Певчая птица и каменное сердце - Карисса Бродбент

Азар открыл глаза как раз в тот момент, когда моя ладонь опустилась ему на лицо. Останавливаться было уже поздно.

– Вот дерьмо! – вскрикнула я. – Прости!

– Мать… – простонал Азар.

Любопытно было слышать, как он ругается.

Но даже это продлилось недолго. У него дрогнули ресницы. Мне в ноздри ударил сладкий дурманящий запах. Азар так сильно истекал кровью, что у меня промокли колени.

Боги, почему же его кровь так невероятно пахнет? Лучше, чем человеческая.

– Наверх… – выдавил он.

– Наверх?

У него дернулась рука, словно он попытался показать, но не смог заставить тело слушаться.

– Куда? – спросила я. – Азар, пожалуйста, объясни. Куда именно?

Луче метнулась к лестнице. Пробежала несколько ступенек вверх, потом вернулась обратно. Вверх. Вниз.

«Следуй за мной».

Я посмотрела вниз, на Азара, который балансировал на грани сознания. Потом снова перевела взгляд на лестницу.

Первым моим желанием было засмеяться. Азар был хотя и худощавым, но все равно намного крупнее меня. Однако отчаянный вой Луче словно бы загонял мне нож в сердце. С таким воем не поспоришь.

Я схватила вялую руку Азара и забросила ее себе на плечо. Мне и самой едва удавалось держаться в вертикальном положении. Я не представляла, как справлюсь.

– Ты должен мне сейчас немножко помочь, – сказала я. – Ладно?

Он простонал в ответ нечто невразумительное. Я решила, что это должно означать: «Ну конечно, Мише, я сделаю все, что тебе нужно, потому что очень тебе благодарен, ведь ты спасаешь мне жизнь. Причем уже второй раз».

Я начала восхождение.

Когда мы добрались до верха лестницы, Луче, можно сказать, тянула нас обоих. Я рассчитывала, что мы вернемся туда, откуда я и пришла: в коридор, где были сейчас остальные. Но вместо этого, когда Луче, коротко тявкнув, позвала меня на площадку, там обнаружилась только деревянная дверь.

Вероятно, я перепутала направления. Или, может, Мортрин просто не соблюдал законы физического мира. В тот момент мне было на этом не сосредоточиться. Картинка перед глазами размывалась, мышцы стонали. Мне требовались все силы, чтобы заставлять себя стоять на ногах.

Я переместила вес Азара, собираясь высвободить руку и открыть дверь, но она приглашающе распахнулась сама.

Этим подарком я пренебрегать тоже не стала.

– Спасибо, – поблагодарила я, потому что с разумной темницей, хранящей на себе прикосновение богов, лучше всего быть очень и очень вежливой.

При поддержке Луче я втянула Азара внутрь, и дверь за нами закрылась.

Мы оказались в спальне. Свет от умирающих свечек струился на аккуратные книжные полки, письменный стол, кресло, компактное пианино. Через приоткрытую дверь в углу открывался вид на ванную. В середине комнаты стояла большая кровать. Матрас был аккуратно застелен бархатными одеялами, но еще хранил след того, кто сидел на нем последним.

Комната казалась такой… обжитой. Элегантная, явно принадлежащая хозяину, не ограниченному в средствах, но и близко не того уровня роскоши, который я видела во дворце, она располагала к себе.

Кровать невероятно манила. Да я бы удовольствовалась сейчас и ковром. Вот бы закопаться в этот мех и уснуть.

Спать хотелось просто невыносимо. Боги, как же я вымоталась…

Громкий требовательный лай заставил мои веки резко распахнуться.

Луче стояла у двери в ванную, переминаясь с одной лапы на другую.

– Не в кровать? – спросила я.

Почему слова выходят такими неразборчивыми?

Она что-то неодобрительно проворчала.

Я вздохнула:

– Ладно, как скажешь.

Преодолеть расстояние в десять шагов по комнате оказалось гораздо труднее, чем до этого лестничные пролеты. От Азара уже не было никакой помощи. Голова у него запрокинулась, а ноги волочились. А еще меня невыносимо отвлекал запах его крови.

В центре располагалась медная ванна на когтистых лапах. Она уже была наполнена… водой? Нет, не водой. А чем? Глаза никак не могли сфокусироваться. Поверхность была размытой, волны ряби набегали друг на друга. В зависимости от того, как менялся свет, жидкость выглядела то прозрачной, то белой, то черной, то красной.

Луче взяла зубами ставшую безжизненной руку Азара и потянула его к ванне.

– Луче, ты думаешь… что это так просто?.. – Мой голос прозвучал откуда-то очень издалека.

Потом я лежала, навалившись на край ванны, а тело Азара опиралось о мое. Луче попыталась приподнять хозяина, потянув щупальцами тени. Его одежда была скомкана. Плащ мы потеряли где-то на лестнице, и сейчас порванная рубашка соскользнула с плеча, открыв загорелую кожу и черные шрамы.

Мой затуманившийся взгляд остановился на черно-синих линиях, расходившихся по мышцам его груди.

«Даже красиво, – подумала я. – Словно цветочные корни».

Луче ткнулась в меня. Мои глаза широко распахнулись. Я лежала, прижав щеку к теплой меди.

«Помоги», – приказала волчица.

Она забралась под Азара. И таким образом, через дурманящую волну боли, я сумела перекинуть его в ванну – с невероятным трудом. Он стукнулся лбом о металл, рука повисла снаружи, и с головы на плитки пола закапала кровь. Жидкость, плескавшаяся внутри ванны, водопадом перелилась через край и промочила мне штаны.

Я обмякла, тяжело дыша.

Что-то жесткое ткнуло меня в спину. Я в раздражении хлопнула по спине рукой. Я так устала. Готова была заснуть прямо здесь, на мозаичном полу.

Раздался резкий лай.

Луче подлезла мне под живот, обмотав щупальца тени вокруг моих запястий. И настойчиво гавкнула.

«Залезай».

– В ванну? Какая же ты глупая, – пробормотала я. – Там ведь уже он.

Я была уверена, что Азару не понравится, если я заберусь с ним в одну ванну.

Но Луче все равно продолжала лаять.

«Залезай, – настойчиво твердила она. – Залезай, залезай».

– Ну ладно, ладно, – промямлила я.

Мне удалось перевалиться в воду. Я приземлилась прямо на Азара, его руки коконом сложились вокруг меня, и моя голова уткнулась ему под подбородок.

«Он будет очень недоволен, когда проснется», – подумала я, но не смогла заставить себя пошевелиться. Вода была такая теплая и приятная. От Азара пахло плющом. Я устала до крайности, а еще здесь было легче перестать думать об изуродованном лице юноши, которого я когда-то знала.

Последнее, что я видела, была кровь Азара, бегущая по кованой меди, – или это была моя собственная кровь?

Луче лизнула мне пальцы, торчавшие из ванны, словно бы говоря: «Все в порядке. Ни о чем не беспокойся».

Но мне было уже все равно. Я отключилась.

Глава тринадцатая

Дыхание у меня на щеке было легким.

Это первое, что я ощутила, прежде чем ко мне вернулись остальные чувства. Ровный, успокаивающий ритм, от которого сзади по шее шли мурашки.

«Хорошо… – сонно подумала я. – Как