Не выйдешь сухой - Лера Титова

Он улыбнулся. Впервые за долгое время — по-настоящему, не холодно, не снисходительно, а тепло, как улыбаются любимой женщине.

— Я люблю тебя, Тина, — сказал он.

Она замерла.

— Что?

— Я люблю тебя. Я не умею любить. Я не знаю, как это делать правильно. Я не умею говорить красивые слова, дарить цветы, делать сюрпризы. Я умею защищать, владеть, заботиться. Но с тобой — я учусь.

— Ты правда меня любишь?

— Правда.

Тина заплакала. Не горько, не от боли — от счастья. Она обняла его, прижалась, уткнулась лицом в его грудь.

— Я люблю тебя, Ян, — прошептала она. — С первого дня. С первой минуты. Когда ты заплатил два миллиона за час и сказал «я не хочу тебя покупать». Я люблю тебя.

— Я знаю, — сказал он. — Я всегда знал.

— Почему ты не сказал раньше?

— Боялся.

— Ты? Боялся?

— Я боялся, что ты уйдёшь. Что не поверишь. Что испугаешься. Что я скажу, а ты ответишь: «Ты ошибаешься».

— Не ответила бы.

— Я знаю теперь. Но раньше — не знал.

Он поцеловал её. Нежно, медленно, как целуют первый раз. Тина ответила. Они лежали в темноте, обнявшись, и не спешили. Время остановилось. Арно, угрозы, война — всё исчезло. Остались только они.

— Ян.

— Мм?

— Что будет завтра?

— Завтра мы уничтожим Арно.

— А послезавтра?

— Послезавтра будем жить. Просто жить. Вместе.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она закрыла глаза. Уснула с улыбкой на губах.

Ян не спал. Смотрел на неё, гладил по волосам, думал.

Завтра начнётся война. Самая страшная в его жизни. Но он выиграет. Потому что ему есть за что сражаться.

За неё.

За них.

За будущее, в котором не будет страха.

Глава 30. Тина

Она проснулась от того, что его не было рядом.

Простыня остыла, подушка хранила только её собственный запах. Тина села, посмотрела на пустую половину кровати, прислушалась. В доме было тихо — ни шагов, ни голосов, ни шума кофемашины. Только утренний город за окном и её собственное дыхание.

Она встала, накинула халат — тот самый, шёлковый, тёмно-синий, который он купил ей. Прошла на кухню. Пусто. Заглянула в кабинет. Пусто. В гостиную. Пусто.

Ян ушёл.

Тина нашла записку на холодильнике — короткую, без подписи, без приветствия:

«Уехал по делам. Вернусь вечером. Не выходи из дома. Жди меня».

Она перечитала три раза. Сжала бумагу в кулаке.

— Ты не можешь так просто уйти, — сказала она пустоте. — Не сейчас.

Но он ушёл.

Тина осталась одна. В его доме. В его халате. С его запахом на подушке.

Она не знала, что делать.

Она попыталась позвонить — телефон не отвечал. Написала сообщение — прочитано, ответа нет. Позвонила Глебу — тот сказал: «Ян просил не беспокоить его сегодня. Он готовит операцию». — «Какую операцию?» — спросила Тина. Глеб молчал. Потом сказал: «Он сам расскажет, когда вернётся».

Тина села на диван, обхватила колени руками, уставилась в стену.

Она знала: Ян готовит удар. Она знала: он хочет защитить её. Она знала: он не проиграет.

Но страх всё равно был. Липкий, холодный, как утренний туман за окном.

Она думала о матери. О том, что Арно угрожал ей. О том, что Ян обещал защитить. О том, что она сама — слабое звено. Если Арно схватит её — он сможет шантажировать Яна. Сможет заставить его сдаться. Сможет уничтожить обоих.

Тина встала, подошла к окну. Город внизу жил своей жизнью — машины, люди, суета. Ей казалось, что она смотрит на всё это из другого мира. Мира, где нет места обычной жизни. Где каждый день — война.

Она приняла решение.

Достала телефон, набрала номер.

— Алло? — голос матери — сонный, хриплый.

— Мам, привет. Как ты?

— Хорошо, дочка. А ты?

— Тоже хорошо.

— Когда приедешь?

— Скоро. Я хочу кое-что тебе сказать.

— Что?

— Я люблю тебя. Очень. И я сделаю всё, чтобы ты была в безопасности.

— Тина, что случилось?

— Ничего, мам. Просто… я хочу, чтобы ты знала. Если что-то случится — ты не виновата. Ты ни в чём не виновата.

— Тина, ты меня пугаешь.

— Не бойся. Всё будет хорошо. Обещаю.

Она сбросила вызов. Села на пол, прислонилась спиной к стене. Закрыла глаза.

Она не знала, что будет дальше. Но знала одно: она не позволит Арно использовать её против Яна. Даже если для этого придётся уйти.

Навсегда.

Ян вернулся в восемь вечера.

Тина сидела на том же месте, на полу у окна, в том же халате, с пустыми глазами. Он вошёл, увидел её — и всё понял.

— Ты решила, — сказал он.

— Да.

— Что?

— Я ухожу.

— Куда?

— Не знаю. Но я не могу остаться. Арно будет использовать меня против тебя. Я стану твоей слабостью.

— Ты уже моя слабость. С первого дня.

— Поэтому я должна уйти.

Ян подошёл, сел рядом. Взял её за руку.

— Ты никуда не уйдёшь.

— Ян…

— Ты слышала меня. Ты останешься здесь. В этом доме. Со мной. Потому что я не позволю Арно диктовать нам, как жить.

— А если он схватит меня?

— Он не схватит. Я буду рядом.

— А если он убьёт меня?

— Я умру первым.

Тина посмотрела на него. В его серых глазах была решимость. И боль. И любовь.

— Я боюсь, — сказала она.

— Я знаю.

— Я не хочу тебя терять.

— Не потеряешь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Он обнял её, прижал к себе. Тина уткнулась лицом в его грудь, чувствовала его тепло, его дыхание, его сердце. И верила.

Потому что другого выхода не было.

Они сидели на полу до полуночи. Говорили о прошлом, о будущем, о страхах, о надеждах. Тина рассказала ему о матери, о детстве, о первой любви. Ян рассказал о своём отце, который бросил его, когда он был маленьким. О матери, которая умерла у него на руках. О том, как он строил бизнес с нуля — без денег, без связей, без помощи.

— Ты сильный, — сказала Тина.

— Я просто не умею сдаваться.

— Научи меня.

— Нечему учить. Ты и так не сдаёшься.

Они лежали на полу, смотрели в потолок, держались за руки.

— Ян.

— Мм?

— Что будет завтра?

— Завтра мы начнём новую жизнь.

— Без Арно?

— Без Арно.

— Ты уверен?

— Уверен.

Тина закрыла глаза.

Впервые за долгое время она чувствовала себя в безопасности. Не от страха — от надежды.

Она верила ему.

Потому что он был её домом. Её защитой. Её будущим.

А будущее начиналось завтра.

Глава 31. Тина

Она проснулась от того, что