Некрасивая жена - Татьяна Дин

Слез в них больше не было.

Хизер смотрела на него затуманенным взором и не могла скрыть, что получила удовольствие.

- Ты поцеловал меня? - спросила она, чтобы хоть так справиться со своим смущением и перенести всю ответственность на него.

- Я успокаивал тебя, - с видом выполнившего свой долг человека, сказал Дэниел и опустил руки. - И как я вижу, это помогло.

Обретя свободу, Хизер поспешила отойти от него, опустила глаза и принялась поправлять волосы и платье. Она не помнила, когда с головы слетела шляпа, и чтобы отыскать ее, обернулась. Но перед этим все же успела бросить на Дэниела быстрый взгляд и, к своему неудовольствию заметила, что он наблюдал за ней. Наблюдал так, как профессор наблюдает за лабораторной мышью. И наверняка он видел, что ей по-прежнему неловко! Проклятье!

Хизер отправилась за шляпой, но Дэниел опередил ее, первым нашел головной убор и поднял его с земли. Отряхнув от пыли, протянул ей и сказал:

- Нам пора возвращаться. Подожди меня здесь, я привяжу твою лошадь к своей и мы отправимся домой.

Приняв шляпу, Хизер принялась вертеть ее в руках.

- Ты езжай, а я пешком пойду. Я больше не сяду на лошадь.

- Не бойся, я только привяжу ее, а мы с тобой поедем на моем коне.

Но Хизер отрицательно качнула головой.

- Я больше НИКОГДА не сяду на лошадь.

Поразмыслив несколько секунд, Дэниел не стал спорить и просто согласился.

- Хорошо, если ты не можешь ехать верхом, я не буду настаивать. Но мне все равно нужно привязать лошадей.

Дэниел отправился за животными, а Хизер уставилась на воду и смотрела на неё всё то время, пока не настала пора идти домой.

Глава 27

Идя по лесной дороге, первое время Хизер хранила молчание, впрочем, как и Дэниел, но внутри нее вели борьбу противоречивые чувства. С одной стороны она хотела рассказать мужу о покушениях: что у нее есть враг, желающий прикончить ее, и что ее жизнь находится в опасности, но, с другой стороны, боялась, что Дэниел сочтет ее слишком впечатлительной, или еще хуже - обманщицей, которая снова пытается манипулировать им. Она хорошо помнила его слова, что прошлые уловки настоящей Хизер вызывали в нем отвращение и отталкивали его. А не посчитает ли он, что она принялась за старое и снова хотела его привлечь? Почему-то ей стало важно, чтобы он не только понял, какая ей грозила опасность, но и поверил ей. Чтобы не считал глупой и недалекой, желающей добиться его любыми путями.

Сначала Хизер решила молчать, но жажда открыть Дэниелу правду на то, что происходит, оказалась сильнее.

- Я знаю, что скорее всего ты не поверишь мне, но моя лошадь не просто так испугалась. Перед тем, как она стала неуправляемой, рядом с собой я услышала оглушительный выстрел, после которого она бросилась бежать. Кто-то только что пытался меня убить. И не первый раз.

Хизер сказала всё на одном дыхании и замолчала. Внутри она испытывала настолько сильное напряжение, что сжала кулаки до такой степени, что ногти больно вонзились в ладонь.

Дэниел отозвался на ее утверждение ровным и спокойным голосом:

- Лошади довольно пугливые животные, и могут бояться любого громкого и резкого звука. Возможно, один из охотников был неподалеку от того места, где ты находилась, и выстрел из его оружия показался тебе сильнее обычного. Рядом с водой все звуки усиливаются.

Услышав слова Дэниела, Хизер прикрыла глаза и внутренне простонала. Она ведь знала, что всё так будет! Он не поверил и не поверит ей. У нее нет никаких доказательств, что кто-то, действительно, хотел ее смерти. Рассказывать о первом покушении тем более не имело смысла. Да и что она ему скажет? Что убийца придушил ее подушкой, а потом выставил все так, будто она сама пыталась покончить с собой? Но тогда Дэниел спросит, почему она сразу не рассказала ему о случившемся? Ее предположения могли звучать слишком надуманно. Тот, кто желал ей смерти, был чрезвычайно хитер и осторожен. Он умело подстраивал всё так, что трудно было кого-то заподозрить в плохом умысле.

- Как я уже сказала: скорее всего ты не поверишь мне, - тусклым голосом констатировала Хизер, - но я все равно убеждена, что это так. Кому-то я очень мешаю.

Дэниел повернул голову и уставился на нее.

- Но что выиграет убийца, если избавится от тебя?

Услышав его вопрос, в душе Хизер вспыхнула надежда. Раз Дэниел спрашивает ее об этом, значит хоть немного предполагал, что она может оказаться права!

Воспряв духом, она заговорила живее:

- Тебя, например. Она может надеяться стать следующей леди Уэйн.

- Ты думаешь это женщина?

- Или кто-то, кого она наняла, чтобы избавиться от меня.

Хизер заметила, как ее версия не понравилась Дэниелу. Он поморщился, а лицо приобрело жесткие черты. В голосе тоже звучали холодные нотки.

- Я знаю только одну девушку, которая имела полную уверенность надеяться на мое расположение, но она бы никогда не пала так низко, чтобы попытаться избавиться от тебя. Она слишком уверена в себе, чиста и благородна, чтобы опуститься до преступления.

Хотя Хизер намекала на сестричек, но ответ Дэниела сказал ей гораздо больше. То, с какой болью, сожалением и восхищением он говорил о своей бывшей пассии, убедило ее, что он до сих пор был влюблен в эту особу и боготворил ее, и это открытие неприятно покоробило Хизер.

- А что если на твое расположение претендует больше, чем одна девица? - постаралась Хизер говорить отрешенно, но получилось так, будто она огрызнулась.

- Кого ты имеешь в виду?

Озвучить имена Крессиды и Беттани оказалось не так-то просто. Дэниел опять мог заключить, что в ней говорила “банальная женская ревность”. В его глазах она могла предстать мстительной натурой, которая хотела избавиться от соперниц. Поэтому Хизер решила ответить уклончиво:

- Откуда мне знать? Но даже то, как ты заигрывал с моими сёстрами, любой из них могло подарить надежду на твою благосклонность.

- Твои сестры? Так ты обвиняешь их?!

Хизер уловила отвращение в его голосе. И отвращение это вызывала именно она. Внутри нее росло отчаяние.

- Я же сказала, что не знаю! Но если ты не замечаешь, как они относятся ко мне и считаешь их благовоспитанными леди, то это не исключает их из подозреваемых.

- Так, кто следующий на очереди? - Дэниел уже по-настоящему