Секрет актёрского мастерства - Инна Ласточка (Ness Quik)

Ксандр нервно сглотнул и попытался скинуть её руки, но тщетно.

— Сюда могут войти… — охрипшим голосом произнёс он, а Муза вспомнила совсем другую сцену, случившуюся между Эль и Огюстусом в тот вечер, когда её так необычно поздравили с обретением нового знакомства в Обществе Мёртвых Артистов.

— Стоп! — Огюстус поднялся на сцену, разбивая своим голосом магию других. — Ребята, я вами горжусь. Эль, ты и сама видишь, это абсолютно твоя роль. Ксандр, признаться, я сомневался, но теперь… — он взглянул на карманные часы и хлопнул в ладоши. — Теперь меня ждут дела, а вас… — он обвёл взглядом зал и хохотнул, — и вас тоже ждут дела. Все свободны.

* * *

— У тебя полно энергии, — сказал Ксандр, когда они после тренинга сидели на скамейке у зеркала и отдыхали. — На других, наверное, это производит сильный эффект, хотя кто-то вряд ли тебе признается.

— А на тебя нет? — Муза посмотрела на него.

— Нет. Я же полуангел. На самом деле в первый твой тренинг я не удержал твою силу, потому что просто забыл о балансе. Он мне не нужен, я сам из-за своей природы воплощение баланса, поэтому мне никакой всплеск магии не грозит.

— Правда? — удивилась Муза. — А чего же ты мне сразу не сказал?

— Не хотел, чтобы ты прилагала меньше усилий из-за знания, что это ничего не изменит. Да и потом, не все такие как я, далеко не все. Такие как я — редкость.

Муза улыбнулась и посмотрела на пол: на маленькие трещинки, царапины, выцветшие участки, — и, наконец, спросила.

— Слушай, а какие виды магии вообще бывают?

Ксандр пожал плечами. Вопрос его совсем не удивил.

— Да много всяких, за раз и не перечислить… А тебя какая интересует?

— Ну, например, — Муза прикусила губу и снова посмотрела на него, — есть ли маги, способные принимать внешность другого?

Ксандр очень серьёзно заглянул ей в глаза и вдруг рассмеялся.

— Нет. Это что-то новое. Такого я ещё не слышал, правда! А что? Уже были прецеденты?

— Прецеденты, — Муза проговорила это слово, будто пробовала его на вкус и усмехнулась. — Я вчера Лео встретила, он мне от Адриана записку передал, а сегодня на репетиции сказал, что ничего такого не было, записку видит впервые и посмотрел на меня как на дуру.

Ксандр пятернёй убрал светлые локоны со лба и хмыкнул.

— Это точно не изменение внешности, такого не бывает. А вот воздействие на сознание… Меняющие на такое способны, сама знаешь.

Муза открыла рот, собираясь сказать, что теперь ей больше понятно, почему никто не помнит, как потерял магию на камерной сцене и как именно туда попал, но передумала и закрыла. Несмотря на то, что с Ксандром она общалась больше, чем со всеми остальными, и не доверять ему из-за его природы и знакомства с Мирой не было причин, она всё же боялась, что может навлечь неприятности на себя и Клару, если проговорится.

— Спасибо, — вместо этого сказала она и хлопнула Ксандра по плечу. — Давай потренируемся ещё немного.

Ксандр качнул головой.

— Работоспособность у тебя, конечно… — он встал одним рывком и пошёл в центр зала. — Ладно уж, давай ещё пятнадцать минут.

Они давно вышли из упражнений защитник-нападающий, Огюстус дал им задание разрабатывать техники для общей группы с применением баланса магии меняющих и обычных актёрских тренингов, а потом проверять на себе. Позже он просматривал всё, что они придумали, и выбирал самое полезное, чтобы взять в работу. Музе казалось, что из-за этого её недолюбливают: им с Кандром часто приходилось выступать ведущими тренингов, что, конечно, не могло не вызывать зависть и всеобщее недовольство. Эль, например, считала, что Муза на особом счету у Огюстуса и страшно ревновала, хотя и не пыталась действовать, только психовала. А блондинка из двух подруг всё время встречала Музу с таким презрением во взгляде, от которого хотелось немедленно проводиться под землю. Сложно было представить, как эти люди умудряются держать баланс с такими эмоциями, но Муза предпочитала вообще не представлять, а заниматься собой. Пусть думают, что хотят.

Водяной шар прилетел Музе прямо в лицо, и она от неожиданности упала на пол.

— Ты чего? — охнул Ксандр и подошёл, чтобы помочь ей встать.

— Прости, задумалась.

— Устала, — он улыбнулся, — я ж говорил, не надо перенапрягаться.

— Да, да, ты прав, — Муза поднялась, вытирая лицо футболкой. — Пойду… — она прошла к скамейке с вещами, чувствуя себя так, будто её оглушили, схватила вещи и запоздало бросила, уже переступив порог зала. — До завтра. Хорошего вечера.

— И тебе.

* * *

Муза вышла в коридор, достала смартфон и, сверившись с часами, направилась к парадному входу. Добираться до него нужно было почти через весь театр, так что ей пришлось сменить простой шаг на быстрый, а потом и на бег — конечно, она ещё обижалась на Адриана за такое долгое молчание, но и надеялась, что у него найдётся уважительная причина для этого, что он всё ей непременно объяснит. Муза вышла на улицу и замерла — как и когда наступила осень? Почему это прошло мимо неё? Москва мерцала в застывшем прозрачном воздухе, отсвечивая размытыми полосами огней дорог и фасадов зданий, облака отражали свет и россыпью бросали его на город, делая даже самую тёмную ночь — сумерками, ледяной ветер влетел Музе в лицо, растрепал волосы, залез под кардиган, хоть и вязанный, но не настолько тёплый, чтобы защитить от холода. Муза сразу продрогла, обняла себя руками, но не ушла. Ещё долгих двадцать минут она стояла на ветру у главного входа в театр «Эмоций» и ждала, ждала, ждала, реагируя на каждый посторонний звук. Но Адриана не было.

К концу часа стало ясно — Адриан и не собирался приходить. Отдалённо мелькнула пугающая мысль, что с ним что-то случилось, но её тут же вытеснила другая: он решил поиздеваться, посмеяться над ней. Позвал на встречу и не пришёл. Очень смешно. Муза почувствовала, как слёзы щиплют глаза, и запрокинула голову, не позволяя себе заплакать. Только не сейчас. Только не