Тайна блаженной Катрин - Светлана Щуко

и его прикосновение оказалось неожиданно долгим. В этот момент я уловила едва заметный аромат фиалок, исходящий от его тёмных, густых волос. Это пробудило во мне странные ощущения: по телу пробежали мурашки, сердце забилось быстрее, словно пытаясь вырваться из груди. Я попыталась отстраниться, но виконт не отпустил мою руку, продолжая держать её в своей, как будто боялся, что я исчезну, если он отпустит её.

Мужчина поднял голову, и наши взгляды пересеклись. Время замерло, я почувствовала, как воздух вокруг нас наполнился чем-то волшебным. Наши глаза говорили больше, чем слова, и я не могла отвести взгляд, утопая в его глубине.

Но вдруг, словно по мановению волшебной палочки, этот момент был разрушен. Довольный голос аптекаря разорвал чары:

— Жанна, дочка, — произнес он с теплотой в голосе, возвращая нас к реальности.

Я медленно перевела взгляд на аптекаря, ощущая, как пульс постепенно успокаивается, возвращаясь к своему обычному ритму. Однако в тот короткий миг, когда наши глаза встретились, произошло нечто странное и необъяснимое. Внутри меня что-то изменилось, словно невидимая искра проскользнула в глубины души, оставив после себя неясное, но глубокое ощущение чего-то зарождающегося, тёплого и приятного.

- Отец, — сказала я, стараясь сбросить с себя завораживающее наваждение.

- Дочка, у нас пациент с той самой болезнью, о которой мы говорили с графом. — Месье Гюлен как-то странно улыбнулся, переводя довольный взгляд с меня на де Блуа и обратно на меня.

- О, это отлично! — воскликнула я, мгновенно переключаясь на рабочий лад. — Где он?

- В смотровой с Арджуном, он как раз его сейчас осматривает. — ответил мне аптекарь.

Я, недолго думая, рванула в смотровую, не обращая внимание на слова месье Гюлена, летящие мне вдогонку, распахнула дверь в помещение. На столе на четвереньках стоял мужчина с оголённым задом, а Арджун проделывал с его пятой точкой какие-то медицинские манипуляции.

- Какого чёрта! — вдруг заорал истошно мужик, прытко соскакивая со стола и прикрывая причинное место простынёй. - Уберите отсюда бабу! - опять прокричал он, энергично тыкая в мою сторону пальцем.

— Простите, — произнесла я, пытаясь собраться с мыслями и скрыть смущение.

— Мои глубочайшие извинения, месье. Моя дочь не знала, что кто-то находится в смотровой, — произнёс запыхавшийся аптекарь, загораживая меня своим телом и резко захлопывая дверь. Его голос звучал напряжённо, словно он пытался сгладить неловкость ситуации.

— О боже, как же это нелепо, — пробормотала я, чувствуя, как румянец заливает мои щёки. Я опустила взгляд, пряча лицо в ладонях, и неожиданно для себя рассмеялась. Воспоминания о сцене, свидетелем которой я только что стала, всплыли в памяти, и я не смогла сдержать хохот.

— Прошу прощения, батюшка, — выдохнула я, всё ещё смеясь, но уже пытаясь успокоиться. Слёзы, вызванные внезапным приступом веселья, стекали по моим щекам, и я поспешно вытерла их, пытаясь восстановить серьёзность.

- Батюшка, вы же понимаете, пациента надо усыпить, прежде чем я приступлю к осмотру... - всё ещё улыбаясь, произнесла я.

- Да-да, дочка, собственно, за этим я к тебе и шёл, Арджун говорит, что случай очень похожий.

- Ну и отлично, дайте ему настойку опиума, дождёмся, как уснёт, и приступим. Да, батюшка, ещё понадобится бумага и перо с чернилами, будем делать детальную зарисовку и записывать все нюансы операции. - сказала я и обратилась к виконту, который стоял, облокотившись на стену, и с весёлыми искорками в глазах наблюдал за происходящим.

- Господин де Блуа, ну и где же ваш подарок? - я игриво протянула обе руки вперёд, - пока пациент ещё бодр, я полностью в вашем распоряжении. - добавила я, улыбаясь.

Виконт оттолкнулся от стены и протянул мне руку, предлагая опереться на его локоть. — Мадам, прошу вас, нам необходимо выйти на улицу, чтобы вы могли принять свой подарок, — сказал он с легкой улыбкой.

Я приняла его руку, и мы направились к выходу, сопровождаемые одобрительным взглядом аптекаря.

— О боже, какая же это красота! — воскликнула я, не в силах сдержать восхищения. — Виконт, это, должно быть, безумно дорого.

Я медленно обошла вокруг моего подарка. И это была карета. Я любовалась каждым ее изгибом и блеском лакированной поверхности. Внутри салона, обитого красным бархатом, я чувствовала себя настоящей королевой.

— Какая роскошь! — продолжала я восхищаться. — Это просто невероятно.

В карету была впряжена великолепная лошадь вороной масти. — Какая красавица! — воскликнула я, подходя ближе и ласково поглаживая животное по шее. — Виконт, мне бы и лошади было достаточно, но это... У меня нет слов!

Как я давно не каталась верхом, я зажмурила глаза и представила, как ветер развевает мои волосы, как я ощущаю свободу и легкость под копытами скакуна.

— Вы умеете держаться в седле, мадам Жанна? — голос виконта с лёгкой ноткой сомнения выдернул меня из моих грёз.

— Вы обижаете меня, виконт де Блуа, я с детства в седле, — фыркнула я.

Виконт пристально посмотрел на меня, его взгляд горел энтузиазмом и чем-то ещё, что я не могла точно определить.

— Это неожиданно, но в то же время прекрасно. Завтра, мадам, я буду рад пригласить вас на прогулку верхом.

Он сделал паузу, словно давая мне время осмыслить его слова, а затем добавил с лёгкой улыбкой:

— Надеюсь, вы не против?

Не против? Да я была готова визжать от восторга.

— Я была бы счастлива принять ваше приглашение, виконт, — ответила я с легкой улыбкой, поглаживая шелковистую гриву лошади, — но, увы, у меня нет ни костюма для верховой езды, да и седла тоже нет.

Его лицо озарила теплая улыбка, и он слегка приподнял шляпу.

— Не стоит переживать по этому поводу, мадам, — произнес он мягким, бархатистым голосом, в котором слышалась нотка заботы. — Завтра к обеду я пришлю за вами экипаж. Он доставит вас в моё имение, и там всё будет готово к вашему приезду. Также передайте своему отцу, что я буду счастлив видеть вас в его сопровождении.

Я кивнула, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло и сердце подпрыгивает от счастья.

— А сейчас, к моему глубочайшему сожалению, мне придётся покинуть вас, дела, — он поклонился и поцеловал мою руку поцелуем, длившимся немного дольше, чем положено.

Я стояла, не отрывая взгляда от удаляющегося силуэта виконта на скакуне. Его фигура становилась всё меньше, пока