Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго

Днём я отправилась в библиотеку. Нужна была информация — конкретная, подробная, о том, как именно накладывается Серый покров. Если я понимаю механизм проклятия, смогу разрушить его эффективнее. Как в хирургии — чтобы вырезать опухоль, нужно знать, как она растёт, чем питается, куда пускает корни. Орвин встретил меня у входа, как обычно. Поклонился вежливо, улыбнулся тепло:

— Госпожа Индара. Чем могу помочь сегодня?

Я оглянулась, проверяя, нет ли рядом любопытных ушей. Библиотека пуста — только мы двое среди полок, заваленных пыльными томами и свитками.

— Мне нужны книги о тёмных ритуалах, — сказала я тихо, подойдя ближе. — Конкретно — о магии проклятий. Есть такие?

Орвин посмотрел на меня серьёзно. Улыбка исчезла, лицо стало строгим, почти суровым. Молчал долго, изучая меня взглядом, словно оценивая, можно ли доверить мне то, что он знает.

Потом медленно кивнул:

— Есть. Но это запретный раздел.

Я выпрямилась, посмотрела ему в глаза твёрдо:

— Я лечу принца. Чтобы снять проклятие, мне нужно понимать, как оно работает. Король наверняка одобрит.

Орвин изучал меня ещё несколько секунд, потом вздохнул, кивнул снова:

— Хорошо. Но ты должна понимать — эти знания опасны. Не только для тех, на кого направлены. Для тех, кто их изучает, тоже.

Я усмехнулась:

— Я лекарь. Опасность — моя повседневная работа.

Он не улыбнулся в ответ.

Просто повернулся, пошёл вглубь библиотеки. Я последовала за ним, проходя между высокими стеллажами, заваленными книгами, которые, судя по виду, никто не открывал десятилетиями. Пыль лежала толстым слоем, воздух был спертым, тяжёлым.

Мы дошли до дальнего угла, где стена казалась сплошной — просто камень, без дверей или окон. Орвин остановился перед одним из стеллажей, провёл рукой по корешкам книг, нашёл нужную, потянул на себя. Раздался тихий щелчок.

Стеллаж отъехал в сторону, открывая узкую дверь, почти незаметную в тени. Орвин достал из кармана небольшой ключ, вставил в замочную скважину, повернул.

Дверь открылась бесшумно.

За ней была маленькая комната без окон, освещённая только магическими кристаллами на стенах. Тусклый свет падал на пыльные полки, заставленные несколькими десятками томов. Воздух здесь был ещё тяжелее, словно сама атмосфера давила на плечи, предупреждая: здесь хранится то, что лучше не трогать.

Орвин прошёл к одной из полок, провёл пальцем по корешкам, нашёл нужную книгу. Переплёт чёрный, потрёпанный временем, без названия. Достал её осторожно, словно боялся, что она развалится от прикосновения.

Протянул мне, посмотрел в глаза серьёзно:

— Будь осторожна, Индара. Это не просто знания. Это опасность. То, что написано здесь, может разрушить жизни. Или спасти их. Зависит от того, в чьих руках окажется.

Я взяла книгу, почувствовала странное покалывание в пальцах, словно сама магия, заключённая на страницах, реагировала на прикосновение.

Кивнула:

— Понимаю. Спасибо.

Орвин кивнул, вышел из комнаты, оставив меня одну.

Я села за небольшой столик в углу, положила книгу перед собой, открыла. Почерк старинный, витиеватый, сложный для чтения. Иллюстрации мрачные — пентаграммы, символы, изображения ритуалов, от которых становилось не по себе.

Я листала страницы медленно, вчитываясь в текст. Проклятия разных видов: на смерть, на безумие, на болезнь, на разрушение магии. Ритуалы, компоненты, предостережения. Некоторые описания заставляли меня морщиться — то, что люди готовы делать ради власти или мести, не перестаёт удивлять. И ужасать. Нашла раздел «Серый покров — наложение». Остановилась, выдохнула глубоко. Вот оно. То, что мне нужно.

Читала внимательно, впитывая каждое слово.

Ритуал сложный. Требует близости к жертве — физической, постоянной. Нужны личные вещи: волосы, ногти, кровь, что-то, что жертва носит постоянно. Чем больше компонентов, тем сильнее проклятие.

Ритуал длится три ночи под убывающей луной. Каждую ночь маг должен проводить заклинание в одно и то же время, не пропуская ни дня. Любая ошибка, любой перерыв — и ритуал рушится.

И самое важное: маг должен находиться рядом физически.

Не дальше стен здания, где находится жертва. Магия требует близости, постоянного присутствия, чтобы проклятие прижилось, проникло в тело и душу.

Я остановилась, перечитала последнюю строку медленно.

«Рядом физически. Не дальше стен здания.»

Прошептала вслух:

— Кто-то во дворце.

Сердце ухнуло вниз. Враг не где-то далеко. Враг здесь. Среди нас. Ходит по тем же коридорам, дышит тем же воздухом, возможно, улыбается, кланяется, притворяется преданным. Думала быстро, логично, как на операции, когда нужно принять решение за секунды. Кто имеет доступ к личным вещам принцев? Слуги. Те, кто убирает покои, стирает одежду, подаёт еду. Родственники — живут во дворце, могут свободно перемещаться. Близкие друзья, советники. Кто может быть три ночи подряд рядом незаметно? Кто не вызовет подозрений, появляясь каждую ночь в одно и то же время?

Список длинный. Слишком длинный.

Я достала чистый лист бумаги из стопки на столе, обмакнула перо в чернильницу, начала записывать требования ритуала. Компоненты. Условия. Время. Близость. Дверь тихо скрипнула. Я подняла голову — Орвин вошёл, посмотрел через моё плечо на лист, нахмурился:

— Нашла?

Я кивнула мрачно:

— Да. И это плохие новости.

— Рассказывай.

Я показала на записи:

— Ритуал требует близости. Маг должен находиться рядом с жертвой три ночи подряд, не дальше стен здания. Это значит, что враг здесь. Во дворце. Среди нас.

Орвин побледнел. Молчал долго, переваривая информацию, потом медленно выдохнул:

— Нужно сообщить королю.

Я покачала головой:

— Ещё нет. Нужны доказательства, не догадки. Если мы поднимем панику сейчас, враг испугается, затаится. Или, что хуже, сбежит. А мне нужно его найти. Самый простой способ снять проклятие. Магия привязана к создателю.

Орвин смотрел на меня долго, потом кивнул медленно:

— Что будешь делать?

Я задумалась. Хороший вопрос. Как найти врага среди сотен людей, живущих во дворце? Как вычислить того, кто умеет прятаться, лгать, притворяться?

— Начну с тех, кто имеет доступ к личным вещам принцев, — сказала я медленно, думая вслух. — Слуги, прислуга. Потом родственники, близкие. Буду наблюдать, задавать вопросы. Осторожно, чтобы не спугнуть.

Орвин кивнул:

— Я помогу. Библиотекарь видит многое. Люди приходят, спрашивают книги, разговаривают. Иногда проговариваются.

Я улыбнулась благодарно:

— Спасибо, Орвин. Ты хороший друг.

Он улыбнулся в ответ, но глаза остались серьёзными:

— Береги себя, Индара. Если враг узнает, что ты ищешь его, станешь мишенью.

Я пожала плечами:

— Я — уже мишень. Ведь я исправляю то, что он сделал.

Я закрыла книгу, встала, сложила лист с записями, спрятала в карман платья. Орвин проводил меня к выходу, закрыл дверь, задвинул стеллаж на место. Всё снова выглядело как обычная стена.

— Если найдёшь что-то ещё, дай знать, — сказал он тихо.

Я кивнула:

— Обязательно.

Вышла из библиотеки, направилась по коридору к