Взаимное притяжение - Оля Миллер

А главное — он ведь даже не собирался мне говорить… Неужели он думал, что я не узнаю? Не хватило духу?

Открываю дверь ключом — дом встречает меня тишиной. Раз он не в командировках, значит, живёт на две семьи? Всё это время — от меня к ним, от них ко мне?

С психом швыряю сумку на банкетку в прихожей. Не снимая обуви и пальто, прохожу в дом. Поднимаюсь по той самой винтовой лестнице — за которой столько воспоминаний. Ложных воспоминаний.

Прохожу в кабинет Андрея. Никогда не копалась в его вещах — всегда доверяла. Что это было? Слепая вера? Наивность? У меня ведь даже в мыслях никогда не появилось бы такого. Я бы никогда не подумала…

Но сейчас в голове укладывается полочка за полочкой. Было много подозрений, от которых я отмахивалась. Одно из них — в этой комнате. Однажды я уже видела свидетельство о рождении нового образца. Когда я зашла, муж скоропостижно убрал его в стол. Я тогда не зациклилась на этом. Да, у нас последнее время были натянутые отношения, но я думала что угодно — только не то, что мой муж мне изменяет. И изменяет до такой степени, что у него есть другая семья. Ребёнок… Ребёнок, которого у нас так и не случилось. Он был ему просто не нужен — зачем?

Горько усмехаюсь: если у него уже есть ребёнок, зачем ему ещё один?

Прохожу в кабинет, захожу за стол, опускаюсь в кресло. Начинаю переворачивать всё, что есть: открываю ящики, перебираю бумажки — договоры, счета-фактуры. Ничего такого, что бросилось бы в глаза. «Для чего ты это делаешь?» — спрашиваю себя. «Хочу убедиться, хочу наглядно увидеть доказательство его лжи».

Кабинет Андрея спроектирован так, что в стене встроен сейф. Я не знаю его пароля. Набираю наугад несколько комбинаций: его день рождения — слишком банально. День рождения свекрови, свёкра… Трясущимися руками пытаюсь набрать сегодняшнюю дату, совпадающую с датой моего рождения. Только сейчас эта мысль пробежала в голове. Какой отличный подарок я получила в свой день рождения! Ещё с утра я была самой счастливой, а сейчас понимаю, что почти десяток лет моей жизни был сплошной ложью.

Быстро набираю комбинацию. Руки трясутся — вместо восьмёрки набираю семь? Или мне показалось? Но происходит щелчок — сейф открывается.

Перебираю содержимое: несколько договоров, деньги, какие-то расписки, визитки партнёров, папка с финансовыми отчётами. Ничего важного. И тут меня осеняет: папка, которую мне передал Илья! Как я могла не догадаться? Куда я её дела? Кажется, кинула вместе с сумкой в прихожей.

Оставляю всё как есть, спускаюсь вниз. Нахожу сумку — рядом с ней лежит папка. Я уже чувствую, что не увижу там ничего хорошего.

Прохожу на кухню, наливаю бокал воды — но он не успокаивает. Сажусь за стойку, открываю папку.

Внутри документы: копия паспорта на Вершинскую Еву Владимировну. Достаю фото — красивая блондинка с голубыми глазами, аккуратные черты лица, лёгкая улыбка. На мгновение мир сужается до этой фотографии. В груди что-то обрывается, дыхание перехватывает. Я разглядываю её лицо — и в голове мелькает тысяча вопросов. Как долго? Где они встречаются? Он проводит с ней выходные? Праздники? Рассказывает ей то, что никогда не говорил мне?

Чувствую, как внутри всё сжимается от острой, колючей боли — не столько из-за неё, сколько из-за осознания, что мой муж годами жил двойной жизнью. Рядом с ней он, может, был тем, кем со мной никогда не был: открытым, нежным, настоящим. А я… Зачем ему тогда нужна была я? Пальцы невольно сжимают фотографию, но я заставляю себя отпустить — не хочу оставить ни следа, ни помятости. Это не моя история, не моя жизнь. Это чья-то другая реальность, в которой мне нет места.

Открываю дальше. А дальше — то самое свидетельство о рождении: Тарковский Михаил Андреевич, дата рождения — 27.01.2022. Ему четыре года. Вчера исполнилось четыре года…

Пазлы складываются один за одним. Сколько лжи в моей жизни — и как долго она тянется? Зарываюсь пальцами в волосы, взъерошиваю их. Одна мысль — собрать вещи и уйти отсюда прочь. Я хочу отмыться от этой грязи. Сейчас я чувствую себя в разы хуже, чем если бы он просто сказал, что разлюбил меня, и мы бы расстались как цивилизованные люди.

Из сумки достаю телефон, подключаю к зарядному устройству. Жду, пока он включится. Решение приходит мгновенно. Не знаю, для чего мне это — наверное, чтобы увидеть своими глазами, вбить себе в голову и больше не сметь так кому-либо доверять.

Когда телефон оживает, первым делом нахожу в контактах Серёжу. Ни за что не поверю, что он не знал. Набираю вызов — и через пару гудков мне отвечает бодрый голос:

— Привет, Катя, чем обязан в такую рань?

— Ты где? — отвечаю без предисловий, механическим голосом.

Видимо, почувствовав мою серьёзность, Серёжа тоже становится серьёзным:

— В «Бристоле», собирался уезжать…

— Я сейчас подъеду, — не дожидаясь ответа, скидываю трубку.

Выхожу из дома, направляюсь к своей машине. Руки всё ещё дрожат, в висках стучит кровь. Сажусь за руль, завожу двигатель. Взгляд на мгновение задерживается на доме — на том самом доме, который я так любила и в который вложила столько сил. Теперь он кажется чужим, холодным, нежилым. Мир, который я строила годами, рушится на глазах — кирпичик за кирпичиком, воспоминание за воспоминанием. И я хочу увидеть это собственными глазами…

* * *

«Дорогие мои! Пока в этой книге героиня собирает осколки своей жизни, приглашаю вас в мир, где азарт и желание не знают границ. Моя новинка «В плену страсти» уже ждет вас. Погрузимся в бурю чувств Богдана и его пленницы вместе?

https:// /shrt/KvAW

Ваши звёздочки — моё вдохновение!»

Глава 31

Дорога до «Бристоля» кажется бесконечной. Руки на руле дрожат, но я сжимаю их крепче, заставляя себя сосредоточиться на дороге. В голове — вихрь мыслей, вопросов, обвинений. Серёжа должен знать. Он обязан знать, где Андрей.

Выключаю двигатель, но остаюсь сидеть в машине ещё минуту — руки всё ещё слегка дрожат, дыхание неровное. Глубоко вдыхаю, выдыхаю и выхожу на улицу. Морозный воздух обжигает щёки, отрезвляет.

Внутри полумрак, играет тихая джазовая музыка — что-то медленное, с протяжными нотами саксофона. Глаза быстро привыкают к