Заноза с топором - Дафни Эллиот

— Нет, но давно пора. Моя семья тесно связана с этим городом. И я много о вас слышал.

Странно. Я не знала, как на это реагировать. Хотя он и не особо нуждался в реакции.

— Мой отец — Чарльз Хаксли. — Он сделал паузу, будто ожидал, что имя произведёт впечатление.

Я просто кивнула.

— В общем, было бы здорово выпить кофе и пообщаться. От бизнесмена к бизнесвумен, — сказал он, и его масляные глазки заискрились.

То, как он произнёс «бизнесвумен», вызвало у меня ощущение, что мы совершенно по-разному понимаем, что такое бизнес.

— Мы могли бы здорово помочь друг другу. — Он с таким нажимом произнёс «друг другу», что мне захотелось вывернуться из своей кожи. Я давно научилась доверять интуиции, и сейчас она просто кричала: держись подальше от Денниса.

Я кивнула, вежливо оборвала его и сделала вид, будто заметила кого-то в толпе.

— Простите, я как раз ищу своего друга. Была рада познакомиться.

Быстро проскользнув мимо него, я не дала ему шанса что-либо ответить и протиснулась сквозь всё более плотную толпу к дальней части парка, стараясь забыть ощущение его липкой руки.

Я нашла место сбоку, достаточно близко, чтобы можно было наблюдать за происходящим. Будучи невысокой, я всегда боялась пропустить что-то интересное. Написала Карлу и Джей Джей, чтобы знали, где меня искать, и вытащила из сумки большие солнцезащитные очки. С них было куда легче разглядывать окружающих.

К микрофону подошла ведущая.

— Спасибо всем, что пришли на первые ежегодные благотворительные игры лесорубов!

Толпа взревела так громко, что мне захотелось зажать уши. Я огляделась, поражаясь масштабам. Здесь были сотни людей, и все делали ставки у ярко оформленных стендов.

Дети бегали с мягкими топорами, притворяясь, что рубят предметы и друг друга, а взрослые слонялись с пластиковыми стаканами, полными алкоголя. Видимо, закон об открытой таре тут не действовал.

Женщина на сцене выглядела лет на тридцать с хвостом из чёрных как смоль волос и губами, накрашенными ярко-красной помадой.

Худая, но с формами, уверенная в себе, с рубашкой в клетку, завязанной на талии, джинсовой юбкой и рабочими ботинками — она была настоящей секси-лесорубкой. И я тут же захотела с ней подружиться.

— Я — Виктория Рэндольф. Многие из вас знают меня как директора продовольственного фонда Грейтер Хейвенпорта. Знаю, вы все затаили дыхание в ожидании результатов конкурса черничных пирогов, но сначала у нас немного развлечений.

— Благодаря гениальной идее мистера Финна Эбера, наш фонд сегодня организовал небольшой сбор средств. Как вы знаете, в нашем городе расположены две из крупнейших лесозаготовительных компаний штата Мэн, так что мы решили: пора бы испытать этих лесорубов на прочность.

— Сегодня мы пригласили этих замечательных джентльменов помочь нам собрать деньги в борьбе с нехваткой продуктов в западном Мэне. Давайте поприветствуем наших лесорубов!

Толпа взревела, когда на сцену один за другим начали подниматься мужчины. Настоящие лесорубы — высокие, чуть менее высокие, широкоплечие и ещё шире. Словно перед нами шеренга подозреваемых в преступлении против леса.

Виктория приветствовала каждого из них — пятюни, кулаки, объятия.

Все эти парни были в зелёных футболках с надписью Team Gagnon. Крепкие, тёмноволосые, с ярким семейным сходством. Так вот они какие, знаменитые братья Ганьон. Интересно.

— А вот Анри, Паскаль и Реми Ганьон!

Толпа взорвалась овациями.

А потом на сцену вышел Гас и весь воздух вырвался из моих лёгких. Он ненавидит толпу, но сейчас не выглядел ни капли напряжённым. Нет. Он выглядел злым. И чертовски сексуальным.

Как и его братья, вышедшие следом, он был в рабочих брюках, ботинках и красной футболке с надписью Team Hebert. Ткань натянулась на его широкой груди.

Виктория, эта натуральная красавица и ведущая, подскочила к Гасу и обняла его так, что ноги бы подкосились у кого угодно. Он обнял её в ответ.

И у меня в груди всё сжалось.

Они встречаются?

Или встречались?

Почему меня это волнует?

В горле першило, хотелось сорваться с места и сбежать отсюда к чёрту. Внезапно её непринуждённый шарм и благородная борьба с продовольственным неравенством начали меня раздражать. Она красивая, добрая, местная — и, судя по всему, у неё могла быть история с моим бывшим мужем.

— Ты в порядке, босс?

ДжейД жей протиснулась сквозь толпу и протянула мне пластиковый стакан. Я, не глядя, потянулась за глотком, но запах — чистый спирт вперемешку с чем-то фруктовым — заставил меня чуть не поперхнуться. Я вернула стакан и пробурчала, что пойду поищу воды.

Карл прибыл следом, балансируя двумя хот-догами, корзиной жареного теста и паточным печеньем.

Оба уставились на меня подозрительно, Карл окинул меня взглядом с головы до ног, приподняв бровь. Я скрестила руки, осознавая, что мой язык тела, должно быть, выглядел безумно даже для воскресного благотворительного мероприятия. Надо было чем-то занять руки. Это помогло бы скрыть ярость, которую я чувствовала по отношению к женщине, с которой даже не была знакома.

— А теперь поприветствуем другую команду: Финн, Гас и Джуд Эберт!

Толпа встретила их куда менее тепло. Даже, кажется, кто-то освистал.

Чёрт. Как новый владелец Hebert Timber, я была обеспокоена. Поэтому сунула пальцы в рот и громко свистнула. Подтолкнула Джей Джей и Карла, и мы втроём начали громко аплодировать и кричать.

Парни пожимали друг другу руки, пока я внимательно изучала сцену. Гас был самым старшим и самым мощным. В отличие от своих братьев, он явно не бегал марафоны на выходных. Даже издалека в его бороде были видны седые пряди, а густые волосы были заправлены за уши.

Чёрт. Мне казалось, что его синие глаза смотрят прямо на меня сквозь толпу.

Это был стопроцентный мужчина. И в моём уязвимом состоянии я не могла отвести от него взгляда. Его внешность — это уже почти оскорбление. Но ещё хуже то, как он вёл себя с момента моего приезда: вежливый, внимательный, готовый помочь.

Я ожидала, что он будет сопротивляться переменам, спорить с моими решениями, подрывать авторитет Джей Джей. Но вместо этого он задавал разумные вопросы, подчинялся приказам и, казалось, был искренне заинтересован в успехе компании.

Я рассчитывала на то, что он будет упрямым засранцем. Думала, его эго и характер станут буфером от всего этого жара. Но эго у него — на поводке, а характер… характер оказался вполне сносным.

Теперь меня было не спасти. Я окончательно втрескалась. И моя внутренняя двадцатилетняя паникует.

Виктория снова подошла к микрофону.

— Если посмотрите по периметру, то увидите волонтёров с красными и зелёными вёдрами. Делайте ставки, друзья! Каждый доллар имеет