Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Дмитриевна Гончарова

Не замечать! Презирать! Со мной училась одна такая! У нее все было! Все! Деньги! Драгоценности! Парни! Ее все преподаватели на руках носили! И только я знала, какая она на самом деле гадина! Если бы не ее деньги, никто бы и не взглянул в ее сторону!

– И тем более он, – тихо подсказал Вадим. Но Кларе хватило.

– Да! Тем более Сашка! Он и нужен-то ей был только для развлечений! Как очередная игрушка! А он влюбился! Идиот! Они еще и меня на свадьбу приглашали! Твари! Но я с ней потом поквиталась! Она и не знала, кто я такая! А я разорвала ей горло! И смеялась! Я смеялась, когда она подыхала! А Сашка рыдал на ее похоронах! Жалкий дурак! Я пыталась его утешить, но он осмелился сказать, что лучше нее никого не было! Гадина! Но я его не убила! Пусть живет и мучается. А я временами присылаю ему ее фотографии! Пусть помнит, кого он мне предпочел!

Клара издевательски расхохоталась. Мне срочно захотелось принять ванну с хлоркой – настолько ее смех, да и сама она были омерзительны.

– Но теперь у тебя есть Славка, – опять подсказал Вадим. Клара расхохоталась еще громче. Глаза ее блестели.

– Славка?! Славка?! Кретин! Тварюшка! Да кому нужен этот идиот?! Я морочила ему голову, как только могла!! Врала! Притворялась!! Издевалась! А он ни разу не заподозрил подвоха! Недоумок! Не отличить пади от примы! Ха-ха-ха-ха-аа-а-а-а-а…

Смех перешел в повизгивание. Я поборола желание зажать руками уши. Ощущения были… омерзительныые, как при просмотре дешевого «мыла». В дорогом таких штампов уже не ляпают.

– Так ты прима?

Допрос что, отдадут Вадиму? Я взглянула на Мечислава. Что тут происходит?! Но вампир только покачал головой – мол, не мешайся.

Я пожала плечами. Ладно. Все равно все идет под запись.

– Да, разумеется! Неужели обычная пади справилась бы с таким делом?!

– Конечно нет, – согласился Вадим. – Сначала мы тебя даже не заподозрили.

– Как вы тогда узнали, что я – это я?! – взвизгнула Клара. Взгляд ее лихорадочно шарил по сторонам, ища пути отступления. Но возможности вырваться у нее не было, даже если взять заложника. Я старалась держаться поближе к Мечиславу: вампир мог за себя постоять (ну и за меня тоже), а все остальные были не настолько ценными.

– Мы и не знали, – спокойно ответил Мечислав. – Ты сама себя выдала.

– Чем?!

– Ты не умеешь себя контролировать, оборотень. Стоило только намекнуть тебе про Диего – и voila! Ты пришла сама. Да еще с ножом.

– А еще у тебя удивительно мерзкая аура, – вставила я свои пять копеек.

– А ты что, святая, чтобы мне об этом говорить?! Ты, мерзкая избалованная сучка!

Я пожала плечами. Пусть. Главное, чтобы эта дура по второму кругу не пошла. Надоела ее зависть. Вот уж чего я никогда не понимала. На редкость глупое чувство. Тебе при рождении не выпало быть дочерью миллиардера? А мне не выпала идеальная фигура топ-модели, а кому-то достался нос крючком и уши лопухами. И что? Это можно пережить. Не родилась дочкой миллионера? Так заработай сама. Стань сама миллионершей. Или сделай себе пластику, если твое лицо тебя не устраивает. Все в твоих руках. Если они у тебя есть. Руки, ноги, голова… Есть?! Здоровье?! Есть? Ну тогда завидовать кому-то – это просто кретинизм. Ты всего можешь добиться самостоятельно. Надо только видеть цель, идти к ней и плевать на все препятствия. А тратить время и силы на то, чтобы сидеть и ныть: «А вот у нее (него) есть, а у меня нету… а я хочу, а у меня нету…» Да если хоть половину потраченных на это сил и времени употребить в дело, ты через год сможешь взаймы Биллу Гейтсу давать. Ха!

– Кто отдавал тебе приказы?! – голос Мечислава хлестнул плетью, разнося в клочья мои мысли.

Клара оскалилась.

– Ничего я тебе не скажу! Понял, козел?! Можешь мне голову оторвать, ясно? Все равно тебе конец!

Мечислав улыбнулся – и эту его улыбку никто не назвал бы соблазнительной. Сейчас вампир был страшен. Страшен несоответствием формы и содержания. Те же потрясающие зеленые глаза, то же совершенное лицо, небрежная пластика леопарда – и в то же время глуховатый голос, лишенный всех интонаций, кривая улыбка на полных губах, обнажающая клыки. И какая-то мертвенная застылость всех черт, словно маска, сделанная из светлого золота.

– Могу. Но не буду. Для этого у нас есть палачи. Взять ее.

Голос был потрясающе ровным. Казалось, Мечислав не приказы отдает, а читает совершенно неинтересную книгу.

Клара дернулась вырастить когти, но не тут-то было. Ее скрутили в мгновение ока и бросили на кровать.

– Полагаю, ты не знаешь, что можно сделать с человеком при помощи обыкновенного штопора и коробка со спичками, – голос вампира был так же тих и спокоен. – Но у меня замечательные палачи. Ты все расскажешь. Даже то, чего никогда не знала.

Клара материлась как сапожник. М-да. Нам надо быстро.

А так она будет еще долго нас поливать. А если…

Чем можно напугать эту гадину? Судя по всему, она мазохистка. Боль ей не страшна. Это почти как анекдот: «Мучайте же меня, кусайте, рвите, бейте… о-о-о-о, да, да, да!» Мечта мазохиста.

Я скользнула вперед.

– Позволь мне.

Мечислав чуть повернул голову, а потом кивнул.

– Ты уверена, что справишься?

– Она ведь не нужна нам живой, – моим голосом можно было кофе заправлять вместо взбитых сливок, столько я вложила нежности… – Совершенно не нужна. Нам просто нужна информация из ее разума. Бедная, бедная девочка. Что поделаешь. Я затяну ее глубоко. Туда, где мы были с Владом. Вампиры там гибнут. А она может и выжить. Она пока еще не умирала. Но там она скажет мне все. Там просто нельзя лгать. Ска-ажет. А потом ее мозг разрушится. Она останется жива. Цела и невредима. Сможет даже ходить и говорить. Повторит свои показания перед всем Советом вампиров. Но будет уже не Кларой… вовсе не Кларой. Я просто высосу ее личность и сотру. А то, что останется, сделает всё. Просто всё. Даже убьет того, кто приказывал ей шпионить за нами.

Хорошо получилось, убедительно. Я бы и сама поверила. Хотя врала как сивый мерин. Я этого сделать бы не смогла. Не умею. И не научусь. Скорее всего, никогда. Я-то знаю, что все мои способности находятся методом случайного тыка.