Красный бриллиант: Тайна Фароса - Дарья Нейжмак

– Но, если у короля уже была любимая, зачем он согласился жениться на Агнес?

– Фредерик взошел на престол слишком молодым, когда его отец, предыдущий король Сангвиса, умер от тяжелой болезни, передающейся по наследству. Все были опечалены и боялись за молодого короля – единственного наследника. Когда послы из Натерры прибыли ко двору Фредерика с предложением о свадьбе, совет Сангвиса без согласия короля согласился на объединение и послал гонца за Агнес. Наследник, рожденный магом, стал бы прекрасным будущим для рода Фредерика. Сангвису не нужна была девочка, обладающая магией крови. Будущий король, не подвластный хворям и болезням, с невероятной силой и долгой жизнью – вот чего хотел совет.

– Фредерик не согласился на свадьбу? – Я знал короля с самого детства, входил в личную команду его сына и восхищался своим правителем. Мне нужно было знать, что Фредерик не повинен в том, что случилось дальше.

– Согласился. И скрыл, что Мириам уже ждет ребенка. Когда Агнес прибыла в Сангвис, юная и наивная девушка тут же влюбилась в молодого короля. Говорят, она сомневалась в решении выйти замуж, ровно до того момента, пока впервые не взглянула в глаза Фредерика. Свадьба была назначена через месяц.

– Но потом она узнала о Мириам, – сказал я, думая, что понял, как появилось проклятье.

– Нет. – Мемория прикусила губу. –Фредерик узнал несколько тайн, что хранит королевский род Натерры.

– Будь осторожна, Мемория, – раздался голос Ингрид. – Рассказывая об ошибках предшественницы, не допусти их же.

– Я все равно застрял здесь! – Не выдержал я. – Что бы вы не рассказали, это не поможет мне вернуться домой. – Ингрид нахмурилась, а Стелл отрицательно покачал головой, глядя на Меморию.

– Кто-то же должен рассказал ему правду, – пожав плечами, ответила принцесса. – Фредерик узнал, что Агнес не сможет родить от него. Потому что у него уже была «первая жизнь». Королевы Натерры не имеют мужей, потому что могут родить только одного ребенка от мужчины, и он обязательно должен бытьего первым .

– Джеймс первый сын короля Фредерика. – Я больше не мог сидеть на месте.

Вскочив, я пошел в глубь леса, чтобы скрыть, как трясутся руки. Чем больше она рассказывала, тем больнее становилось внутри. Я злился. Злился, что Джеймс игнорировал меня, а Веритас не влепила подзатыльник, за бессмысленный скандал. Злился, что Альбин не остановил меня и дал уйти. Даже если я был неправ, даже если мы в тот момент ненавидели друг друга, как братья должны были высказать все друг-другу в лицо, если бы этого не хватило – подраться. Больше всего я злился на себя за решение без оглядки уехать из Лисгарна. Больше всего хотелось, чтобы рядом сейчас была команда. Они нужны мне прямо сейчас, но их не было. И больше никогда не будет. Я стался один среди кровавых, которые рассказывают мнесовсем другую историю мира, где я родился и рос, ошибался и учился, падал и вставал. Я не верил Мемории, хотя видел, что вопреки желанию ее воинов, принцесса продолжает говорить. Зачем ей это? Хочет меня купить? Убедить, что они «хорошие»? Чтоона хорошая ?

Не знаю, сколько я бродил, но удивился, что никто не пустился вдогонку. Ноги привели меня обратно к костру. Ингрид и Стелл болтали о своем, а принцесса продолжала сидеть на том же месте, сияя, как маленькое солнце, посреди темного леса. Она ждала меня, знала, что вернусь.

– Что произошло потом? – спросил я, садясь рядом. Пусть я не верю ни единому слову, хочу узнать, во что верит она.

– Воинов, что сопровождали Агнес отравили, а послов закололи в кроватях посреди ночи. Агнес взяли в плен, и заточили в башне. Фредерик также узнал, о ритуалах, которые можно проводить с кровью мага. – Будто сама проходила через это, Мемория стиснула зубы, а ее голос стал звучать грубее. – Агнес поняла, что ее ждет: годы заточения, бесконечная боль и только один выход – смерть. Она безутешно плакала и звала своего возлюбленного, обещала, что сделает для него все, лишь бы еще раз увидеть. Фредерик пришел. Агнес бросилась к нему в объятия и выхватила клинок. Ее последними словами были: «Король Фредерик проживет долгую жизнь, но последнее, что увидит перед смертью, будет пепел земли Сангвиса и всех его жителей. Лишь моя последняя кровь станет спасением для твоего наследия или наследника». Агнес перерезала себе горло.

– Почему она просто не убила Фредерика? Зачем было убивать себя? – Мне стало жаль невинную девушку.

– Она не могла, – ответила принцесса.

– Судя по тому, что сегодня показала ты на поле битвы…

– Агнес так не могла. – Мемория стиснула зубы. – Я уже говорила тебе, магия крови – это магия жизни. Ее не так просто научиться использовать в бою.

– Но, тогда как Агнес наложила проклятье?

– Последние слова королевы всегда становятся благословением или проклятьем. Такова последняя воля магии.

– Но Фредерик мог собрать ее последнюю кровь и спасти Сангвис! – Недоумевал я.

– Вот мы и подобрались к изначальному вопросу: «Как появилась метка на твоем теле?».

Я уже и забыл о ней, хотя теплые волны все еще расходились по телу.

– И как же? – спросил я, приложив руку к метке.

– Фредерик не поверил в проклятье, но приказал собрать последнюю кровь Агнес. Через несколько дней, после ее смерти, в Арксвене стали умирать дети. Не знаю, кто помог королю, но он стал проводить исследования, нанося метки на тела мужчин и женщин, а после и на детей разных возрастов. Все погибли, расщепившись в золотую пыль. Тела, что с рождения не принимают магию, больше никогда не смогут пропускать потоки ее энергии через себя. Проведя сотни экспериментов, он догадался, но магической крови почти не осталось. Фредерик не мог рисковать жизнью новорожденного сына, поэтому использовал других детей, чтобы проверить это. Когда у троих детей не произошло расщепления, осталась лишь одна порция крови. Ее использовали для метки принца.

– Я один из тех детей? – В горле пересохло, а лесной воздух стал слишком тяжелым.

– Не знаю, кто именно получил метку, но они настоящие счастливчики. Раз она есть у тебя, и ты тоже. Потому что проклятье Сангвиса –