Выбор за тобой - Лина Мур

– Чичи! – Парень падает к моим ногам, а я отскакиваю, но тут же, поглощённая страхом, подбегаю к чёрту и только дотрагиваюсь до него, как его окровавленное тело выгибается и молниеносно вылетает из темницы, минуя решётку, исчезнувшую на пару мгновений, а затем снова оказавшуюся на том же месте.

– Чичи! – Кричу я, сотрясаясь от рыданий.

Раздаётся громкий щелчок, и передо мной появляется подонок Рэйг, яростно хватая меня за горло и поднимая над землёй. Прижимает к стене, а я цепляюсь за его руки.

– Извиняйся, Эйрин! – Рычит он.

– Никогда… пошёл ты в задницу, женоненавистник! Гори в аду! – Из последних сил кричу я и с отвращением плюю в его лицо. Рэйг швыряет меня в другую стенку, отчего я моментально теряю сознание, ударяясь о неё лбом, и тьма снова затмевает разум.

В моменты мрака в голове, я не вижу ни снов, ни каких-то обрывков воспоминаний, только одна долгая и мучительная боль внутри.

Сознание вновь возвращается ко мне, и я чувствую, что лежу на чём-то твёрдом, и меня покачивает из стороны в сторону. Шум в голове не прекращается, сквозь него слышу мерный звук цоканья копыт. Медленно приоткрывая глаза, с ужасом смотрю на девушку, сидящую рядом со мной, с впалыми бледными щеками, потухшими чёрными глазами и спутанными длинными белыми волосами в разодранном старом платье грязного цвета.

– Прости, не смогла больше, но шишку твою убрала, – тихо произносит она, натягивая улыбку на потрескавшиеся тонкие губы.

– Что… кто ты… где я… – моргая, пытаюсь двинуть руками, но их придавливает к полу, как и ноги. Я лежу на деревянном полу, и он дёргается, то вверх, то вниз.

– Такая же, как и ты, заключённая и отправленная в нижний мир в наказание за непослушание. Я Агоре из рода Агуане. Хорошо тебе досталось от тюремщиков, жаль, что не могу больше сил тебе передать, последние отдала, – девушка помогает мне сесть и прислониться к стене, и я вижу её руки в металлических кандалах, как и ноги, связанные между собой цепью. Мои тоже. Ублюдок…

– Арин… Ари. Спасибо тебе за всё. За что тебя? – Шепчу я.

– Это не первое моё наказание, уже седьмой раз пойду в нижний мир, только теперь на полгода, – она переворачивает руку вверх запястьем, на котором выжжены уже шесть заживших шрамов в виде змеи.

– И мне не жаль, уж лучше там, чем рядом с моим благоверным, – фыркает Агоре.

– Что такое нижний мир? – Шепчу я, оглядывая повозку, точно это же повозка, а её везут лошади, и в ней есть кто-то ещё. Я слышу мужской разговор.

– Ты новенькая, отметин нет у тебя. Ох, тебе придётся там несладко. И проще не рассказывать тебе об этом, Арин, иначе страх ещё больше усугубит твою боль там, – кривится девушка.

– Тебя тоже лишили способностей, да? – Спрашивает меня, и я быстро киваю.

– Понятно, почему ты вылечить себя не смогла. Я тебя не помню, обычно всех новорождённых нам представляют, ты недавно здесь появилась? То есть ты из большего мира? – Снова киваю.

– Мда, неудачное знакомство с нашим миром. Но так быстрее привыкнешь к тому, что здесь всегда нужно подчиняться приказам Повелителя и даже не сметь думать о том, чтобы их нарушить. Ты из какого рода? – Пожимаю плечами.

– Оу, так ты даже инициацию не прошла? Вот это да. За что тогда тебя послали в нижний мир? – Удивляется Агоре.

– Отказала козлу этому вашу… королю недоделанному, – злость снова появляется в голосе.

– Понятно, да, Повелитель не терпит отказов. Ещё бы, ты такая красивая, Повелитель не смог устоять перед тобой, но так ему и надо. Нечего нас, девушек, унижать и заставлять подчиняться им. Мой муж такой же. Вода ему, видите ли, в нашем озере не понравилась, начал бить меня, я ему и ответила – сожрала его, – приподнимаю брови от её слов.

– Да ты не пугайся, все вы из большого мира отвыкли от нас, потеряли знания и большую часть своих сил. Мой род охраняет все озёра и реки в нашем мире, а замуж меня выдали сто десять лет назад, так как время пришло. И даже выбора не дали, привели болотную тварь, пачкающую из раза в раз моё озеро, да ещё и любит насиловать на берегу, чтобы другие видели. И никто даже не подумал о том, что мы несовместимы. У нас силы противоборствующие, вот я и жру его постоянно, а он возвращается и как ни в чём не бывало пишет на меня жалобы, и по его вине меня отправляют в нижний мир. Ненавижу его. Он даже на вкус противный, скользкий змей, а мы созданы карать тех, кто нашу воду трогает и мутит, как и применяет насилие, подавляя нашу волю. Вот же нашли мне супруга. И я в следующий раз снова его сожру, пусть опять в нижнем мире заточат, может быть так до Повелителя дойдёт моя просьба быть одной, – категорично заявляет она.

– То есть… Рэйг знает о том, что вы несовместимы и заставляет тебя терпеть насилие? – Ужасаюсь я тому, насколько же он жесток и, действительно, ненавидит женщин. Он, как будто мстит им за что-то, раз позволяет так обращаться с ними, да ещё и наказывает за то, что женщины отстаивают свои права.

– Конечно. Он же и издал указ о нашей свадьбе. Сколько его не молила, ничего не слышит. Да и встречаться с Повелителем страшно, – Агора передёргивает плечами.

– Подонок, – шиплю я.

– За такие слова он и убить может, Арин. Ты бы поаккуратней…

– Да плевала я на его ранимую душу! Столько жестокости от него увидела! Он не Король, не Повелитель, а самовлюблённый эгоист, насильник женщин! Его самого нужно казнить! – Вспыхиваю я от ярости.

– Не встречала ещё таких, как ты, Арин, тебе бы язык попридержать, хуже будет. Это сейчас ты такая смелая, а вот после нижнего мира будешь бояться даже думать о подобном, и сама пойдёшь к нему, позволишь всё что угодно с собой сделать, потому что воспоминания о наказании в нижнем мире будут удерживать тебя от неугодных ему слов. После треглавого золотого пса и долгой смерти, ты изменишься, – печально отвечает она.

– Треглавого пса?

– Да. Он проводник в нижний мир, туда к нему и везут. На повозку наложены защитные магические рисунки, они блокируют оставшуюся в нас силу, и никто нас не слышит и не видит, как и выбраться отсюда нет шансов. В первый раз я попробовала и во второй тоже думала сбегу, а потом пройду через портал и исчезну отсюда, облюбую какое-нибудь озеро и буду спокойно жить одна. Но увы, не смогла. Нас не переносят сразу к нему, а везут, чтоб мы боялись, давая пищу наших страхов псу при встрече. Он живёт в пещере на границе нашего мира, к нему может попасть любой, но ещё ни один не вышел оттуда таким же, как и раньше. Как только входишь в пещеру, то сразу же боль, страх и ужас оттого, сколько зла там сосредоточено, проникает в твою кровь, парализуя сознание, и нет никакого желания противиться. Он притягивает тебя к себе на жертвенный камень, и ты двинуться не можешь, умереть не можешь, а лишь чувствуешь, как боль сковывает твой разум, как ломаются кости, как он выпивает твои силы, поглощая в себя, а дальше… дальше… У каждого своё наказание, созданное на самых жутких страхах. Моё – очищать кровавую реку и терпеть насилие феникса в любое время. И ты кричишь, молишь о пощаде, и всё начинается снова. С ума сходишь от боли и горя, оно медленно и бесконечно долго убивает тебя, и на какое-то время после отбытия срока в нижнем мире ты теряешь желание жить. Ты ничего не чувствуешь, сил тебя лишают, и обречён только проливать горькие слёзы до того момента, пока способности не вернутся к тебе, позволив снова встать на тот же путь борьбы за существование с тем, кто вновь вынудит тебя вернуться сюда, – по коже пробегают мурашки страха, и я судорожно сглатываю.

– Те, кто попадают туда в первый раз, пытаются драться, вырываясь из лап охранников, и чем громче и энергичней они это делают, тем больнее им на жертвенном камне. Тебе кажется, что из тебя вытягивают силы и едят твою плоть очень долго, ты словно кричишь внутри и срываешь голос. Терпеть такое невозможно, ты хочешь