Откровения Ходячего Недоразумения - Ирина Чеботарь

class="p1">— На самом деле, он сам вычислил нас с Соней. Месье Шанталь когда-то служил во французской полиции. — Я беспомощно смотрела в васильковые глаза подружки. — Он расследовал дело о похищении двенадцатилетнего Филиппо Андреаса мафиозным главарём Орацио Кантарини.

— Не может быть! — Воскликнула Маринка и в ужасе приложила ладонь ко рту.

— Пожалуйста, не шуми. — Я погладила плечо зашевелившегося Риккардо. — Это давняя история. Мы участники её продолжения. А месье Шанталь, между прочим, стоит всей этой бездарной толпы клоунов, что таскается за Андреасами и Саломеей.

Такси остановилось. Мы приехали. Марина помогла мне выбраться. На борт я ступила со спящим ребёнком на руках. Теперь Маринка изображала холодность, а я с трудом и досадой входила в роль прислуги.

— Ну, как экскурсия? — Сонечка подлетела ко мне, лишь я вошла в Гарден Виллу.

— Помню только каких-то здоровых рыб. С Риккардо я могла разве что ноги размять, бегая по аквариуму. — Я передала ребёнка месье Шанталю и принялась трясти уставшими руками. — Ну и богатырь. Думала, уроню по дороге.

— А у нас новость, — Сообщила Сонечка. — Нехорошая.

— Мы нашли жучок в каюте Филиппо и Агнесс. — Месье Шанталь тихо прикрыл дверь детской каюты. — За ними следили.

— Хорошо, что не за нами… — я потёрла лоб. — Что вы с ним сделали?

— Утопили в унитазе. Пусть думают, что сломался. В том месте, которое они выбрали, это вполне возможно. — Усмехнулся Шанталь недоброй улыбкой. — Что ж, игра началась. Поможешь нам?

— Конечно.

* * *

На следующий день наш лайнер пришвартовался в порту Стамбула. В восемь утра мы с Риккардо без сожаления следили за тем, как на берегу грузятся экскурсионные автобусы. Мы находились в Гарден Вилле, и я очень радовалась этому. Мир посмотреть всегда успеется. Пока что мне лучше находиться здесь — на Маринкином лайнере. Заприметив нашу вчерашнюю туристическую группу, марширующую к месту посадки, я не сдержала улыбку.

— Что тут у нас? — Стеклянная дверь за нашими спинами уехала в сторону, месье Шанталь степенным шагом прошёлся по палубе, приложил к глазам бинокль, покачал головой, — а наши хозяева поедут с почётным караулом. Такому кортежу даже английская королева позавидует.

— Они ещё не задают вопросов? — Я удивлялась, как это Филиппо и Агнесс до сих пор не заметили своё странное окружение.

— Нет. — Месье Шанталь пожал плечами. — Они заняты друг другом. Я никогда не видел, чтобы люди так пламенно любили. Такое встречается только в поэмах самых гениальных поэтов.

Я невольно вздохнула. Они любят друг друга, а я гроблю свою жизнь ради их чистого и светлого чувства. Нет. Теперь не ради них, а ради него. Я присела возле Риккардо.

— Ну что, малыш, нам пора собираться в кукольный театр. Вы там Сонечку не видите? — Я немного переживала за подружку, которая сегодня впервые окажется за границей. Мало того что за границей, ещё и одна, без компании.

— Я не малыш. — Возразил мой подопечный, запихивая пальчик в рот.

— Не вижу. — Месье Шанталь опустил бинокль. — Но мне хорошо видна ты. У тебя веко дёргается.

— Ладно, ты не малыш. Но нам всё равно пора. — Я поднялась и оказалась нос в нос с дворецким. — Не обращайте внимания. Это нервное. К Андреасам ещё и Сонечка добавилась. Как я её защищу, если она там, а я здесь?

— Мисс Софи взрослая. Ей не нужна ваша защита, — француз как-то странно вздохнул, и я подозрительно уставилась на него. Это что-то новенькое. Неужто влюблён?

— Не только моя, но и ваша. — Я вознамерилась всё выяснить.

— От той бестии, что объявила на нас охоту? Не смешите меня. Мне передали информацию о Саломее Хартлисс. Наша дамочка стоит сотни вышколенных агентов. Она ведёт себя так раскованно, потому что всё происходящее — эти толпы бездарных комедиантов, для неё лишь лёгкая забава. Если вы заметили, нас она вообще не видит.

— Ну да. И меня это устраивает… — я пожала плечами и подтолкнула Риккардо к двери. Похоже, обстоятельства, заставившие месье француза так загадочно вздохнуть, останутся для меня в разряде невыясненных. Но это пока.

— Не знаю, устроит ли вас то известие, что в домах, где удачно поохотилась мисс Хартлисс, первой всегда умирала прислуга. Все слуги до единого, — месье Шанталь шёл за мной следом. — Правило Саломеи — после каждой бойни пополнять свою коллекцию новыми головами. Головы обслуживающего персонала в счёт не идут. Она игнорирует челядь даже в мёртвом состоянии. Данный социальный слой для неё не существует.

— Что ж, — я обернулась к дворецкому. — Вы сообщили мне весьма приятную новость — моя голова останется при мне.

Я пошагала дальше, месье Шанталь недовольно хмыкнул и бросил мне вслед:

— Я не пугаю вас, я хочу, чтобы вы не расслаблялись. Переживать за мисс Софи не ваша забота…

— А чья же? — Похоже, я всё-таки узнаю правду.

— Предоставьте это мне. Вам поручен ребёнок.

На этом мы разошлись в разные стороны. Меня ждал интересный и безопасный день с Риккардо, и я торопилась начать его…

* * *

Полетели пёстрые, удивительно красочные недели шумных развлечений в беззаботном мире детей. Я научилась понимать Риккардо так, будто бы являла с ним единое целое. Я жила не своей жизнью, а его.

Спросите, что же загнало меня в мальчишескую реальность маленького американца?

Страх. Я бежала от страха. И нашла место, где можно спрятаться если не от опасности, то от ужаса, сковывающего мою душу ледяными тисками.

На радужных просторах ребяческого мироощущения я резвилась, как ягнёнок, не ведающий о том, что вот-вот грядёт Пасха, и тогда закипят котлы, источающие аромат молочной свежатины. И он, самое безобидное существо планеты, внесёт свой посильный вклад в великий праздник. Что от него требуется? Сущая безделица — всего лишь жизнь.

Две недели мы двигались вдоль европейского побережья с ежедневными остановками и экскурсиями, которые меня абсолютно не интересовали.

Мы с Риккардо больше не сходили на берег.

Зачем, когда столько интересного ждало нас на корабле?

Эгмонт каждый вечер приносил мне программки, в которых расписывались мероприятия на следующий день. И я ломала голову — что же выбрать, День Нептуна в аквапарке или библиотечный утренник «В гостях у Микки-Мауса», Парад кукол или карусели?

Я была абсолютно счастлива, и в том парадокс — ведь жизнь моя как никогда находилась под большим вопросом.

Боялась ли я?

Не знаю.

При любом раскладе я теряла Риккардо и его родителей — частички моей бессмертной души. И я решила, что отпущу их, отпущу в жизнь и пойду своей дорогой. Но, если они умрут, я умру вместе с ними — это моя