Хозяйка каланчи. Княжна Пожарская - Адель Хайд

Император даже не шелохнулся.

— Вам сейчас помогут, госпожа Бальзамо, — произнёс он и снова повернулся ко мне. — Даша, как ты здесь оказалась?

— Меня пригласили, — ответила я.

И тут же вспомнила, что с другой женщиной в этом зале тоже произошло что-то странное, вот только там это не было притворством.

— Ваше Величество, там что-то случилось с графиней Воронцовой. Идёмте.

Мы отошли, а перед этим, я краем глаза успела заметить, как Феличе оттолкнула подскочившего к ней придворного и уже стояла сама безо всякой помощи. Мне казалось, что я чувствую, как она смотрит мне вслед. Так смотрят, когда уже решили, кого убьют первым.

Графиня Воронцова, к моей радости, оказалась жива.

Она сидела в принесённом кем-то кресле, бледная, глаза её были прикрыты. Я встала рядом, взяла её руку. Рука у графини была слабой и холодной, хотя в зале было довольно тепло. А взяв её руку в свою я ощутила, как от моей ладони к ней потекло тепло.

Графиня открыла глаза.

— Я не знаю, кто вы, — тихо, почти что шёпотом сказала она. — Но прошу вас… не отпускайте меня.

Но я не могла долго находиться возле неё, потому что за моей спиной стоял император.

И я боялась и заговорщиков и Феличе. Потому как знала, что стоит Феличе снова в него вцепиться, и всё, что я сделала, рассыплется в прах.

Я только сейчас поняла замысел заговорщиков. Сам наговор безусловно обладал силой, особенно в устах мага. Но он был слаб, против того заклятия, которое наложили на императора. Теперь-то я в этом не сомневалась. Просто сейчас всё сложилось, помимо наговора у меня было благословение и икона, и я была уверена, что если не это, мне бы ни за что не удалось вырвать императора из тех пут, куда он угодил. Даже на эти несколько минут.

Заговорщики меня обманули. Они и сами не верили в то, что их наговор освободит Александра, им нужно было именно это: несколько минут, когда император освободится от чужого колдовства и станет уязвим. Именно поэтому в зале был убийца.

«Остальное всё мы сделаем сами,» — сказал Аверьян Вяземский. И ведь не обманул.

Сволочь.

Но я смешала им все карты.

И теперь я не смела оставить императора одного ни на мгновение.

— С вами всё будет хорошо, — сказала я графине и сжала её пальцы, которые уже не были такими ледяными. — Только обязательно сходите в храм.

Я назвала ей адрес того самого храма, куда ходила сама.

— Исповедайтесь и попросите благословения. Попросите помощи и вам помогут.

По её глазам я видела, что она мне поверила. И, повинуясь какому-то странному наитию, я наклонилась и коснулась губами её лба. Как будто поделилась с ней частицей того благословения, что получила сама.

— Не ищите правду в странных ритуалах, —сказала я. — Её тут нет.

Я прижала ладонь к своей груди в районе сердца, туда, где всё ещё было тепло от маленькой иконки.

— И не отрекайтесь от истинной веры.

Потом я выпрямилась, взяла Александра под руку и стала искать по залу человека в маске ворона.

Но все вокруг уже снимали маски и теперь было не разобрать, кто носил какую маску. Зато в зале теперь было полно охраны, свет сделали ярче, и вообще, вся эта таинственная полумрачная атмосфера растворилась без следа.

Я обратила внимание, что у дальней стороны стола всё ещё стояла Феличе, а рядом с ней Калиостро.

Они не уходили, как будто бы ждали чего-то, или кого-то.

И я поняла, что мне нужно увести Александра. Я не знала, сколько продлится действие заговорённой воды, знала только, что оно временное.

— Александр Николаевич, — позвала я. — Мне очень нужно с вами поговорить.

— Конечно, Даша, ты можешь прийти ко мне в любое время. У тебя же есть это право, — улыбнулся мне император, и сердце моё забилось чаще.

Я вдруг поняла, что он ничего не помнит. И тогда я решила обозначить важное.

—Я несколько раз пыталась с вами встретиться, но почему-то не выходило. А мне нужно получить ваше разрешение на производство артефактов.

Голос его вдруг стал сухим и холодным:

— Это всё?

Я вздохнула: вот же какой обидчивый

— Я бы многое хотела обсудить, но я всё время не успеваю. Вас то нет, то у вас нет времени.

Он смотрел на меня пару мгновений. А потом лицо его смягчилось.

— Даша, у нас с тобой есть всё время мира.

«Эх, бедолага, — подумала я, — он словно живёт в каком-то странном мире, где всё хорошо». Но как ему сказать об этом я не знала.

Он смотрел на меня так, будто мы с ним общаемся каждый день, и нет никаких преград. Он был счастлив, и у меня не хватило духу его разубедить.

Зато я поняла кое-что другое. Как много можно успеть сделать, когда рядом с тобой стоит император, ты держишь его за руку и он раздаёт распоряжения.

Оказалось, что сам Александр не живёт в Восточной резиденции, она отдана Феличе, и здесь она проживает вместе с «братом» графом Калиостро.

И мне удалось уговорить Александра уехать в столицу. И даже уже сидя в карете, увозившей нас из Восточной резиденции, я чувствовала злобный взгляд Феличе.

Пока мы ехали в экипаже, я рассказала ему и про то, как проходила учёба, и про нашу с Машей идею насчёт производства артефактов тоже. Всё это время я продолжала держать его за руку. Он не отнимал, а мне так было спокойнее.

— Александр Николаевич, у вас же во дворце тоже есть такие стёкла, которые сделаны совместной магией? — спросила я и император кивнул, но тут же возразил:

— Так вам для такого обязательно нужна будет магия огнедержца, без этого не сработает.

— А я на что? — притворно возмутилась я.

— Вон оно что, — император всмотрелся в моё лицо, — ты такая сильная стала?

Я загадочно улыбнулась.

К тому моменту мы уже доехали до столичного дворца и поднялись в его кабинет. Александр приказал секретарю подготовить бумагу для приказа. Оказывается, императорские приказы писались на специальной бумаге, чтобы избежать подделки, на любой другой, подпись императора, даже искусно перерисованная исчезала.

А я стояла возле небольшого стола, расположенного около большого окна, с защитным стеклом, созданным с помощью той технологии,