами её глаза.

— А ты, Ренат? Разве ты меня любишь?

Я молчал.

На этот вопрос у меня, конечно, есть ответ.

Но озвучить его жене сейчас я не готов.

41

— Давай я отвезу тебя домой, — вместо ответа предложил я. Глаза Милы потускнели вмиг. Неужели она ждала признаний в любви? Я упустил момент? Но я не был уверен, что сейчас это уместно. А теперь уж и поздно, наверное. — Ты, наверное, устала. Да и у меня есть ещё нерешённые дела.

— Понимаю, — кивнула головой она и нервно заправила выпавшую прядь волос из прически себе за ухо. — Да, конечно. Тогда отвези. И я действительно устала… Лучше ты сам, чем непонятно какая машина из таксопарка приедет.

— Ну да… — согласился я и кинул на стол купюру, которой должно с лихвой хватить на оплату нашего счета. Мила, кстати, свои тарелки опустошила, чему я был рад — ела она в последнее время из рук вон плохо, вон как похудела. Я сразу заметил, хотя видел её не так уж и давно. — Поехали тогда.

Мила молча поднялась из-за стола и послушно побрела следом к выходу из ресторана.

Мне же не терпелось отвезти Милану, убедиться, что с ней всё в порядке и она добралась до дома, а потом отправиться к сыщику. Мы оба рыли в нужном направлении и нашли новые зацепки. Мне хотелось поделиться с ним своими выводами и послушать его информаци. Я чувствовал, что разгадка где-то уже совсем рядом…

Может быть, когда я докажу Миле, что не виноват, она сможет всё-таки простить меня и впустить в свою жизнь обратно? Чуть больше недели провёл без неё, а уже весь истосковался по ней, словно верный пёс по своей хозяйке…

Развод мне. Какой уж развод, если дышать без неё не получается?

Я просто не представляю себе, КАК позволю ей снова стать свободной, отказаться от моей фамилии, возможно, даже уйти из моего дома. Вдруг она не захочет жить там с нашим малышом? Скажет, что ей всё это неприятно, воспоминания причиняют боль, и в таком случае я не стану настаивать, чтобы она осталась — просто куплю ей новый дом. Но он уже будет не наш. Это уже будет совсем не то…

Не могу представить, что моя жена просто соберет вещи и уйдет.

Уйдёт из моего дома, жизни, мира.

Только из сердца не уйдет.

Там она уже абсолютно точно навсегда.

Её имя словно качественная тату прошивает мою кожу насквозь.

Она запечатлена на моём сердце.

Она не смывается и не удаляется.

Она как шрам на сердце — будет со мной до самого конца.

До последнего вздоха со мной будет её имя, запах, чудесный взгляд…

Даже если она сама об это ничего не будет знать.

Так легла карта.

Эту партию я проиграл с разгромным счётом.

Не везёт мне в любви. Значит, повезёт однажды в покер.

Я помог ей сесть в авто, занял место водителя и вывел ее на дорогу.

Мила смотрела на меня, словно хотела что-то сказать, но продолжала хранить молчание. Оно меня отчего-то нервировало, хотя я тоже не проронил ни слова, только нервно сжимал руль и ехал вперёд, к нашему бывшему общему дому.

* * *

МИЛА.

Смотрела на своего, кажется, уже всё-таки бывшего мужа, и думала.

Как скоро он меня спровадил, выяснив всё, что я хотела ему сообщить.

Хоть и принёс мои любимые пионы, словно рад меня был видеть, комплиментов наговорил, но не преминул улизнуть поскорее, едва представилась такая возможность.

Теперь пионы и комплименты выглядели простой вежливостью и не более того.

Обидно даже стало.

Я так надеялась, что именно сегодня между нами могло бы