Ядовитый Обман - Т. Л. Смит

— Сам виноват. Это ты решил украсть мой ключ и вломиться ко мне.

— Я не вламывался. Я вошёл через парадную дверь.

— Верни ключ, — требует она, протягивая руку.

— Нет, — отвечаю с ухмылкой.

— Если ещё раз заявишься без спроса, особенно когда дома мой сын, я в тебя выстрелю.

Её угроза меня не пугает.

— У тебя нет пистолета.

Крессида протягивает мне свой кофе, и я беру кружку, пока она идёт к шкафу. Там немного гремит чем-то, потом возвращается с маленьким пистолетом в руке и направляет его на меня.

— Впечатлён, — говорю я.

— Хочешь, потренируюсь в стрельбе на тебе? Уверена, получается у меня лучше, чем с вилкой. — Она подмигивает.

— Поверю на слово.

Она опускает пистолет вдоль бедра.

— Ты умеешь стрелять?

— Конечно. Я выросла на ферме, — фыркает.

— Но действительно ли ты хороша? — Я подхожу ближе.

— Готова поспорить, что стреляю лучше тебя. — Крессида усмехается, а я наклоняюсь так, что между нашими лицами остаются считаные сантиметры.

— Когда-нибудь я бы хотел проверить эту теорию.

— Не сомневаюсь. — Она смеётся, затем возвращается к шкафу и убирает пистолет в сейф, которого я раньше не замечал. После чего выходит обратно, забирает у меня кофе и машет рукой в сторону двери. — До свидания, Сорен. И не возвращайся.

— Но ты будешь слишком скучать, если я не вернусь, — подначиваю.

— Ничего подобного. Я вообще не буду скучать.

Я резко притягиваю её и краду поцелуй; разбитая губа пульсирует от боли. Блядь, даже с привкусом кофе на её губах она всё равно божественна. Когда отстраняюсь, её глаза уже сердито сужены.

— Хорошего дня, Ураган. Увидимся в понедельник на работе.

Она стонет от раздражения, а я выхожу из её дома, прикрыв за собой дверь. На утреннем свету разжимаю и снова сжимаю руку, медленно шевеля пальцами, чувствуя слабые следы проколов там, где вилка Крессиды вошла в кожу. Маленькое напоминание о её характере, которое вызывает у меня невольную ухмылку.

Тишину разрезает голос:

— Сорен, верно?

Я оборачиваюсь и вижу её бывшего мужа, стоящего всего в нескольких шагах. Поза жёсткая, плечи расправлены, будто готовится к драке. Челюсть напряжена, губы сжаты в тонкую линию, глаза прищурены — колючие, настороженные, оценивающие меня как хищник добычу.

Я не удивлен. Он ждал этого момента. Ждал возможности бросить мне вызов.

— Да, — мой голос ровный и холодный как сталь.

Он подходит ближе, испепеляя меня взглядом.

— Ты провел ночь с Крессидой?

— Да, — отвечаю прямо, без колебаний.

Ноа изучает меня, выискивая слабое место. Но я его не дам. Внутри я уже планирую, как доходчиво объяснить ему, что это не та битва, в которую ему стоит ввязываться.

Наконец он кивает и оглядывается по сторонам.

— Тейлор рассказывала мне о тебе. Не уверен, что мне нравится мысль о том, что такой человек крутится рядом с моим сыном.

— Я не планирую крутиться рядом с твоим сыном, — отвечаю я и добавляю: — И какая тебе разница, кто трахает твою бывшую? Или ты забыл, что обручился и даже не потрудился сказать об этом матери своего ребенка?

Я бью по больному, потому что — какого хрена? Я не обязан ему ничего объяснять.

— Это наше личное дело, — цедит он.

— А то, с кем она спит — наше личное дело, на данный момент, — парирую я.

Он просто смотрит на меня, и тут я замечаю, что его машина всё ещё стоит у обочины.

Значит, он знал, что я внутри. Любопытно.

— Как ты узнал, что я здесь?

— Предположил.

Это всё объяснение, которое он даёт, прежде чем разворачивается и идёт обратно к машине.

31. Крессида

В понедельник утром, когда я захожу в офис, помощница Сорена сообщает, что он на совещании. Потом показывает мне мой кабинет, который очень удобно расположен рядом с его. Открыв дверь, я замечаю на столе большую коробку.

— Через час у Вас запланирована встреча для знакомства с коллективом. Я зайду и напомню.

Не сказав больше ни слова, она уходит, а я подхожу к столу со стеклянной столешницей и чёрным офисным креслом позади него. Осматриваю коробку. Она закрыта, но на крышке написано мое имя. Я точно ничего не заказывала, так что, возможно, это как-то связано с работой.

Сняв крышку, я убираю упаковочный материал и нахожу вазу. Она точно такая же, как та, которую я разбила о голову Сорена. Только эта немного больше и стоит на несколько тысяч дороже.

Он купил мне новую вазу взамен той, что я разбила.

Я даже не знаю, как к этому относиться.

Прошлым вечером, пока Оливер ел спагетти, я искала в интернете такую же вазу, как у меня. Единственная, которую я нашла, была эта. Однако она была слишком дорогой, так что я продолжила поиски. Я могла бы купить подделку и подумывала об этом. Теперь, полагаю, мне не о чем беспокоиться. Улыбнувшись, я запускаю руку внутрь и легко провожу пальцами по гладкой поверхности.

— Вот бы еще заставить тебя улыбаться и прикасаться ко мне так же.

Я поднимаю взгляд: Сорен прислонился к дверному косяку и пристально наблюдает за мной.

— Ты купил мне новую вазу.

— Купил. Одобряешь?

— Да. Она прекрасна. Спасибо, — отвечаю я и убираю руку.

Сорен отталкивается от косяка и подходит ко мне. Поднимает коробку со стола и ставит её на пол.

— Я знаю кое-что еще более прекрасное, — произносит он, и я не спрашиваю, что именно. — Готова к знакомству с подчиненными?

— Что ты им обо мне наговорил? — спрашиваю, открывая сумку и доставая блокнот с ручкой.

— Они и так о тебе знают.

— Откуда?

— Возможно, ты не в курсе, но твоё имя довольно известно в медиасфере. — Он подмигивает. — Они рады с тобой работать и знают, что ты какое-то время не занимала такую должность, но у тебя есть опыт.

— Ладно. — Я выхожу из-за стола, и его взгляд скользит по мне. Я сразу понимаю, что ему нравится то, что на мне надето.

— Ты приложил немало усилий, чтобы заморозить статью, — замечаю.

— М-м-м… Пойдём.

Остаток дня Сорен сопровождает меня и представляет всем сотрудникам. Сначала меня встречают тепло, но вскоре я понимаю, что их воодушевляет сам Сорен. Должно быть, он не часто лично водит новичков по офису.

К тому времени, как мы возвращаемся в мой кабинет, уже почти одиннадцать.

— Пообедаешь со мной позже?

— Нет, это будет выглядеть странно.

— Ты новый сотрудник. Почему это должно выглядеть странно?

— То есть ты обедаешь со всеми новыми сотрудниками? — уточняю.

— Никогда.