Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— задумчиво отвечает Питер и на секунду бросает взгляд в сторону. — Тот отморозок такое с ней вытворял, что страшно вспомнить… Она скажет слово – он дает ей пощечину. А оскорбила – вообще начал избивать ее. Жестоко избивать. Никого не стесняясь…

— Избивать? — в один голос с ужасом в глазах удивляются Наталия, Хелен и Ракель.

— Да… — Питер качает головой с жалостью в глазах. — Это было ужасно … Я раньше никогда не видел, чтобы мужик избивал девчонку как какого-нибудь парня… Мне до сих пор не удалось прийти в себя…

— Господи, бедная девчонка… — с жалостью во взгляде произносит Эдвард и скрещивает руки на груди. — А тот тип – тот еще ублюдок ! Такой же, как и тот, кто смеет насиловать девушек…

— Он бил ее куда только можно… Несколько раз бил головой об асфальт, наносил пощечины… Бил ногами по животу и спине… По голове, лицу и рукам… В итоге бедняжка была крепко избита: вся в синяках и истекала кровью… Даже кое-как стояла на ногах… И совсем не сопротивлялась…

— О, боже мой… — с ужасом в полусухих глазах шепчет Ракель и прикрывает рот рукой.

— А закончив бить ее, тот ублюдок начал угрожать Анне, запугивать ее и обзывать как только можно. Сказал, что она умрет, если скажет родителям или кому-то еще о том, что он плохой и ужасный. Запретил даже думать о том, чтобы идти в полицию… Заявил, что собирается взять всю ее жизнь под свою контроль: проверять ее вещи, телефон и компьютер и заставлять ее отца говорить ему, куда она ходит и с кем говорит. Он хочет, чтобы Анна стала роботом – делала что-либо по команде хозяина. Уже практически возомнил себя ее мужем и думает, что имеет право так обращаться с девушкой. Считать ее пылью… Ничтожеством… Заставлять жалеть, что она родилась не мужиком, а женщиной…

Услышанное глубоко шокирует Наталию, Ракель, Хелен, Эдварда и Терренса, и они еще несколько секунд не могут ничего сказать. Даже Сэмми, находящийся рядом с Питером, тихо поскуливает, как будто прекрасно понимая, о чем идет речь.

— Какой кошмар… — качая головой и прикрывая рот рукой, с потрясенным взглядом говорит Ракель.

— Неужели Анна связалась с этим подонком, который избивает ее и смеет оскорблять и унижать? — ужасается Наталия и тихо шмыгает носом, окинув мокрыми глазами всех присутствующих. — Нашу маленькую, беззащитную девочку…

— Не могу поверить… — с ужасом в таких же мокрых глазах качает головой Хелен. — Боже мой… Это несправедливо . Несправедливо, что она вынуждена страдать!

— Так, секунду, ребята… — задумчиво произносит Терренс, приложив палец к губе и переведя взгляд на Питера. — Питер, а откуда ты все это знаешь?

— Я сам видел, — спокойно признается Питер. — Это произошло у меня на глазах…

— То есть… Ты все прекрасно видел и ничего не сделал, чтобы спасти Анну?

— Твою мать, Роуз… — с ужасом в широко распахнутых глазах произносит Эдвард. — Ты… Ты просто стоял в сторонке и… Смотрел на то, как тот больной ублюдок издевается над бедняжкой?

Питер молчит пару секунд, виновато окидывая взглядом каждого, кто сейчас смотрит на него своими ошарашенными глазами. А затем он, довольно тяжело дыша, резко выдыхает и решает честно признаться в том, что сделал:

— Да, я действительно прятался. — Питер опускает взгляд вниз. — И не сделал ничего , чтобы помочь Анне…

— Что? — медленно произносят Хелен, Эдвард, Ракель, Терренс и Наталия.

— Черт, Питер… — качая головой, с ошарашенными глазами произносит Наталия. — Как ты мог? Как ты позволить ему издеваться над Анной?

— Роуз, ты совсем сошел с ума! — громко возмущается Хелен, резко встав с камня и развернувшись к Питеру лицом. — Как у тебя только совести хватило? Стоять в сторонке и наблюдать за тем, как бедную девушку жестоко избивают!

— И ты заявляешь об этом так спокойно? — удивляется Ракель. — Как будто так и должно было случиться! Наша подруга так страдает, а ты стоял и наблюдал! Прямо как когда толпа избивает слабого человека, а остальные стоят, наблюдают и заливаются смехом.

— Мне правда очень жаль, девчонки, — с жалостью во взгляде произносит Питер. — Я не хотел, чтобы все так случилось.

— Но это случилось ! — грубо бросает Хелен, расставив руки в бока. — И если бы ты помог Анне, все могло бы быть иначе ! Но ты – трус ! Ты ничего не сделал для того, чтобы помочь ей! Ничего, твою мать!

— Он угрожал грохнуть и меня, если бы я вмешался. Тот тип сам сказал это Анне после того, как избил ее.

— И что теперь? — издает тихий всхлип Ракель и резко встает с камня. — Ты будешь оправдываться своей трусостью? Шоком и растерянностью!

— Я знаю, что это не оправдание. Но я признаю, что действительно струсил. Испугался, что тот тип закопает меня в землю заживо.

— Да, блондин… — качает головой Терренс, расставив руки в бока. — Ты нас удивил … Поступил очень некрасиво…

— Мне правда очень стыдно, — с жалостью во взгляде говорит Питер. — Мне стыдно признаваться в этом, но… Но я должен был.

— Ты хоть понимаешь, что Даниэль убьет тебя, если все вспомнит и узнает, что ты не помог Анне? — сухо спрашивает Эдвард. — И тогда все, что пишут сейчас в Интернете, окажется правдой . Он начнет оскорблять, унижать и избивать тебя. Из-за того, что ты так обошелся с его девушкой!

— Я знаю, что должен был защитить ее и спасти от того подонка… Но прошу вас, поймите… Я сделал это не нарочно!

— Эдвард прав: ты наживешь неприятности, если Перкинс обо всем узнает, — сухо отвечает Терренс. — И вы тогда снова разругайтесь! Дэн не простит тебя, а нашей группе все-таки придет конец. Из-за твоей трусости. Из-за того, что ты не стал защищать Анну.

— И если об этом узнали бы поклонники группы, то травить бы начали уже тебя , — холодно добавляет Хелен, скрестив руки на груди. —