Единственная повелителя орков - Елена Сергеева

Сердце пропускает удар и пальцы начинают бесконтрольно дрожать.

— Ну-ну, не бойся, сокровищу мое, — он жестко прищуривает глаза. — Там уже давно нет ничего опасного ни для кого. Это мертвые земли. Эльфы ушли оттуда, вслед за остальной живностью.

— Мертвые? Но ведь после пожара прошло столько лет…

— Верно, Меора, эти земли так и остались заброшенными. Даже звери туда не вернулись. Духи отвернулись от этих высокомерных ублюдков. Они не помогли им во время нашей ярости. Не вернули свое расположение и после.

— Я не знала… — растерянно откликаюсь я. — Ты думаешь это поможет мне вспомнить?

— Я уверен Меора, что поможет. Стоит попробовать. Прости, что я так тороплю тебя, — мягкое прикосновение мужских губ к моему плечу. — Но духи ветра встревожены. Мне не нравится те знаки, что они приносят.

— Хорошо, — киваю я, прижимаясь к нему теснее.

Я не стала говорить, что и у меня тревога разрастается внутри. Что-то тянет куда-то. Что-то зудит и не дает успокоиться. Может как раз моя разбуженная память рвется наружу и требует еще одного маленького толчка.

— Но сегодня я хочу проверить всех своих пациентов, — решительно говорю я. — Как тут малыши? Не было больше вспышек?

Тааган гулко и довольно смеется.

— Ты неисправима, любовь моя. Кто бы другой побежал примерять новые наряды и сплетничать, а ты в первую очередь летишь к своим больным.

— Но это же дети.

— Я знаю, Меора. Ты это ты. И я люблю именно тебя вот такую. Ты жизнь моя, — притягивает он мое лицо для нового поцелуя.

— Хорошо, у тебя как раз есть сегодня полдня, чтобы навестить всех пациентов и собраться, — становится серьезным его голос.

— Мы поедем одни?

— Нет. Я возьму отряд. Не будем рисковать. Путь не близкий. Ну и барда своего тоже можешь позвать.

Он снова улыбается в ответ на мой возмущенный тычок в бок.

— Это ты его позвал!

— Согласен, — кивает он, наконец. — Тогда я сам его позову поехать с нами.

Что-то мне подсказывало, что Ликах не откажется, а наоборот, всеми руками и ногами ухватится за эту возможность.

— А завтра проведем обряд. Я не хочу больше ждать, любимая, — неожиданно добавляет повелитель, с явным удовольствием целуя меня в растерянные распухшие губы.

32. Обряд

— А сверху покров надо вон тот красный и волосы распусти. Брат сам заплести должен, а потом ты его. Но это не сразу. Сначала мужчины одни начинают веселиться. Потом только мы тебя приведем, — наставляет меня довольная своей ролью Ялса.

Она шикает на играющего бусами сына и выгоняет его на улицу, резвиться с другими детьми.

Сегодня день моей свадьбы.

Вот так неожиданно и быстро он настал с легкой властной руки повелителя. Орки не растерялись, будто готовились к этому событию не меньше года. Я еще глаза с утра продрать не успела, а уже разожгли костры и принялись зажаривать на них целые туши.

Многоголосый радостный шум с самого утра охватил все стойбище. А едва я выглянула наружу, как в глазах запестрело от красных лент. Ими было украшено все вокруг. Будто за ночь толпа проказливых духов расстаралась.

Ох! Это же моя свадьба! Я официально стану женой Таагана, повелителя орков.

Самого повелителя отвлекли важные дела. Я вспомнила как он нежно поцеловал меня перед тем как уйти на рассвете.

— Спи, любовь моя. Еще рано. Выспись хорошенько. Следующей ночью возможно спать вовсе не придется, — предвкушающе улыбается он. — Духи любят когда их задабривают в первую ночь муж с женой.

Даже в полудреме я краснею от его слов, но все равно улыбаюсь.

А вот когда в шатер влетела радостная Ялса, мне уже не хотелось улыбаться. Совсем. Ведь с ней влетело еще три орчанки. Одну я знала. Лечила ее малыша, а вот двух других высоких и статных женщин нет.

Шатер сразу наполнился шумом и суетой. И пока я растерянно хлопала глазами, орчанки развели бурную деятельность.

Сначала они быстро нашли тех, кто натаскает воды в большую деревянную лохань. Потом загнали в горячую, исходящую паром воду меня и долго оттирали там и полоскали мои волосы по смех и быстрые шепотки.

Весь их азарт и горящая инициатива осчастливить женщину повелителя, выплеснулась щедро на мою голову. Меня вертели, мазали какими-то пахучими маслами, мучительно долго расчесывали мои волосы и снова что-то втирали.

А за стенами шатра уже вовсю горланили громкие песни, смеялись и веселились.

Ох, что же вечером тогда будет?

Когда спросила, где повелитель, то Ялса наигранно нахмурилась и ответила, что его не пустят сюда теперь до самого обряда. Нельзя невесту видеть сегодня до вечера, когда меня подведут к нему. Это должны быть мои родственники, но так как здесь никого у меня нет, то это будет как раз Ялса и ее подруги.

Орчанки согласно захихикали, а я тоже улыбнулась представив, как это будет смотреться со стороны. Но обряд есть обряд, а мне очень хотелось праздника. Пусть такого быстрого и спонтанного, но после всех испытаний требовалась передышка перед тем, как мы отправимся добывать мое прошлое.

А еще мы мне было жутко любопытно как проходят свадьбы у орков. Начало, хоть и очень шумное, мне понравилось. У людей была традиция, которая меня всегда раздражала. Это когда перед самим обрядом собирались девки незамужние в доме счастливой или не очень невесты и начинали голосить на все лады, кто громче, провожая ее в замужество.

А казалось, что в доме вдруг покойник случился. Странный обычай, и я рада была, что у орков подобного не было. Невесту провожали к жениху с радостью и весельем. Никто не рыдал и не скобел и несчастной.

Несчастной я себя не чувствовала. Скорее в животе поселилось какое-то трепетное ожидание вечера. Мне хотелось продлить этот момент. Растянуть, потому что именно это ожидание и веселая суета доставляла мне новое неизвестное еще удовольствие.

Я невеста. А уже сегодня вечером стану женой, хотя еще вчера и не думала о подобном. Просто жила и любила одного орка.

Но я рада, что повелитель так решил и смог быстро все организовать. Весь лагерь готовился к празднику. И этот разноголосый гомон наполнял сердце теплом и уютной радостью. Я нашла свой дом. Он здесь, рядом с любимым.

Густые прохладные сумерки опустились на степь. Но темнее вокруг не стало. Кругом горят костры. Орки радостно празднуют свадьбу своего повелителя, выкрикивают поздравления, где-то даже уже танцуют.

Для меня же все вокруг перестали существовать, едва я увидела его высокую могучую фигуру. Шум