Эра скорпиона. Том 3 - Егор Серебрянский

— Наивная моя сестренка. Ты, кажется, вообще ситуацию не понимаешь. Король не станет ссориться с министерством, обеспечивающим ему основной приток золота в казну, на основании домыслов каких-то там преступников. У нас нет ни единого явного доказательства злоупотреблений.

— Как это нет? — изумилась я. — А мои слова? А твои слова, которые Ири уж точно примет в расчет? Пусть это и некрасиво с нашей стороны, но ее отношение к тебе сейчас необходимо использовать. Я и не требую их вмешательства, пусть просто донесут нужным людям, которые организуют проверку.

Кей грустно улыбнулся и вновь покачал головой:

— И когда слушок просочится в министерство — а он точно просочится — Аллерд без труда вычислит тех, кто поднимает волну с самого низа. Нас уже многие видели в компании студентов, протянуть цепочку не составит большого труда. И как ты думаешь, сколько после этого проживешь? Министерство не оставит в живых никого, кто способен доставить ему проблемы. Судьба бедняги Гельта тебя ничему не научила?

Я хмуро уточнила:

— И что теперь делать — просто молчать?

Он кивнул, тронул меня за локоть, направляя дальше, и объяснил:

— Не только молчать, но еще и изображать из себя самый надежный шахтерский отряд. Мы и так все на плохом счету, связь с капитаном здорово подмочила нам репутацию. За каждым нашим шагом будут пристально следить. Мы и раньше были лапочками, а теперь вынуждены стать святыми лапочками — и довольно надолго. Вот только потом, когда недоверие к нам полностью утихнет, можно будет начать двигать мизинцами не в такт приказам.

— О, волчата в полном составе! — выкрикнул Тормунд, завидев нас. — Вы так часто бываете в карцере, что я задаюсь вопросом — а может, там медом намазано?

— Проверь хоть разок, Фонарь, — посоветовал ему Кей с такой же широкой улыбкой. — Какой из тебя глава отряда, если ты ни разу в карцере не бывал? Вдруг у тебя боязнь замкнутых пространств, а ты и не знаешь!

— А то я в шахте это проверить не могу!

Хмыкнув, мы прошли к своему столику. Надо же, с легкой руки Гельта мы теперь не «отряд Волка», а «волчата». Но это было пустяком в сравнении с другим и очень непривычным ощущением — в столовой при нашем появлении как будто многие улыбнулись и буднично кивнули в качестве приветствия. Шахтеры рады нас видеть? Однако мы ничего для этого не сделали.

Уже к концу трапезы к нам подсел Арлан-Мякиш и заговорил, словно до этого дня мы были близкими приятелями и обычно вот так болтали:

— Че вылупился, Дорн? — без напряжения он обратился к Кею. — Забудьте обиды, я же забыл. Да и было б что забывать? Сам же понимаешь, мы люди подневольные — что приказали, то и делаем. Я вот о чем потолковать хотел. — Он наклонился к столу и приглушил голос: — Не нравится нам обстановочка. Плевать, что они Хорька одного в шахту отправили, все равно бы наш капитан со дня на день помер. Но потом майор Шверг сдох — прям в своих апартаментах. Судя по всему, от сердечного приступа. Но Аллерд из себя вышел — майорчик-то этой жирной ленивой туше был правой и левой рукой, генерал тут работать вообще не собирался, и тут такое. Вот и начал копать — лекарей всех поднял, а те, чтобы от них уже отстали, сообщили, что проблем с сердцем у мертвяка раньше не было, поэтому смерть все-таки выглядит подозрительной. Генерал как это услышал, так вообще взбеленился. Нас допрашивали со всей строгостью, браслеты эти чертовы активировали — убийцу искали. А че мы скажем, если мы Шверга не трогали? Только к вам никаких вопросов — ну, ясен пень, что вы из карцера его достать и не могли.

Мы с Кеем молча переглянулись. До майора добрался Лиам, никаких сомнений. Видимо, еще чище его убрать не получилось, но и на том гигантское спасибо.

А Руперт заржал:

— Вторая смерть в академии — и мы снова в карцере! Кажется, это уже наше классическое алиби. То ли боги нас обожают, то ли мы чертовы гении стратегии.

Да нет, это не совпадение. В обоих случаях участвовал Лиам, и выбирал для того подходящий момент, чтобы я случайно на плахе не оказалась.

Мякиш будто ждал от нас какой-то более внятной реакции. И, не дождавшись ее, продолжил так же тихо:

— Понимаете расклад, малышня? У майора сердечко прихватило, а нас чепушили так, будто мы лично рядом с его кроватью стояли! Нормально это, а? Настроение в братве меняется. Мы ж не отказываемся служить в шахтах, особенно за монетку, но можно же как-то по-человечески!

Не это ли причина изменений, которые я при входе в столовую отметила? Я уж было открыла рот, однако Кей меня опередил:

— А от нас ты чего хочешь?

— Ну-у… — Мякиш ненадолго замялся, будто не мог подобрать слова. — Вы ж профессиональные занозы в начальственных задах. Придумайте че-нибудь, а мы поддержим.

Я вскинула бровь. Кей же неожиданно произнес твердо и как-то слишком громко:

— Мы преступники, которые благодарны министерству ресурсов за подаренный нам шанс! Хорька мы к себе взяли просто так, смеха ради. Печально слышать, что майора Шверга с нами больше нет, он был прекрасным человеком. И если генерал Аллерд принимает какие-то решения, то он заведомо прав в любом из них. Мой отряд не обсуждает действия руководства и министерства, потому что без них мы все сейчас находились бы или на каторге, или в могиле. Советую и тебе об этом не забывать.

Мякиш замер на несколько секунд, а потом с тем же обескураженным видом встал и пошел к своим.

— Про Шверга прозвучало особенно фальшиво, — заметил Вирней. — Людей прекрасней мы с вами и не видали.

А Руперт похвалил Кея:

— Быстро сообразил, командир.

Я же не вполне была согласна — или, что вероятнее, мне просто не хотелось верить:

— Думаете, что нас именно так будут прощупывать? С одной стороны, логично. А с другой… вдруг Мякиш был честен? Вдруг все шахтеры только и ждут организатора бунта?

— Даже если и так, ничего не меняется, — завершил брат спор. — Этого упыря уже подкупали пойти против нас, веры ему нет. А любая ошибка будет стоить нам жизни. Заучите этот урок: ни одного лишнего слова при постороннем, и