Искушение Озеда - Виктория Эвелин

долго ещё я бы смогла её удерживать. Удивительно, что наша маленькая газета держалась так долго. Они уже убрали мою колонку обзоров из бумажной версии и перевели меня на онлайн-контент, но всё равно я могла говорить целый день о том, что люблю. На Земле я подумывала о том, чтобы начать свою собственную серию обзоров фильмов в социальных сетях, но я не думаю, что смогла бы это сделать.

Озед приподнял саркастическую бровь.

— Трудно поверить, что есть много вещей, которые ты не можешь сделать.

Она расцвела от комплимента.

— Спасибо. Я думаю, я имела в виду, что мне бы это не так нравилось, а не что я бы не смогла это сделать.

Смешное волнение охватило её, когда Озед полностью расслабился в своём кресле, решив всё-таки поговорить с ней.

— Почему тебе бы это не понравилось?

— Ну, я люблю фильмы. Даже плохие, по-моему, стоит посмотреть, но я заметила, что знаменитые критики часто известны своей способностью серьёзно критиковать работы, что часто означает разносить их в пух и прах. Я предпочитаю восторгаться всем. Я пыталась и пыталась изменить себя, чтобы сделать свои работы более продаваемыми, но мои критические статьи всегда чего-то не хватало. Я никогда не была ими довольна. Затем газета моего родного города предложила мне эту должность после того, как мой предшественник ушел на пенсию, зная, что я буду работать за гроши. И им было все равно, насколько лестными были мои отзывы. Беспроигрышный вариант

Впервые Озед выглядел спокойным и довольным. Он наблюдал за ней, пока она говорила, и едва заметная улыбка играла на его губах.

— Я предполагаю, что выражение «работать за арахис» означает нечто иное, и ты на самом деле не работала за еду.

— Ха. Точно. А что насчёт тебя, Оззи? Ты всегда был храмовым стражем?

Он закинул ногу на колено.

— Я долгое время был солдатом, прежде чем стал стражем. Королева повысила меня до этой должности три года назад.

Вот почему он всегда выглядел таким напряжённым и контролируемым. Он действительно был солдатом. Причём солдатом в инопланетной армии.

— Почему ты решил стать солдатом? Без обид, — быстро добавила она. — Это почётная профессия, но из того, что ты мне рассказал, Клекания выглядит довольно мирной.

— Наши силы в основном защищают от межпланетной враждебности. Расы с несоюзных планет регулярно нападают на нас, и мы часто посылаем помощь планетам в пределах союза, которые её запрашивают.

— Хм. Это так интересно. Я прямо-таки земная, потому что даже не думала о других расах на разных планетах как о проблеме. Это действительно война миров.

Она хихикнула и подмигнула ему, даже зная, что он не поймёт шутки.

— Так оно и есть, — серьёзно ответил он. — Мой отец был солдатом, и мать моего отца была солдатом, так что, когда мне нужно было решить, каким будет мой путь во время школы мужества, это показалось мне логичным.

Его челюсть напряглась, и он смотрел на неё, словно решая, говорить ли что-то. Она попыталась изобразить ленивца, не двигаясь и не дыша в надежде, что он не испугается и не уйдёт. Не двигайся! Он не видит нас, если мы не двигаемся, голос Сэма Нилла прозвучал в её голове.

Его взгляд стал отстранённым, и на лбу появилась морщина.

— Моя мать стала жертвой войны на её родной планете. Мой брат был с ней в то время и был сильно ранен. Я всегда хотел как-то помочь им. Я был слишком молод, чтобы пойти с ними, всего на несколько лет младше. Если бы я был там, может быть… — Вернувшись из своего транса, он пожал плечами. — Очевидно, я ничего не мог сделать.

Всё, чего хотела Алекс в этот момент, было обнять его. Она представила его напуганным дома после получения новости о смерти матери и ранении брата. Неудивительно, что он посвятил свою жизнь защите других и забыл о собственном счастье. Человек, которого она видела перед собой, вдруг стал намного понятнее.

— Мне так жаль. Это ужасно. Брат поправился?

— Он выжил, — вздохнул он, — но был ужасно изуродован. Его постоянно дразнили, и я не думаю, что он когда-либо оправился от случившегося ментально. — Уголок рта Озеда поднялся в улыбке. — До несчастного случая он был таким счастливым. Молодой красивый парень, который любил общаться со всеми. Он всегда шутил над людьми. Потом всё случилось и… ну, это было как потерять двух членов семьи в тот день.

Бедняжка! Сердце Алекс трескалось всё больше и больше по мере его рассказа.

— Ты, должно быть, был близок с отцом.

Он одарил её настоящей улыбкой, и её сердце чуть не ушло в пятки. Он был неотразим, когда улыбался.

— Да, был. Как только мы стали достаточно взрослыми, чтобы быть самостоятельными, он возобновил свою службу. Он был в моём отряде до самого дня своей смерти. Обожал быть солдатом. Всегда говорил, как ему повезло лично защищать своих детей.

— Я уверена, он гордился бы тем, что ты теперь главный страж. — Она улыбнулась, но тут же поняла свою ошибку.

Его улыбка превратилась в задумчивый хмурый взгляд.

— Может быть, раньше, но сейчас? Я не уверен. Я могу больше не быть главным стражем.

— Ты имеешь в виду, если нас поймают? — Вина глубоко проникла в её кости, и она активно старалась не показать на лице своё смущение.

В его глазах снова мелькнула злость, хотя он не направил её на неё.

— Даже если мы вернёмся в Треманту без происшествий, Сауэн всё равно может потребовать моего увольнения в качестве наказания. — Он встретил её взгляд. — Видишь ли, главному стражу не позволено претендовать на брак. Они могут заявить, что если бы мы планировали жениться, я бы уже начал искать замену. Они знают, что Королева выбрала меня на эту должность, и могут попытаться наказать её, наказав меня.

О, чёрт. Алекс издала долгий стон.

— Так вот, что ты имел в виду, говоря о том, что можешь потерять.

Она не могла больше смотреть на него. Не после того, как узнала, что вся его жизнь строилась к этой престижной должности, и всё могло быть разрушено её попыткой помочь. Она чувствовала, как слёзы наворачиваются за её опущенными веками, но сдерживала их. Если он увидит, он, вероятно, утешит её, и это было бы нечестно.

— Мне очень жаль, Озед.

— Это не твоя вина. Как ты сказала, я был бы в беде в любом случае. Настоящая ошибка была в пересечении их территории в первую очередь.

Алекс вздрогнула, когда эта фраза эхом отразилась