Обучение магии - Любовь Фомина

— Игнорируют здравый смысл?

— Устраняют помойных мух!

— Вам стоит ещё поучиться манерам.

— Нуу… — Внезапно становится голос Узары слишком ласковым и нежным, — дайте мне шанс. Со мной вы почувствуйте себя счастливым.

— Да у вас совсем никаких принципов!

— Ну… Кристиан… — Тянет Узара к куратору свои руки, но тот сразу же отходит назад.

— За вами скоро прибудут. Желаю вам хорошей поездки.

С этими словами куратор вовсе уходит и скрывается в темноте. Узара обиженно хмыкает и скрещивает руки, оставаясь стоять на своём месте. Гном уже, оказывается, спит, закрывшись ото всех рукой. А я аккуратно с помощью Дебы присаживаюсь на траву. На мокрую, чёрт её побери, траву! Ещё простудиться и заболеть мне не хватало. Но пока выбирать не приходится, будь, как будет.

Слышатся звуки приближающихся колес. Вот небольшая повозка останавливается возле нас. Из неё выходит сам ректор. Он оглядывает нас и сразу же проходит вперед.

— ОЙ! Это вы! — Взвизгивает Узара и тут же закрывает рот руками.

— Где он? — Звучит суровый голос. Ректор явно настроен серьёзно.

— Что вы хотите от меня? — Из темноты доносится голос куратора.

— Объяснитесь.

— Я вам всё написал.

— Вы хотите оскорбить знатный род, отчисляя Узару рей’Ар с курса практики?

— Если это так трактуется, то да, именно это я и хочу сделать, — совершенно серьезно отвечает куратор.

— Вы знаете, чем это грозит вам?

— Не волнует. У меня травмированный боевой маг благодаря её стараниям.

— Может, плохо учите?

— Вы сами подсунули мне паршивую овцу. Забирайте свою знатную истеричку и можете вновь прятаться в стенах Академии. Разговор окончен.

Ректор, мало сказать, что оказывается возмущён таким ответом. Но больше не произносит ни слова, показывая жестом Узаре садится в повозку. Сам же он поправляет свою одежду, вглядывается в темноту, откуда раздавался голос куратора.

— Без лекаря ничего не выйдет, — ворчит он себе под нос и садится и повозку.

Звук колёс отдаляется, и через пару секунд совсем скрывается в тишине ночи. Мы с Дебой остаемся совсем одни, не считая спящего гнома.

— Отдохнули, дети, и хватит, — подходит, наконец, куратор. — Всем встать!

— Суд идёт, — не удерживаю я себя в руках и добавляю, на что ловлю гневный взгляд куратора, который оказывается виден даже в практически кромешной тьме.

— Эрис наву’Гаа — создавай амулет на защиту от природных факторов, радиус действия не меньше десяти метров, — начинает куратор раздавать приказы, которые начинают походить на задачи практики. — Деба осу’Данир — тебе нужно создать непроницаемый щит, который будет работать дополнительно на скрытность, радиус действия такой же, как у защитного амулета. Так что работаете в паре.

— А что делать мне?

— Ты идёшь со мной. Нужно проверить твою руку.

— Эх, опять отдыхать, — иронично высказываю я, но ловлю теперь осуждающий взгляд от куратора.

Деба и, как выяснилось, Эрис наву’Гаа отходят в сторону и начинают что-то бурно обсуждать. Я остаюсь одна. Кое-как поднимаюсь с травы, отряхиваюсь, расстраиваюсь от осознания мокрых штанов и иду в направлении, где скрылся куратор. Он оказывается сидящим на корточках на берегу озера.

— Кристиан, значит, — довольно говорю я, зная, имя куратора.

— Не твоё дело. — Выпрямляется он. — Показывай руку. Болит?

— Голова болит, по руке непонятно. — Подергиваю я одним плечом. Куратор начинает снимать повязку с руки, что-то рассматривая. — Могу задать вопрос?

— Странно, что уже об этом спрашиваешь, — произносит он, не отрываясь от дела.

— А почему с Узарой ты общался на «вы»? А меня прямо-таки по принуждению заставил обращаться на «ты».

— Она баронесса. — Не задумываясь, отвечает куратор, словно скорее хочет перелистнуть страницу этого разговора.

— А вот обманывать плохо.

— Она действительно баронесса. — Усмехается куратор, как будто чувствует, что подловил меня. Но только это слишком опрометчиво с его стороны так думать.

— Не спорю. Но это не причина. Вы оба общались на «вы».

— Тебя похвалить за наблюдательность?

— Ответить на вопрос.

— Иди займись делом. А то хернёй страдаешь.

Куратор резко дергает меня за руку, от чего боль растекается по всему телу. Он начинает совсем снимать повязки. Появляется резкий и до тошнотности неприятный запах. Куратор вновь трогает мою руку, давит пальцами в нескольких местах и снова дёргает. Перед глазами начинают плясать звёздочки, хотя от боли я не издаю ни звука, да и не смотрю на больное место.

— Ну что ж ты… — Звучит хриплый голос, а потом всё затихает и меркнет.

Я открываю глаза и нахожу себя лежащей на земле. Рядом горит костёр, а остальная часть группы вместе с куратором сидят вокруг него. Я привстаю на руках. И сразу же понимаю, что опираюсь на обе руки! Начинаю их разглядывать. Обе! Две руки! Я чувствую сломанную руку, могу шевелить пальцами, поднимать её, крутить.

— Игрушку нашла? — Вновь звучит хриплое недовольство.

Я тут же вскакиваю и за пару шагов подбегаю к куратору.Не знаю зачем, но бросаюсь на него с объятиями.

— Не знаю, что ты сделал, но спасибо!

Он похлопывает меня по спине, пока я душу его, обмякая на шее. Куратору приходится сдаться, и он тоже слегка меня приобнимает за спину.

— Оёй… Это было лишним. Но, правда, спасибо, — резко отстраняюсь я.

Деба застыла в полнейшем афиге и смотрит на меня во все глаза, громко сглатывая. А куратор, как обычно, не показывает ни единой эмоции. Потому что всё, что он умеет, это быть недовольным. Но этом всё его мастерство что-то чувствовать заканчивается.

— А расскажите ещё раз ту историю, а то Арина пропустила. — Пытается хоть как-то выправить ситуацию Деба.

— Не стоит. — Отвечает ей куратор. И кстати, хочу заметить, Деба к нему тоже обращается на «вы». А от меня он требовал совсем иного. И, видимо, только от меня. Назревает новый пункт в списке вопросов — почему так?

— А что была за история? — Возвращаюсь я на своё место и поддерживаю подругу, развивая начатый ею разговор.

— Ой, наш куратор рассказывал о том, как однажды встретил демона. Он прорвался через полотно мира.

— Такое правда было? — Перевожу я взгляд на куратора.

— Было, — вздыхает он.

— А расскажите и мне, —