Дым и шрам - Гретхен Пауэлл Фокс

Зефир пискнула в знак согласия:

— Ощущение было такое, будто оторвали кусок души.

Элирия не могла с этим не согласиться. Было жутко не чувствовать магию, обычно кипевшую в венах. Смертельно опасно. Но если честно, это было еще и… умиротворяюще? Теневое присутствие на дне ее живота затихло впервые с тех самых пор…

— И что нам теперь делать? — спросил Пэйлин.

— То же, что и сейчас, придурок, — проворчал один из тех человеческих подстрекателей, что буянили ранее. Рыжий. Белиен. — Ждать. Лечиться. Ждать остальных.

Пока Леона сидела рядом, ухмыляясь его ответу, Элирия заметила, что его сестры нигде не видно. И не она одна это заметила.

— Кстати об остальных: где твоя вторая половинка, рыжий принц? — съязвила Гаэль, слегка прихрамывая на пути к скамье.

— Нас разделило на арене, — мрачно отрезал он.

— Не выбралась? Мои глубочайшие соболезнования, — произнесла Гаэль без малейшей тени сочувствия.

Убийственный взгляд Белиена заставил Элирию напрячься: она ждала, что человек снова кинется на Гаэль. Арбитр объявил, что запрет на насилие снят, но они все были ранены и истощены. Элирия надеялась, что они получат хоть короткую передышку, прежде чем резня возобновится.

К ее великому удивлению, люди, похоже, думали так же. Со вздохом Белиен откинулся назад и провел ладонью по лицу.

— Белис вот-вот придет, — произнесла Леона, поддерживающе положив руку ему на колено.

— Будем молиться, чтобы так и было, — раздался раздражающе-искренний голос прямо за спиной Элирии, так близко, что она вздрогнула. Запах паленого сандала накрыл ее, когда Седрик Торн прошел мимо, а Зефир неотступно следовала за ним, и сел к остальным людям: Белиен и Леона с одной стороны, Олден с другой. Он пожал руку Святому, а затем включился в разговор с двумя другими, активно жестикулируя.

Элирия подавила раздраженный вздох. Вот и весь их шаткий союз, сформировавшийся в последние секунды на арене! Если Седрик желает водить компанию с человеческим мусором, раздающим оскорбления арканийцам направо и налево, флаг ему в руки.

Когда Элирия вернулась на свою сторону комнаты и села рядом с Кит, укол жалости к Зефир прошел сквозь нее. Сильвана неловко стояла за спиной Седрика, переминаясь с ноги на ногу, пока Леона, Белиен и Олден то обменивались понимающими взглядами, то бросали на девушку откровенно презрительные мины.

Элирия не знала, замечает ли рыцарь, как его дружки глумятся над сильваной, или ему просто плевать. И не знала, что из этого хуже. А еще не понимала, зачем Зефир вообще терпит это. Каковы бы ни были ее причины держаться Седрика, она вряд ли предполагала, что Леона и Белиен идут с ним в комплекте.

Раздражение Элирии нарастало, перерастая в ярость, которая, если рассуждать логически, к этой ситуации не относилась. В конце концов, ничего страшного еще не произошло. Но слово «еще» здесь было ключевым. За долгие века Элирия наслышалась историй о том, что люди вытворяют с беззащитными арканийцами, попавшимися на их землях. Неужели рыцарь не понимает, какой опасности подвергает Зефир, таская за собой?

Недалекий дурак.

— Ты как, Элль? — голос Кит выбил Элирию из праведного гнева, а привычное уменьшительное имя утихомирило бурлившую в нутре тень.

— Нормально, — ответила Элирия, отводя тяжелый взгляд от Седрика и откидываясь назад. — Просто жду, что будет дальше.

Кит кивнула:

— Все ждут.

В итоге сквозь арку пробился лишь один чемпион. И это была не Белис. И тот надрывный вопль, что вырвался у Белиена, когда окровавленный и избитый Сайрен Тенрайдер перешагнул порог, а арка наконец погасла, был кошмарным. А тихие всхлипывания, последовавшие за тем, как светящийся проем растворился, оставив после себя лишь глухую каменную стену, звучали еще хуже.

Элирии, возможно, было бы жаль этого человека, не покажи он и его сестра себя конченными тварями. Она бы соврала, сказав, что мир Арканиса обеднел с уходом еще одной расистской гниды. И, к счастью, слушать его стенания долго не пришлось: неожиданный, громоподобный голос заполнил залу.

Множество голосов, звучавших как один.

— Поздравляю, чемпионы, — произнес голос Арбитра. — Вы одолели Испытание Силы.

Элирия искала глазами фигуру в белом балахоне, но той нигде не было.

— Лишь те, кто готов проливать кровь ради короны, смеют мечтать о ней. Вы сражались. Вы истекали кровью. Вы познали утрату, — голос отдавал эхом в ее голове; сдавленный всхлип вырвался у Белиена. — Вы доказали свою силу. Теперь пора исцелиться.

По рядам чемпионов пробежал шепоток.

— Добро пожаловать в Небесное Святилище. Двери перед вами ведут в покои, где вы сможете отдохнуть, помыться и обработать раны. Используйте это время мудро. Завтра начнется второе испытание.

Голос угас, и на смену расфокусированному изумлению на лицах большинства чемпионов пришли тревожные взгляды. Им даровали ночь передышки, но это ничуть не разрядило ощутимое напряжение, повисшее в комнате.

Зефир, как истинный целитель, приняла слова Арбитра за приказ. Она тут же принялась за работу, спокойно и сноровисто перемещаясь от одного чемпиона к другому и предлагая помощь. Леона отмахнулась от нее с визгливым смешком — идиотка. Элирия приняла помощь с благодарностью.

— Как это вышло? — тихо спросила Зефир, ощупывая глубокий порез на пояснице Элирии, до которого та не могла дотянуться сама.

— Да как у всех, наверное, — ответила Элирия, чувствуя, как приятное облегчение разливается по телу, когда кожа начала срастаться. — Какая-то мелкая тварь застала врасплох.

Кит закатила разноцветные глаза:

— Это вышло потому, что кое-кто был слишком занят, спихивая меня с дороги, вместо того чтобы следить за собственной спиной, — проговорила она со смешком. — И потому, что она, похоже, забыла: я взрослая фейри, вполне способная за себя постоять.

— Просто не люблю, когда все веселье достается тебе, — ответила Элирия, изо всех сил стараясь сохранять непринужденный тон.

Взгляд Кит смягчился. Они толком не говорили о том, почему Элирия вообще здесь оказалась. Не было возможности. Но останься они наедине, Элирия подумала, что Кит могла бы даже признаться, как благодарна ей за то, что та ринулась в Испытания ради нее.

Но затем выражение лица Кит снова ожесточилось, и Элирия тут же пожалела о своей мысли.

— Тебе не нужно меня защищать, Элль. Я сама справлюсь.

— Я знаю, что справишься, — Элирия изо всех сил удерживала ровный тон. — Но это не значит, что я перестану пытаться. — Она повела рукой, указывая на обстановку вокруг. — Однозначно.

Уголки губ Кит дёрнулись вверх — едва заметная улыбка.

— Ты невыносима.

Элирия пожала плечами, напустив на себя равнодушный