Паслен - Кери Лейк

я обнаружила, что экран полностью черный. Ни единой капли приема. Не то чтобы я ожидала, что в Чистилище будут вышки сотовой связи. Хотя часть меня все еще не совсем верила, что я пересекла плоскость, ведущую в другой мир. Даже если мое окружение было совершенно чуждым для меня, оно все равно выглядело как мир, который я знала. Все еще были деревья, и птицы, и небо со звездами, как в любом лесу.

Только посторонние звуки, которые щебетали, жужжали и визжали, и невыносимый холод заставили меня усомниться в такой возможности. Сильный, пронизывающий холод, который больше походил на озноб страха, чем на что-то умеренное.

Выдохнув изо рта пар, я сунула телефон обратно в карман и быстро осмотрела темный лес в поисках выхода из лабиринта деревьев.

Треск ветвей эхом отозвался где-то вдалеке, и я застыла на месте, вглядываясь сквозь призрачный туман, танцующий между силуэтами деревьев.

Волосы у меня на затылке встали дыбом.

Откуда-то из темноты донеслось рычание, звук пронзил каждое нервное окончание, пройдя по задней части моей шеи. Черная тень кралась между неподвижных столбов из белой березы. Подобно скрипучему дереву старого кресла-качалки, рычание продолжалось, терпеливое в своей протяжности.

Медленными и осторожными шагами я отступила с центра поляны. На опушке леса я смогла разглядеть два светящихся красных глаза.

Волна страха пронзила меня с безжалостной яростью.

Здесь я умру.

У меня не было ни малейшего сомнения. Несомненно, какой бы зверь ни рыскал по лесу, он отточил свои навыки, и я была не чем иным, как соблазнительным кусочком свежего мяса на его охотничьих угодьях.

И все же у меня не было намерений сдаваться без боя.

Я развернулась на каблуках и совершила дикий и отчаянный рывок сквозь деревья. Холодный воздух обжигал мои легкие, в то время как темные небеса надо мной не прилагали особых усилий, чтобы осветить мой путь. Неясный ствол дерева врезался мне в плечо, выбив меня из равновесия, но я продолжала идти. Сквозь кустарник, который цеплялся за мои лодыжки, и под ветвями, которые свисали достаточно низко, чтобы запутать мои волосы. Крик вырвался из моего горла, но я отказалась издавать хоть звук.

Топот тяжелых ног остался позади меня. Я слышала его грубое дыхание. Внезапно ближе. Приближается ко мне.

Преследует меня.

Огонь опалил мои мышцы, мои ноги были на грани того, чтобы подломиться от усталости. Я прибавила скорость, игнорируя сухое жжение в легких, которое, казалось, могло взорваться в любую секунду.

Я не осмеливалась оглянуться через плечо, опасаясь того расстояния, на котором он уже оказался от меня.

Острая, колющая боль пронзила мои икры.

Хриплый крик слетел с моих губ.

Заросли кустарника обвились вокруг моих лодыжек, и я уткнулась лицом в колючую губку из веток.

Что-то черное пронеслось мимо меня, и мой желудок скрутило от ужаса. Сзади раздался ужасный визг.

Слишком много зрелищ и звуков надвигалось на меня со всех сторон, я не знала, какое из них представляло большую угрозу.

Освободившись от своих одревесневших пут, я выжала из ног еще один рывок скорости и, спотыкаясь, вывалилась на грунтовую дорогу, прямо на путь черной лошади, которая встала на дыбы надо мной.

Сама испугавшись, я отшатнулась назад, упав на основание позвоночника, что вызвало вспышку боли по всей спине.

Прикрыть лицо было всем, что я могла сделать, прежде чем массивные копыта врезались в гравий по обе стороны от меня.

Я отпрянула назад, чтобы избежать ужасного топота, только для того, чтобы обнаружить повозку позади зверя. Испуганное выражение пожилой женщины уставилось на меня сверху вниз, ее седеющие волосы были заправлены под разноцветный шарф.

-Что ты здесь делаешь, дитя мое! Тебя чуть не затоптали!

Все еще дрожа всем телом, я огляделась вокруг, ища красные глаза.

-Ч-ч-что-то ... преследует меня, - Мой шепот прозвучал как прерывистый скрежет. Это было совсем не похоже на мой голос, как будто у меня за щеками были набиты шарики. -Животное .

-Хммм. Животное, ты говоришь.

Холодная капля воды упала мне на руку, и я запрокинула голову навстречу дождевому туману, который начал опускаться вокруг меня.

-Ну, я не могу позволить тебе оставаться здесь в холод и дождь. Где твой дом?

Еще один взгляд на темное небо, и остатки воспоминаний промелькнули в моей голове. Падающая. Тяжело. Так тяжело.

-Я не .... Я не могу вспомнить .

-Значит, ты не местная?

-Нет. Я, эм … Мне кажется, я заблудилась .

-О, бедняжка. Приходи. По крайней мере, спрячься от дождя.

Она щелкнула пальцами, потянувшись ко мне, и я взяла ее за руку, забираясь на карету, где навес защищал мою кожу от дождя. Оказавшись на борту, она взяла сложенное одеяло со скамейки рядом с ней, и в тот момент, когда она обернула его вокруг моих плеч, его тепло проникло в мои кости. Я закрыла глаза, дыша через нос, чтобы унять дрожь, все еще сотрясающую меня.

-Как тебя зовут, дорогая?

Женщина резко дернула поводья и снова пустила лошадь в ход. Её копыта цокали по грязи, когда мы преодолели небольшое расстояние между мной и лесом.

Мое имя. Как меня звали? Конечно, я могла бы это вспомнить.

Да, конечно, я вспомнила.

-Фаррин. Фаррин Рейвеншоу .

-Фэррин? Какое красивое имя. Меня зовут Аня. -Подняв нос в воздух, она остановилась, раздув ноздри, как будто она что-то учуяла. Она наклонилась ко мне, принюхиваясь, от вида чего у меня по телу пробежал новый холодок. -Боже, у тебя необычный аромат. Я не могу понять, что это может быть. - Снова принюхавшись, она нахмурилась. -Вроде как попадает в заднюю часть горла .

-Это плохо?

Моя челюсть была такой холодной и одеревеневшей, что я едва могла выдавить из себя слова.

-Нет, нет. Просто... необычно, вот и все. Странно успокаивающе.

Конечно, мне тоже всегда нравился запах скунсов.

Стуча зубами, я судорожно выдохнула.

-Где ...я ... точно?

-Это исторический Стигийский водопад. Мы только что покинули лес Туманной Лощины .

Все звучало как что-то из сказки, которую, я поклялась бы, читала раньше.

-Мы одна из старейших деревень в этом районе ,- добавила она.

-Деревни? У вас здесь есть деревни?

Я всегда воспринимала Чистилище, или чем бы ни было это место, как бесплодную землю блуждающих душ.

И не совсем так холодно.

У моего отца всегда были картины в стиле барокко, изображавшие обнаженных людей, погруженных в огонь и тянущихся к ангелам. Одна особенно пугающая сцена показывала тела, марширующие по прямой