Графиня снова выходит замуж - Нина Матвеева

— Зачем ты говоришь такое о моей дочери? Что она тебе сделала?

По венам заструился холод. Виктория открыла было рот, чтобы оправдаться, но просто не нашла слов. Тело стало тяжёлым и неповоротливым, словно камень, разум же просто отказывался верить в происходящее.

— Я должна ехать. Дети ждут, — отрывисто бросила Джейн и развернулась.

Она даже не посмотрела на Викторию, когда прошла мимо. А Виктория была настолько шокирована, что не смогла остановить её.

В голове эхом звучал один вопрос: «Зачем ты говоришь такое о моей дочери?»

23

— Прибыл лорд Шелбрук, леди Видмор.

Виктория оторвала взгляд от вышивки и посмотрела на часы у камина. Была половина девятого вечера, время слишком уж позднее для простого дружеского визита.

— Устроить его в зелёной гостиной? — спросил Роули.

— Нет, проводи его сюда.

Отложив материал на столик, Виктория принялась убирать швейные принадлежности в шкатулку. Весь сегодняшний день она провела за рукоделием, чтобы бы хоть как-то отвлечься от тягостных мыслей. Подушечки пальцев горели, на указательном — отчётливо виднелись красные полосы. Не сказать, что это сильно помогло Виктории, но по крайней мере, скоротать время получилось.

В коридоре раздались шаги. Поднявшись с диванчика, Виктория выпрямила спину и постаралась придать своему лицу вида вежливой доброжелательности. Сегодня управление собственной мимикой давалось ей как никогда трудно.

— Прошу извинить мой поздний визит, леди Видмор, — барон вошёл в малую гостиную, энергично опираясь на трость, — не мог не привезти вам немного хороших новостей. Похоже, мне удалось найти для вас идеальный коттедж. Мой давний друг, сэр Майкл Кромвель, на днях собирается переезжать в Бат и будет рад сдать вам свой дом в Эпплбри. Я получил его письмо буквально полчаса назад.

Губы никак не хотели растягиваться в улыбке. К счастью, барон был так увлечён своим монологом, что ничего не заметил:

— Это в наших краях, в западном Девоншире. Местечко чудесное и невероятно живописное, доложу я вам. Вы наверняка слышали про дартмурские холмы и про местную породу пони… — лорд Шелбрук осёкся и растерянно моргнул. — Простите, леди Видмор, я… Может быть, я не вовремя?

— Нет-нет, — поспешила заверить его Виктория, — я очень рада вашему визиту. Прошу вас, присаживайтесь. Я хочу услышать о доме поподробнее.

Новости действительно порадовали Викторию, но она была слишком подавлена, чтобы эту радость изобразить.

Барон опустился в кресло и ловко перехватил трость.

— Дом не слишком большой: шесть спален, три гостиные, но он в прекрасном состоянии и готов принимать новых хозяев хоть на следующей неделе. Сэр Майкл пообещал начистить всё до зеркального блеска, если вы решите снять его. Он пришёл в полный восторг, когда узнал, кто может стать его арендатором…

Нужно постараться изобразить улыбку. Барон как никто заслуживал благодарности.

— На какой срок сэр Майкл Кромвель готов сдать свой дом? — вежливо спросила Виктория.

— Бессрочно. Из Бата он возвращаться не собирается, ему прописали строгое лечение водами, так что дом будет в вашем распоряжении столько, сколько нужно.

— Не знаю, как и благодарить вас, лорд Шелбрук.

— О, не стоит меня благодарить, — покачал головой он. — Просто позвольте отправить сэру Майклу согласие от вашего имени, и он немедля начнёт оформлять все необходимые документы. Когда вы планируете заняться переездом?

— Не раньше следующей недели, — без раздумий ответила Виктория. — Завтра состоится бал у вдовствующей виконтессы Чалмерс, а сразу после него я…

— Вы хотите присутствовать? — недоверчиво уточнил барон.

Нет, она совсем не хотела. По правде говоря, всё её естество противилось этим планам, но только на балу Виктория могла увидеться с Джейн и поговорить с ней ещё раз. Приём у леди Чалмерс буквально был последней её надеждой.

Записки, что Виктория отправляла подруге, так и остались без ответа, а утренний визит в дом Виккерсов закончился, не успев даже начаться. Ей даже не предложили чай. Дворецкий в самых вежливых формулировках сообщил, что хозяйки нет дома и что ждать её нет смысла. Всё бы ничего, но, усаживаясь в экипаж, Виктория успела рассмотреть лицо Джейн в окне на втором этаже.

Она до сих пор не могла поверить, что лучшая подруга решила отгородиться от неё. Одно лишь воспоминание об этом моменте стягивало внутренности тяжёлым узлом.

— Да, — севшим голосом отозвалась Виктория, — я приняла приглашение виконтессы и буду присутствовать.

— Вам нужно сопровождение? Я могу составить вам компанию, если…

— В этом нет необходимости, — чересчур быстро откликнулась Виктория. Брови лорда Шелбрука взлетели вверх, и она постаралась сгладить свой ответ: — Вам нужно беречь колено. Я не прощу себе, если из-за бала у виконтессы вам станет хуже.

Это была половина правды. Вторая состояла в том, что Виктория не хотела давать барону Шелбруку поводов для заблуждений. Она по-прежнему не собиралась принимать его предложение руки и сердца. И сообщить об этом следовало как можно скорее.

Прежде, чем Виктория успела открыть рот, барон издал тяжёлый вздох и заговорил:

— Вы слишком сильно печётесь об окружающих, леди Видмор. Бросайте эту дурную привычку, вы должны заботиться о себе. Особенно сейчас.

Виктория с трудом растянула губы в очередной улыбке. Да, всё обстояло именно так. Именно опека над Мэри и Джайлсом привела Викторию туда, где она сейчас находилась. Она бросилась искать мальчика в лабиринте, а в итоге стала объектом для пересудов. Хотела предупредить Джейн об опасности, но лишь настроила подругу против себя самой. Воистину, благими намерениями выстлана дорога в ад.

— Прошу извинить мою настойчивость, леди Видмор, — вмешался в её тяжкие раздумья лорд Шелбрук. — В последнее время вы выглядите очень подавленной. Осмелюсь предположить, что это может быть как-то связано с вниманием герцога Ривенхола к вашей персоне?

Виктория с трудом справилась с удивлением. Неужели и до барона уже дошли вести о том, что произошло на пикнике? Иначе как объяснить этот странный интерес?

А если слухи эти так горячо обсуждаются, то что могла подумать о Виктории Джейн? На ум пришло несколько догадок, от которых моментально похолодели руки.

Но барону, разумеется, об этом знать не следовало.

— Никакого особенного внимания герцог мне не оказывает, лорд Шелбрук. Эти глупые сплетни выросли из пустого недоразумения.

— Что ж, тогда я спокоен. Не буду больше отвлекать вас, мой поздний приезд и так, наверное, сбил вас с толку.

Он поднялся с кресла и двинулся к двери,