Откровения Ходячего Недоразумения - Ирина Чеботарь

В глубине души я понимал, с чем это связанно, но знал так же, что поднялся в её глазах. У меня появилась надежда услышать, наконец, её уверенное и счастливое «да». Она приносила поесть мне и моим товарищам, была мила с продюсерским сыном, который всё время путался у нас под ногами. Из чего я сделал вывод, что Флоранс будет прекрасной хозяйкой и матерью.

Мальчик, родители которого были вечно заняты, подружился с моей Флоранс, она возила его в кафе, устраивала ему экскурсии по городу. Я был счастлив и долго прибывал в состоянии эйфории. Но однажды Флоранс пропала. А вместе с нею и юный американец. Следом за этой трагедией последовала другая: актриса, мать мальчика, как оказалось, была слаба сердцем. У неё случился обширный инфаркт. До больницы её довезли, но спасти не смогли. Перед смертью она шептала мужу какие-то имена, но он только и смог разобрать, что это имена, но чьи…

Похоронив супругу, продюсер с головой погрузился в поиски сына. К тому времени уже была поднята на ноги вся городская полиция и местная жандармерия.

Никаких зацепок.

Всё тщетно, как в воду канули.

Мы надеялись, что похититель в скорости потребуют выкуп.

Напрасно.

Время шло, никто не звонил и не подкидывал писем.

Я, потерявший любимую девушку, близкий к самоубийству, по вечерам крутил видео, в котором была запечатлена моя дорогая Флоранс. Я снимал её где только можно. Иногда я оставлял включенную камеру и в нашей палатке, где работала команда электронщиков.

Вот Флоранс сидит на столе, говорит со мною, а вот она поправляет воротничок рубашки пропавшего мальчишки. А вот… я подался вперёд. Она осталась одна, все ушли на обед, я забыл выключить камеру. Она достала из сумочки сотовый телефон. Громоздкая штука, надо сказать, и дорогая. Я его никогда раньше не видел у неё. Тонкие пальчики моей девушки пробежались по кнопкам:

— Орацио?.. хорошо, хорошо, никаких имён. Готовься к встрече, товар будет доставлен к назначенному месту в договорённое время. Милый, ты уверен, что эта вонючая жидкость его не убьёт? Помню… нужен живым. Будет сделано. Он такая милашка. Обещай, что не обидишь… ладно.

Я мгновенно всё понял, и от этого мне ещё больше захотелось продеть голову в петлю. Моя милая Флоранс похитила мальчика для какого-то Орацио.

— Орацио Кантарини! — Воскликнула я.

— Да.

Я тут же позвонил продюсеру. Он всё ещё был в городе, хотя съёмки фильма в предместьях Авиньона давно свернули. Съёмочная группа к тому времени перебралась в Италию.

Господи, видела бы ты, как постарел несчастный муж, уже потерявший жену, и отец, всё ещё таящий надежду вернуть единственного ребёнка. Он ничему не удивился. Семья Кантарини имела какие-то очень давние счёты с тестем продюсера, отцом его умершей жены. Вероятно, умирая, она называла имена врагов своей семьи. Похищение ребёнка было ни чем иным, как актом возмездия за что-то, о чём продюсер не имел понятия.

Теперь, получив направление поиска, мы как псы, набросились на след.

По той злосчастной видеозаписи мне удалось вычислить номер, по которому звонила Флоранс.

Зыбкая надежда. Но номер оказался действующим.

Через спутник мы определили, что телефон находится на катере, который движется к побережью Алжира. Я лично участвовал в операции захвата. Была перебита куча народу, почти все боевики. Среди погибших я нашёл и свою Флоранс с простреленной головой. В живых остались только девочка и мальчик.

Я помню, как брал его за дрожащую руку, я хотел увести и девочку, но она отскочила, злобно глянула на меня и крикнула:

— Не забирайте его! Папа подарил мне его. Это подарок!

Я тогда устало возразил (у меня не было сил, я весь выдохся, ушёл в горе):

— У него есть отец…

— Я всё равно украду его снова. Потому что он мой! — Она смотрела на меня как разъярённая львица. Позже я узнал, что малышка — дочь Орацио Кантарини, которого, к сожалению, не оказалось на катере. Мальчика вернули продюсеру, девочку сдали в приют, откуда её вскорости выкрал папаша-мафиози.

— Морена… — Я пребывала в ужасе. Она в детстве была дрянью. Что же из неё выросло?

— Но не это главное… — Месье Шанталь глубоко вздохнул.

— А что же тогда?

— Имя мальчика — Филиппо Андреас… Я был единственным, кто поверил этой маленькой мрази. Я знал, что она вернётся за Филиппо. С разбитым сердцем работать в полиции не получалось, и я попросился на службу к отцу Филиппо. Теперь смыслом моей жизни была защита мальчика, потерявшего мать.

* * *

Увлекательное путешествие превратилось для Риккардо, да и для меня тоже, в настоящую пытку.

Нет, поначалу всё было великолепно. Мы удобно расположились на втором этаже экскурсионного автобуса. Риккардо был в восторге от высоты, от проезжающих внизу машин, от мелькающих улиц, от того, что он мог оборачиваться к родителям, сидящим позади и болтать с ними.

Саломея находилась внизу, потому я позволила себе расслабиться. Тем более, что вместе с нами на верхнем этаже ехали Андрей и Юстин.

Странно, но кучу агентов, изображающих семейные пары на отдыхе, я в расчёт не брала. С ними я не чувствовала себя в безопасности. Я охотно верила в то, что все они прекрасно владеют и всякими разными видами единоборств, и оружием, и Бог ещё знает чем, но…

Скажите на милость, как я, обычная девушка, могла чувствовать себя в компании мускулистых подтянутых мужчин и женщин неизменно бездетных? Все примерно одного возраста, нормальную одежду носят, как форму, а с сосредоточенных лиц их не сходят, словно намертво приклеенные, два характерных выражения: организованность и дисциплинированность.

Наша экскурсионная англоязычная группа напоминала мне театр абсурда. И Саломея должна быть полной дурой, чтобы не понять, ради кого устроен этот бездарный спектакль.

Первым пунктом нашей экскурсии значился аквариум. Риккардо носился между стеклянными витринами, я едва поспевала за ним. Юстин и Андрей, как правило, находились либо перед нами, либо позади нас. Саломея топталась в метрах пяти от Филиппо и Агнесс. Агенты же роились вокруг них целой толпой. Некоторые, особо наглые, непрерывно вторгались в то, что в современной психологии принято называть «личным пространством».

Андреасы выглядели несколько обескураженными от такого избытка народа. Маринка и Стив тоже находились в группе, но держались особняком. Я иногда ловила растерянные и виноватые взгляды подруги. Но никак на них не реагировала. Моей единственной целью был Риккардо. Мне удивительным образом удалось воздвигнуть невидимую, но в психологическом плане вполне надёжную стену, отделяющую нас двоих от всего окружающего мира.