Графиня снова выходит замуж - Нина Матвеева

никуда не годится. В конце концов, она уже слишком стара, чтобы терять голову от мужского внимания. И слишком умудрена опытом, чтобы отдавать сердце такому мужчине, как Ривенхол. Она осознавала всё это с предельной ясностью, но почему-то никак не могла взять под контроль ускоряющийся пульс.

Ещё через пару минут со стороны особняка примчался высокий фаэтон. Ривенхол ссадил мальчика прямо на бархатное сиденье в компанию леди Эстер и её племянницы. Виктории тоже предложили присоединиться, и она без колебаний согласилась.

Это был чистой воды побег, но она не могла поступить иначе. Дальше находиться в компании герцога было просто опасно.

Сразу после их прибытия на поляне воцарилась совершеннейшая суета. Виктория ловила обрывки возбуждённых речей, возгласы Джейн и самого Джайлса, смех и нарочито строгие восклицания, но никак не могла влиться в происходящее.

Часть её будто осталась где-то там, в полном замешательстве бродить по аллее.

— Это леди Видмор и герцог Ривенхол его разыскали? — услышала она чей-то изумлённый голос.

Их имена подхватили и другие гости. Словно стихийная волна, новость понеслась дальше, и Виктория поняла, что остановить это уже не получится. Оставалось лишь надеяться, что никаких нехороших слухов и сплетен им с герцогом сегодняшнее приключение не принесёт.

— Нашли в зелёном лабиринте…? — совсем рядом переспросил джентльмен. — А что они там делали?

— Именно что в лабиринте!

— Вдвоём?

— …появились будто из ниоткуда!

— Ривенхол посадил его себе на плечи, можете такое представить?

Публика потихоньку начала обступать Викторию, задавать вопросы, и она старалась отвечать так, чтобы не подогревать лишнего интереса. Однако удавалось это с трудом.

В какой-то момент Виктория неожиданно заметила, как Мэри и Джайлс усаживаются в фаэтон леди Эстер. Такой поспешный отъезд был вполне понятен, но она всё равно ощутила лёгкий укол обиды. Джейн решила не прощаться с ней, а забрать детей и тихо скрыться. Конечно, никакой пикник её уже не интересовал, а Мэри и Джайлса он не интересовал и подавно — те как ни в чём не бывало улыбались, переговариваясь друг с другом. Они выглядели совершенно счастливыми ровно до того момента, как Мэри перехватила взгляд Виктории. Потом девушка испуганно отвернулась, а у Виктории словно подскочило сердце.

Кровь застучала в висках.

Как она могла забыть о признании и записке от Николаса Леклера?

Как она могла витать в облаках, когда Мэри грозила опасность?

И… что ей теперь делать?

Всего пару мгновений Виктория колебалась, а затем всё же двинулась в сторону фаэтона. Не исключено, что Мэри возненавидит её после этого. Возможно, и Джейн воспримет новость в штыки, ведь обстоятельства для беседы были не самыми удачными. Но угроза, которую создавал Леклер, была в сто крат хуже, а потому разговор с Джейн должен состояться как можно скорее.

Она окликнула подругу как раз в тот момент, когда та встала на первую ступеньку лесенки. Обернувшись, Джейн неожиданно нахмурилась, потом будто нехотя отступила от фаэтона и замерла.

— Мы можем поговорить наедине? — выдохнула Виктория, остановившись у коляски.

— Да, конечно.

Ответ прозвучал как обычно дружелюбно, это немного ободрило её. Но волнение никуда не делось. В полном молчании они отошли от фаэтона и встали у противоположной стороны аллеи в тени векового ветвистого дерева.

— Спасибо, Виктория, — первой заговорила Джейн. Бледная и совершенно измученная, она выглядела буквально призраком привычной себя. — Спасибо, что помогла найти этого маленького негодника…

— Не нужно меня благодарить. Я… Мне просто повезло в поисках. Да и Джайлс вовсе не такой негодник. Похоже, он побоялся попроситься при всех в туалет, а потом так распереживался, что решил спрятаться. Не ругай его слишком строго, он…

— И в мыслях не было, — неожиданно резко перебила её Джейн. — Я не собиралась его ругать. Я вовсе не такая мегера, как ты думаешь…

Тревожный удар сердца разнёс по всему телу слабость. Нет, ей не показалось. Что-то определённо изменилось в Джейн после возвращения Виктории из лабиринта.

Возможно ли, что это было как-то связано с Ривенхолом?

— Нет, конечно же, нет… — пробормотала Виктория, настороженно наблюдая за лицом подруги. — Прости, я не должна была так говорить.

— И ты меня прости. Это всё нервы, я… слишком устала сегодня…

Никакого облегчения взаимные извинения не принесли. Когда неожиданный порыв ветра поднял в воздух пыль, Джейн развернулась в пол оборота и так и замерла. Словно хотела отгородиться от Виктории.

— Так о чём ты хотела поговорить? — спросила она, глядя на поляну, где по-прежнему толпились гости леди Эстер.

Всё было неправильно. Не так. Может, Виктория совершает ошибку?

Но если Леклер причинит Мэри вред, она никогда не простит себя за то, что промолчала.

— Джейн, я знаю, момент совершенно неудачный, но я вынуждена… — Виктория сделала глубокий вдох и заговорила чуть тише: — Я должна сказать тебе кое-что важное о Мэри. У меня есть основания полагать, что она тайно переписывается с Николасом Леклером. Сегодня она показала мне записку с сонетом, и я узнала его почерк. А на днях я случайно увидела их на улице в одной компании.

Джейн, наконец, повернулась к ней лицом. Брови сошлись на переносице, рот сжался в тонкую линию.

— Этого не может быть.

И Виктория была заранее готова к отрицанию.

— Я тоже не сразу поверила, — осторожно возразила она, — уверяю тебя, я не стала бы говорить с тобой об этом, не имея на то серьёзных оснований. Я очень беспокоюсь…

— А я уверяю тебя, что это просто невозможно! — повысила голос Джейн. — Моя Мэри не гуляет на улице в обществе джентльменов, она не так воспитана.

— Она не гуляла. — Виктория ненадолго умолкла и мысленно выругала себя за неудачную формулировку. — Там была компания девушек. Леклер, похоже, столкнулся с ними у магазина и завёл беседу. Но записка, которую Мэри показала мне сегодня, точно принадлежит его руке.

Джейн неожиданно качнула головой, быстро и резко. Только в этот момент Виктория заметила проступившие на бледных щеках розовые пятна и поняла, что подруга была вне себя от ярости.

Столь острой реакции Виктория никак не ожидала. Ей не просто не поверили, её будто заранее записали во враги.

— Джейн, я видела любовное послание своими собственными глазами… — уже совсем обречённо произнесла она.

— Я не понимаю.

— Что не понимаешь?

Несколько секунд молчания добела раскалили нервы, а от одного единственного свирепого