Между любовью и ненавистью - Шейн Роуз

услышать, хорошо? – Он провел пальцем по следу от укуса, прежде чем отстраниться, и я мгновенно затосковала по его прикосновению. – Мы добавили на мост снаружи камешки в виде капель дождя, они из особого резинового материала, который обеспечивает гораздо лучшее сцепление.

– Ты сохранил свое видение идеи даже после добавления капель, – произнесла я, не удержавшись от восхищения. – Готова признать, твой проект по-прежнему безупречен.

– Да, с небольшими корректировками, но так оно и есть. – Доминик Харди излучал такую бесстыжую самоуверенность, что непроизвольно приковывал к себе внимание.

Когда мы подъехали к универмагу, я поспешила выйти из машины.

– Ты можешь подождать…

– Я пойду с тобой. – В его взгляде читалось любопытство, и он двинулся за мной. Я лихорадочно ходила по залу, выискивая подходящее платье. При виде ценников внутри меня всякий раз желудок скручивался в узел.

– Почему мы выбрали именно этот магазин? – поинтересовался он наконец, явно считая это бессмысленной затеей.

– Здесь отличные скидки и прекрасные платья, Доминик.

– С чего вдруг нам понадобились скидки? – недоверчиво спросил он. – У нас нет времени на поиски распродаж, Клара. Займешься этим с Паломой. – Не дав мне и слова вставить, он фыркнул и вывел меня из магазина, затем велел Каллихану отвезти нас в бутик дальше по дороге.

Когда мы переступили порог, он махнул продавщице.

– Мистер Харди, рада вас видеть. Чем я могу быть полезна? – Она была моего возраста, с идеальным маникюром и укладкой, той женщиной, какой я когда-то стремилась выглядеть в присутствии матери и сестры. Теперь же мои волосы свободно струились естественными волнами, а россыпь веснушек не скрывалась под макияжем.

Доминик не удостоил ее вниманием. Его ладонь лежала у меня на пояснице, пока он смотрел на меня сверху вниз.

– Подберите моей девушке все, что она захочет. У нас скоро состоится гала-вечер, поэтому убедитесь, что наряд будет соответствовать мероприятию.

– О, конечно. – Она мельком взглянула на меня и направила в примерочную. Ее ничуть не смутил мой статус его девушки. Женщина тут же распорядилась, чтобы одна из сотрудниц подобрала для меня платья. Полюбопытствовала, как продвигается его карьера, предложила ему шампанское и даже осмелилась оставить номер, намекнув, что всегда готова оказать содействие в подборе гардероба для других его знакомых.

– В нашем ассортименте представлены работы выдающихся дизайнеров, эксклюзивные коллекции и…

– Уверен, у моей девушки уже есть большинство ваших контактов. – До меня донеслось его негромкое бормотание.

Выйдя из примерочной вопреки моему первоначальному желанию, я увидела, что он сидит, уткнувшись в телефон. Казалось, его совершенно не волновало, что женщина беззастенчиво с ним заигрывала.

Повернувшись ко мне, она демонстративно закатила глаза, и я едва сдержалась, чтобы не броситься назад в примерочную. Воспоминания о безжалостной критике матери и сестры нахлынули с новой силой, и я понимала, что от этой женщины вряд ли услышу что-то иное.

– Возможно, лучше попробовать другой фасон. Этот вам не идет. Напомните, каким вы располагаете бюджетом? – Она приподняла бровь, будто испытывая меня на прочность.

– О, наверное, не дороже этого платья. – А оно стоило пару тысяч, что было для меня не по карману.

– Получается, всего лишь пять тысяч. Вряд ли мы найдем много других моделей, которые…

– Принесите все платья ее размера, Миранда. И оставьте за моей девушкой право решать, что ей подходит, а что нет. Она сама выберет. – Миранда покраснела и отступила. – Кексик, – мягко произнес Доминик, окидывая взглядом мою фигуру, – повернись. Хочу увидеть тебя со всех сторон.

То, как он разглядывал меня, как поерзал на диване, а затем сжал и разжал кулаки, не позволило мне отказать в его просьбе. Не успела я завершить полный оборот, как он вскочил и встал вплотную за моей спиной, мы оба смотрели на наше отражение в зеркале примерочной.

– Это платье подчеркивает каждый изгиб твоего тела. Оно принадлежит мне, исключительно мне. – Я почувствовала, как его член упирается мне в спину, когда он добавил: – Я не желаю, чтобы другие мужчины слишком пристально рассматривали прелести моей женщины.

Я хихикнула, пока его руки порхали по мне, даря ту уверенность, какой мне следовало обладать с самого начала.

– Боишься небольшой конкуренции, Доминик? Они просто смотрят.

– Глазеть на то, что принадлежит мне, – значит проявить неуважение. Я могу либо всю ночь разбираться с наглецами, либо наслаждаться тобой в постели. И то и другое сделаю, если ты этого хочешь. – Он повернулся к Миранде, у которой от удивления приоткрылся рот, и повторил: – Все платья в ее примерочную. Сейчас же.

После такого она притихла, а я решила не демонстрировать слишком много платьев. Ему не требовался показ мод, а мне не следовало поддаваться искушению увлечь его за собой в примерочную.

Оставалось примерить одно платье, и я уже понимала: вот оно – то самое, что мне понравится, но именно на него мне не стоило рассчитывать из-за баснословного ценника. Я прикусила щеку, раздумывая, как поступить, и вдруг над дверью бутика звякнул колокольчик.

Сердце ухнуло вниз, когда я услышала восторженный визг продавщицы.

– О боже! Натия Фитч! Вы ведь когда-то состояли в отношениях, да?

– Когда-то? – По ту сторону занавески донесся мягкий смех. – Между нами всегда было нечто большее, верно, Дом?

Ее голос напоминал мурлыканье котенка, в котором явственно проскальзывали сексуальные нотки, будто она намеревалась погрузить собеседника в состояние легкого транса. Поразительно, насколько преобразился тон продавщицы: теперь она разговаривала так, словно Натия – особа королевских кровей и ей не терпится угодить им обоим как состоявшейся паре.

Сердце бешено колотилось в примерочной, пока я слушала, как эта женщина нежным, спокойным голосом рассказывала Доминику, как сильно по нему соскучилась.

Нам только предстояло встретиться с ней вместе на церемонии открытия. Время для спектакля еще не пришло. И все же я дрожала в примерочной, размышляя, что предпринять дальше. Пусть она была его бывшей, но ей следовало узнать обо мне. Настоящая я девушка или нет, но пора заявить о себе. Может, причиной моего решения послужили его недавние слова о необходимости показать себя, может, продавщица, заставившая почувствовать себя ничтожеством, а может, сердце просто устало от того, что по нему постоянно топчутся.

Мне требовалось обозначить границы. Он сам просил о них, и теперь получит желаемое. Я схватила платье, которое откладывала для примерки. Хотя моя душа тяготела к ярким цветам, но я отчетливо осознавала, что телесные оттенки и изысканное черное кружево, умело вставленное в ткань, сыграют мне на руку. Натянув облегающий наряд, я ощутила его тяжесть. Платье от Валентино, декорированное стразами и бисером, вкрапленными в кружево, напоминало туалеты с красной