Повелитель стали - Рейчел Шнайдер

Затем он начинает действовать.

Взмахнув цепью кандалов над головой, он обвивает ею шею гвардейца, стоящего позади него, и превращает ее в петлю. Не проходит и нескольких мгновений, как гвардеец оказывается задушен, после чего кандалы, разломанные благодаря магии, спадают с его запястий. Второй гвардеец бросается к нему, но теперь меч находится в руке Экера, и он глубоко вонзает клинок в грудь врага. Ошеломленный, гвардеец отшатывается, захлебываясь кровью, заполняющей его легкие.

Дюпре снова прижимает меч к моей шее, и Экер переводит на нас взгляд.

– Ты не убьешь ее. – Он даже не запыхался и спокойно идет вперед.

Кей достает меч из ножен, висящих на бедре. Экер нагло ухмыляется и, не потеряв ни секунды, отталкивается от столба на причале, взвивается в воздух и бьет Кея кулаком в лицо. Схватка заканчивается еще до того, как начинается. Кей с тяжелым стуком падает на причал.

Дюпре прижимает лезвие клинка к моему горлу, заставляя меня встать и используя мое тело как щит от Экера.

Подняв упавший меч Кея, Экер взвешивает его в руке и, пока говорит, небрежно оглядывает оружие:

– Отпусти девушку, и я подумаю о том, чтобы не убивать тебя.

До сих пор я, наверное, слышала от Дюпре, самого доверенного охранника Рена, менее пяти связных предложений, и сейчас определенно первый раз, когда я слышу от него нецензурную брань.

– Иди в задницу.

Экер отрывает взгляд от клинка.

– Я начинаю думать, что все элэха – идиоты. Это единственное объяснение твоему уровню глупости.

Как это ни удивительно, руки Дюпре начинают дрожать, и я шиплю от боли, когда лезвие царапает горло.

Экер замирает, потеряв всякое чувство юмора.

– Я не боюсь тебя…

Одним движением Экер разворачивается и запускает меч, словно метательный диск. Я визжу, зажмурившись, когда клинок со свистом пролетает мимо. В ушах отдается звук металла, рассекающего плоть и кости. Мне на голову брызжет кровь. Лезвие меча у шеи медленно соскальзывает вниз, и огромное тело Дюпре с громким тупым стуком опрокидывается назад.

Экер хватает меня за плечи.

– Ты в порядке?

Я, прищурившись, поднимаю на него взгляд.

Он пытается стереть кровь, стекающую на мое лицо, затем вытирает руку о штанину.

– Прости, мне жаль.

Я глубоко вздыхаю, тщетно пытаясь унять дрожь в голосе и руках.

– Будем считать, что мы квиты.

Он давится смехом, его губы растягивает улыбка… но тут же исчезает, когда он в последний момент уклоняется от направленного на него кинжала. Клинок не попадает в цель – живот Экера, – но Кею все-таки удается наполовину вонзить его в бок Экера, прежде чем вытащить.

На месте укола выступает кровь.

Кей снова пытается вонзить в него клинок, но Экер с поразительной легкостью останавливает его, перехватив запястье. Второй рукой он хватает Кея за горло, и на его лице отражается жуткое спокойствие, когда он берет кинжал и приставляет его к горлу Кея.

– Не убивай его.

Взгляд Кея перемещается на меня, когда я подхожу ближе, но я не смотрю на него.

Я кладу руку Экеру на плечо.

– Экер. – Я впервые называю его по имени, но он не сразу поворачивается ко мне. Когда наши взгляды встречаются, в его глазах нет никаких эмоций. Я сглатываю, преодолев страх и осознав, что прошу о многом, учитывая, что Кей только что пытался его убить. – Пожалуйста, – умоляю я.

Он делает глубокий вдох, его глаза мало-помалу оживают, прежде чем он отводит острие от горла Кея. Но облегчение Кея длится недолго, потому что Экер рывком притягивает его к себе, обхватывает согнутой рукой шею и перекрывает доступ воздуха. Кей сопротивляется, но Экер продолжает сжимать его горло, пока лицо Кея сначала не багровеет, затем белеет, и его глаза закрываются. Экер отпускает Кея, и тот падает на причал.

– Спасибо, – говорю я, но его не интересует моя благодарность. Он осматривает кинжал Кея, затем задирает рубашку и затыкает его за пояс. Я успеваю мельком увидеть свежую рану, прежде чем он ее прикрывает.

Мой пульс наконец замедляется в достаточной мере, чтобы я смогла расслышать музыку. Похоже, то же происходит с Экером, потому что мы оба одновременно переходим в быстрое движение.

Я заканчиваю отвязывать швартовочный трос лодки, Экер достает весла, протягивает одно из них мне, и мы отталкиваемся от причала. Экер складывает наши припасы под носовое сиденье, пока я гребу. Я замечаю какое-то движение и вижу, что гвардеец с цепью на шее, пошатываясь, поднимается на ноги.

– Я думала, что ты его убил, – говорю я Экеру, привлекая его внимание.

Гвардеец бросает на нас убийственный взгляд, затем поворачивается к лестнице, ведущей на Главный мост. Встав, Экер достает из-за пояса кинжал Кея, берется за него поудобнее и метает его в гвардейца. Раздается отчетливый свист рассекаемого воздуха, за которым следует шмякающий звук, когда клинок вонзается в затылок гвардейца.

Застыв на средней ступеньке, он разворачивается, и мы видим острие клинка, торчащее из его глазницы. Он делает полный оборот и падает с лестницы лицом вниз.

Экер цокает языком и протягивает руку.

– Цель поражена.

Я с ужасом и изумлением смотрю, как кинжал выскальзывает из затылка мертвого гвардейца и летит обратно к Экеру. Он крякает, когда рукоятка шмякается в его ладонь, как будто это далось ему с трудом, и вытирает оружие о штанину.

Мы молча хватаемся за весла и начинаем грести прочь от рощи. Свет на Главном мосту ярко освещает воду, и мы гребем изо всех сил, чтобы скрыться в тени.

Музыка еще долго сопровождает нас, пока мы гребем в ночи.

Глава 16

Мы сбились с курса и оказались в полной заднице. Нам пришлось отказаться от первоначального намерения плыть на север, когда они выслали в погоню всю армаду Элэхи. Множество белых парусов появилось на горизонте, так что мы были вынуждены повернуть на запад, то есть плыть в направлении, ведущем в никуда. Мы гребли, гребли и гребли. А когда выбились из сил, гребли еще, потому что не могли поднять паруса, опасаясь, что тогда нас будет слишком легко заметить на фоне темной воды.

Стук отрывает меня от бессмысленной гребли. Весло Экера ударяется о палубу за долю секунды до того, как он блюет в море. Я пытаюсь подойти к нему, но ноги подгибаются, и тогда я ползу по палубе, чтобы достать бурдюк с водой.

И подношу бурдюк к его губам.

– Пей.

Он бледен и весь в поту, его глаза закрыты, а