Порочный бывший муж - Элена Макнамара

Вздыхаю. Тру лицо. Отодвигаю чашку. Кофе не лезет. Сейчас бы чего покрепче.

Мама гладит меня по плечу.

– Кирюша, ну ты как ребёнок маленький. Заканчивай этот нелепый брак и…

– Всё, мам, хватит!

Подрываюсь, иду в прихожую.

– Загостилась ты. Идём, я тебя провожу.

Накидываю пальто, обуваюсь. Жду мать возле двери. Она обескураженно выруливает с кухни и подходит ко мне.

– Ты меня гонишь?

– Дела. Тороплюсь. За Лесей сегодня поеду. Моя жена возвращается домой.

– Ясно.

Мама накидывает шубку, мы выходим. Сажаю её в машину, и она уезжает, естественно, обидевшись.

Привожу себя в порядок. Моюсь, бреюсь. Надеваю джинсы, свитер, утеплённую кожанку. Немного парфюма. Вместо сигарет закидываю в рот антиникотиновую жвачку. Уже на выходе встречаю клининговую компанию и оставляю им ключи от квартиры.

Заезжаю к барберу. Расслабляюсь, пока мне делают стрижку.

Откапываю внутри себя прежнего Кирилла. Того, который влюбил в себя Лесю.

Мы с ней словно и не женаты весь последний месяц. Наши телефонные разговоры можно по пальцам пересчитать. И сухие смски тоже.

Она вернулась в универ пару недель назад. По расписанию её пары сегодня заканчиваются в час.

Сижу на капоте тачки, смотрю на входные двери. Глубоко дышу морозным декабрьским воздухом. Курить охота, но я терплю, сжимая в кармане антистрессовую пачку «Парламента».

Наконец Леся показывается на крыльце, её выносит на улицу в общем потоке студентов. Она машет кому-то рукой. Поворачиваю голову. Невдалеке возле старой Лады стоит какой-то тип…

Леся идёт к нему, не замечая меня. Останавливается в шаге от парня и вежливо улыбается. А тот лыбится во все тридцать два. Кивает ей на тачку, открывает пассажирскую дверь. И моя жена собирается сесть в салон чужой машины.

Пиздец…

Быстро двигаю к ним. На губах растягивается какая-то безумная улыбка. Кулаки сжимаются.

– Не помешал? – вырастаю у открытой двери.

– Кирилл? – испуганно отпрыгивает Леся. Нервно оборачивается на этого хмыря, потом вновь смотрит на меня. – Зачем ты здесь?

– За тобой приехал. Нельзя?

– У меня дела, – вновь смотрит на парня. – Познакомься, Андрей. Это Кирилл – мой муж.

Хмырь едва заметно скалится, но не кажется удивлённым.

– Я муж, да, – резко протягиваю ему руку.

Стискиваю, когда он отвечает на рукопожатие. Он сжимает в ответ. Наши кисти белеют, суставы трещат, но лица не меняются, оставаясь фальшиво приветливыми.

Наконец разнимаем руки.

– Олеся, мы уже опаздываем, – смотрит на мою жену хмырь.

И взгляд у него собственнический. Словно он больше прав на неё имеет, чем я.

– Кирилл, мне правда пора, – виноватым тоном говорит Леся. – Андрей устроил мне собеседование в редакции. Меня могут взять без диплома.

– Зачем? У нас нет проблем с деньгами, – ядовито шиплю я.

Леся морщится и никак не комментирует мои слова.

– Созвонимся, Кирилл.

Садится в тачку, и хмырь её увозит. А я, кажется, вновь горю изнутри.

Закуриваю. Сигарета дрожит в пальцах. Опомнившись, пишу сообщение.

«Лесь, кто это такой? Мне нужны его данные».

Леся: «Шатов Андрей Аркадьевич».

Пытаюсь найти инфу в интернете. Но этот Шатов личность неизвестная. Напрягаю знакомого федерала, скидываю ему данные. ФИО и номер тачки. Он обещает, что завтра у меня будет вся нужная информация.

Вновь пишу Лесе.

«Во сколько ты освободишься?»

Леся: «Через пару часов. А что?»

Я: «Поговорить нам надо, родная. Сможешь?»

Леся: «Да».

***

Наши дни

Для банкета выделили столовую. Достаточно большое помещение плюс терраса. Но вечером на ней пока прохладно.

Я нанял декораторов, они украсили столовую шарами, бантами и всякими мерцающими лампочками. Вышло неплохо.

Террасу расчистили от столов, под потолком подвесили большой диско-шар. Получился просторный танцпол.

В столовой накрыли столы. Изысканные блюда и реки алкоголя. Особенно много шампанского, мы же отмечаем долбаное слияние.

Вообще-то, это сейчас малоинтересная для меня тема. Я здесь ради Леси, а всё остальное второстепенно.

Фоткаю для Эмиля украшенный для банкета зал. Отправляю фото вместе с сообщением: «Финальная стадия. Договора подписаны. Завтра можешь приступать».

У Нестерова своя бойня, у меня своя.

Эмиль: «Как Леся?»

Я: «Пытаюсь понять».

Начинают прибывать сотрудники нашей новой компании: расфуфыренные дамочки из «Строчек», маленький коллектив «Прайма», мужики из «Клика». Я ухожу на террасу, чтобы сделать пару важных звонков.

Сначала Савелий. Тот быстро отчитывается:

– Шатов только что вышел из бара. Едет в сторону дома на такси. Продолжаю наблюдение.

– Окей, продолжай.

Скидываю вызов.

Параноик во мне не может теперь пустить всё на самотёк. Шатов под полным контролем. Не подпущу его к Лесе. Савелий быстро изолирует его, если тот решит наведаться сюда или…

Звоню Борису.

– Кирилл Бахтиярович, мы готовы забрать девочку. Нам приступать?

– Пока нет. Как там дела?

– Днём играла во дворе с дедушкой, но уже несколько часов из дома никто не выходил. Баню топят, труба дымит.

– Ясно. Наблюдайте дальше.

Украсть Милу – не лучшая идея, конечно… Но доведённый до отчаяния человек и не такое может.

Возвращаюсь в банкетный зал. Скоро должна появиться Леся…

Глава 19

Наши дни

Олеся

Распрямляю плечи, внутренне вся подбираюсь и захожу внутрь.

Благодаря праздничному убранству трудно узнать вчерашнюю столовую. Сегодня она превратилась в банкетный зал. Фоном звучит ненавязчивая музыка. Мерцающие огоньки отражаются на хрустальных бокалах. Все стулья обтянуты белыми чехлами, на столах – белые скатерти. В воздухе витают вкусные ароматы, дразня мой аппетит. Ни крошки во рту с самого утра.

Осматриваюсь в поисках Льва. Больше ни с кем из «Прайма» пересекаться не хочется. Отмечаю, что Рита с Надей разглядывают меня, и отхожу от них как можно дальше.

Снимаю пиджак, вешаю на сгиб локтя. Он не подходит к этому платью, но идти с голыми руками по улице я не рискнула. Вечер выдался довольно холодный.

Неторопливо иду по залу. Лёва сидит за столиком в компании каких-то мужчин из «Клика». Они оживлённо болтают, иногда довольно громко смеются. Львёнок, надо признать, выглядит с ними весьма органично.

Прохожу мимо их столика и сажусь на свободный стул за соседним. Тут только три молодые женщины. Все мне незнакомы.

– Добрый вечер, – с вежливой улыбкой здороваюсь я.

Одна из них подсаживается ближе. На вид ей около тридцати.

– Ольга, – представляется она.

– Олеся.

– Не Дождикова случайно? – вопросительно прищуривается.

– Эмм… Да, я Олеся Дождикова, – отвечаю, чувствуя некоторую неловкость.

Такое ощущение, что как только Торопов ворвался в мою жизнь снова, моё имя стало известно каждому в