(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

Ренци вмешался:

— Если Велия обвиняет в чём-то Чаргетто… — в его голосе прозвучала такая угроза, что мне захотелось бухнуться на корточки и прикрыть голову руками.

Ну зачем? Зачем он так нарывается?

— Велия не говорит ничего, — сухо обронил лорд Натори. — Велия по соседству со своей подругой в лазарете.

Что? Я вытаращилась на ректора.

Он, что, считал, что это наших рук дело?

Подтверждая мою догадку, лорд Фаджио спрашивает:

— Две адептки, с которыми у вас, Франческа, был конфликт, — судя по взгляду, брошенному на Ренци, он явно специально назвал меня по имени, но Дориэн только скрипнул зубами и сдержался, — случилась серьёзная неприятность. Странное совпадение, не находите?

— Не нахожу, — отчеканила я. — Не думаю, что мне одной доставалось от этих «милых» леди. Так что произошедшее, скорее, логичное следствие их поведения. Честно говоря, думаю, что лазарет — хорошее средство, чтобы они задумались над ним.

— Да-да, — дознаватель не желал отпускать эту тему. — Только вот симптомы «заболевания» Велии Сарсони полностью совпадают с симптомами её подруги. Полное отсутствие защиты, мощный удар…

— Я на это неспособна просто физически, — процедила я, сколько можно напоминать мне про мою ущербность, — кажется, мы с вами это проходили.

— Вы, леди Чаргетто, неспособны, а вот лорд Ренци вполне…

Что?

Не успела я возмутиться, как от Дориэна полетело заклинание восьмого уровня в сторону лорда Фаджио. И здесь я его винить не могла. Главный императорский дознаватель только что предположил, что Ренци напал на беззащитную девушку.

И на этот раз мне совершенно не хотелось ставить щиты на лорда Фаджио.

Если что, сам виноват.

И я просто зажмурилась, окружив щитами себя и Дориэна.

Зря я это.

В моём состоянии не стоило разбрасывать силами. Буквально сразу я почувствовала необходимость придвинуться к Ренци ещё на полшага.

Три. Осталось три.

Можно ли надеяться, что этим откат и ограничится?

Тем временем ректор остановил начинающийся в кабинете бой, развеяв и атаку Дориэна, и контрудар Фаджио. Мощный маг, тут не поспоришь, нейтрализовать восьмой уровень…

— Продолжите в том же стиле, получите штрафной жетон. Оба! — рявкнул он.

У лорда Фаджио вытянулось лицо.

— И я?

— А тебя я лишу Джеммы на неделю!

— Ты просто ищешь повод больше проводить с ней время, — фыркнул дознаватель.

Я посчитала нужным подать голос:

— Вы серьёзно считаете, что это я? Не находите ли вы, что в моей ситуации так поступать было бы глупо?

— Что я считаю на самом деле , — интонацией выделил лорд Фаджио, — вас не касается. Но я не могу, не хочу, да и не имею права отмахиваться от фактов. Первое, у нас есть конфликт между вами и адептками. Второе, обе адептки найдены с одинаковыми симптомами, указывающими на ваше вмешательство. Третье, на полигоне, кроме вас и девушки никого не было, это показали записи магдатчиков, а очевидцев того, что произошло с Велией нет вообще.

— Теперь я понимаю, почему моего отца обвинили, — разозлилась я. — У вас нет улик, но надо найти виновного, да?

— Улики есть, адептка Чаргетто, — устало вздохнул ректор. — Они косвенные — это правда, но есть. Поэтому, если у вас есть алиби, не сто́ит геройствовать.

Ренци, видимо, исчерпавший свою способность молчать, влез:

— Есть алиби. К нам во время обсуждения заходил в гости одноступенник Чаргетто, — высек он.

Я чуть не закашлялась, как, однако, Дориэн сформулировал.

— Прекрасно, — откинулся лорд Натори в кресле. — И кто же это?

Ренци не успел ответить, как в кабинет ректора заглянул Санти. Надо же, теперь у секретаря ненормированный график?

— Лорд Натори, найдено ещё одно тело.

— Что? — взревел ректор. — Где?

— В оружейной.

Проклятье!

Глава 36. Подозреваемые

Я украдкой посмотрела из-под ресниц на Ренци, который продолжал сохранять удивительную для него невозмутимость.

То ли это само по себе было подозрительным, то ли лорд Фаджио заметил мой взгляд, но поза его стала напряжённей.

— И чьё тело? — спросил он у Санти, но при этом не сводил глаз с меня.

— Адепт Кантоцци. Жив, в тяжёлом состоянии, — отчитался по-военному кратко секретарь.

Естественно жив. Мы же оставили ему всего пару шишек. Что значит, в тяжёлом состоянии? С практических занятий, насколько мне известно, в лазарет отправлялись и с более серьёзными повреждениями, и никто из мухи слона не делал.

— Адепт Кантоцци имеет какое-то отношение к адептке Чаргетто или адепту Ренци? — вкрадчиво поинтересовался дознаватель.

— Он учится на первой ступени Боевого факультета. Во время сегодняшней стычки у аудитории был в числе тех, кто поддержал адептку Сарсони.

Что? Я его даже не заметила. Впрочем, я тогда никого не выделяла из толпы. Они все были против меня. Всё, кроме Ренци.

— Вот как… — противно протянул лорд Фаджио.

Дориэн не выдержал:

— Прекратите этот балаган. Абсолютно бессмысленно приплетать сюда Кантоцци.

— Отчего же это? — приподнял брови дознаватель.

Я буквально чувствовала исходящее от него недоверие. Оно было таким ощутимым, что наводило меня на мысль о его неправдоподобности. Уж кто-кто, а Николас Фаджио умел не только провоцировать чужие эмоции, но и виртуозно контролировать свои.

— Именно он и есть наш свидетель, — ровно ответил Ренци.

— И когда же вы с ним расстались и при каких обстоятельствах? — лорд Фаджио задал очень неудобный вопрос.

Откровенно врать смысла не было. Все служебные и учебные помещения, к которым и относилась оружейная, были напичканы магдатчиками.

— Мы оставили Кантоцци размышлять о хороших манерах в оружейной около пятнадцати минут назад, — с восхитительной изворотливостью дополнил свой ответ Дориэн.

— То есть, вы последние, кто его видел? — вклинился Санти. Очевидно, что секретарь после той стычки не воспылал к Дориэну тёплыми чувствами. — Тогда тебе крышка, Ренци. У Кантоцци те же «симптомы». Может, просветишь, что ты хотел сказать этой руной?

Я заледенела. Как это?

Удар был сильным, но это была всего лишь магически усиленная оплеуха. Виконт уже должен начать приходить в себя.

— Значит, мы не последние, кто его видел, — только и сказал Дориэн.

Это было на него непохоже. Видимо, все его усилия сейчас уходили на то, чтобы не сдаться набирающему силу откату. Я уже ощущала потребность сделать ещё один крошечный шаг в его сторону, но пока бороться с этим желанием получалось.

— Это все слова, — протянул лорд Фаджио. — Пока же у нас картина простой мести. Советую вам во всём признаться, адепты. То, что угрозы для жизни вашим недоброжелателям нет, станет смягчающим фактором. Вы единственные, кто были рядом в момент происшествия с первой жертвой, на момент второго нападения у вас нет алиби, зато в