Спящее искупление - Сэди Винчестер

Я была почти на грани срыва, готовая внутренне воспламениться, если он вскоре не окажется глубоко внутри меня.

— Черт, ты нужен мне, Атлас, — жалобно захныкала я.

Услышав мольбу в моем голосе, он сбросил ботинки и вылез из штанов и боксеров. Я чуть не сбила его с ног, когда спрыгнула со стола и запрыгнула на него, обхватив ногами его бедра, а руками — шею.

Поймав меня, он обеими руками обхватил мою задницу и повел меня через кухню. Украв у меня еще несколько собственнических поцелуев, он прижал меня спиной к двери кладовой. Он провел головкой своего члена по моему клитору, заставляя меня извиваться в предвкушении, когда он надавил на тугой вход в мою киску.

Целуя меня в подбородок, каждый поцелуй был еще более отчаянным, чем предыдущий, Атлас медленно погружал свой член в меня, мои стенки растягивались, чтобы принять его. Он застонал прямо у меня под ухом, его горячее дыхание согревало мою кожу, пока он говорил.

Об— Ангел, я не могу передать тебе, как приятно чувствовать, как твоя тугая киска снова сжимает меня.

Когда наши тела прижались друг к другу — мои груди к его обнаженной груди, а его член полностью вошел в меня — удовольствие, зарождавшееся в моем теле, смешалось с эмоциями прошлого.

Мои ладони скользили по его плечам, пальцы нащупали на спине новую текстуру — и я провела ими по верхнему краю, изучая её. Я слишком хорошо знала эти шёлковистые, похожие на шрамы линии, прорезанные в его плоти — у меня самой были такие же выходные точки для крыльев.

Атлас задержался глубоко внутри меня, его рот спустился к моему плечу, прежде чем оторвать от себя одну из моих рук. Его рука оставалась чуть ниже моего запястья, когда он вытянул мою руку в сторону, прижимая ее к стене за моей спиной. С озорным блеском в серых глазах он наблюдал за моей реакцией на каждый дюйм приближения его губ к внутренней стороне моего локтя.

— У моего ангела все еще есть свое любимое местечко там, где оно было раньше? — В его насмешливой усмешке был намек на любопытство.

Мое тело извивалось рядом с ним, но его крупная фигура удерживала меня зажатой между ним и дверью кладовой. Биение моего сердца участилось, пока я пристально наблюдала. Ни разу с тех пор, как я была с Атласом, никому не удавалось найти ту часть моего тела, которая могла заставить меня упасть на колени.

— Нет! — Тон моего голоса повысился, разоблачая ложь в моем ответе. Я попыталась вырвать у него руку, но он крепко держал ее.

Разоблачая мой блеф, его язык скользнул по сгибу моего локтя в мучительно медленном темпе. Казалось, он дотрагивался прямо до линии экстаза, которая проникала прямо в мое влагалище, туго сжимая его. Я изо всех сил старалась подавить стон, но он все равно вырывался из меня.

— Что-то подсказывает мне по тому, как ты сжимаешь мой член прямо сейчас, что ты, возможно, лжешь мне. — Его язык прошелся по тому же месту на сгибе моего локтя, и я почувствовала серию мурашек по спине, заставляя мое возбуждение еще больше окутать его.

— Атлас, пожалуйста, — взмолилась я, не уверенная, хочу ли я от него милосердия или безжалостных сексуальных пыток.

Его бедра слегка толкнулись в меня.

— Хорошо, но только потому, что ты была достаточно вежлива, чтобы сказать «пожалуйста».

Я немного расслабилась, но это оказалось ложным чувством облегчения. Когда напряжение в моем теле спало, Атлас сделал свой ход. Его рот опустился к чувствительной части моего локтя, его зубы задели кожу, когда он посасывал плоть. Движение его языка по внутренней стороне моей руки послало быстрый и яростный поток удовольствия прямо через меня. Мое тело яростно дрожало, пока я боролась с ошеломляющим ощущением, врезавшимся глубоко в мой центр.

Прежде чем мое тело сдалось, я крепко зажмурила глаза, чтобы Атлас не увидел, как по ним течет черный цвет. Вскрикнув в экстазе, все мое тело затряслось, когда я кончила достаточно сильно, чтобы увидеть чертова Святого Духа.

Атлас не отрывался от моей руки, продолжая целовать и посасывать кожу, пока я терялась в кульминации. Он не дал мне отдышаться — продолжал двигаться во мне, помогая прожить каждую вспышку наслаждения. Сначала движения были плавными, но по мере того, как его жажда удовольствия росла, это начало отражаться в его более грубых толчках. Как только я убедилась, что темнота исчезла из моих глаз, я медленно открыла их.

Отпустив мой локоть, он оставил после себя красное пятно. Он обхватил меня сзади за бедра и страстно поцеловал, вынося из кухни. Следующим шагом была гостиная, где он упал на диван, а я приземлилась на него сверху.

Я взяла под контроль движение между нашими телами, прижимаясь своими бедрами к его. Моя киска доила его член каждым движением моих бедер.

Руки Атласа сжали округлые выпуклости моей задницы, прежде чем скользнуть вверх, чтобы взять в каждую горсть мои груди, пока они подпрыгивали в такт движениям.

Все еще находясь в некотором тумане после оргазма, я слегка откинула голову назад и застонала, проклиная то, как мое тело снова напряглось.

— Блядь, Атлас, твой гребаный член!

Он наклонился вперед, опустив одну руку, чтобы захватить ртом мой твердый сосок. Прикусив его, он обвел языком вершинку. Бедра Атласа двигались в такт моим, снова и снова вонзаясь глубоко в меня.

После того как он насладился обоими моими сосками, его руки обхватили мои бёдра, опуская их вниз — сильнее, грубее, с каждой новой волной желания.

— Вот и все, Кинли, покажи мне, как сильно тебе нравится скакать на моем члене. — Он издал глубокий стон, когда удовольствие поглотило его.

Прошло совсем немного времени, прежде чем я была ошеломлена очередным падением с пропасти божественного наслаждения, мои соки потекли по члену Атласа и испачкали нас обоих.

Мы перебрались с дивана на кресло-папасан, оставляя на своем пути разрушительный след. Предметы, сброшенные с приставных столиков, картины на стене, сбитые криво, и предметы, стянутые с полок в процессе попыток ухватиться за что-нибудь в порыве удовольствия.

На первом этаже не было ни одной комнаты, которую не окрестили во время нашего жаркого воссоединения. Мы успели добраться до середины лестницы, когда Атлас начал трахать меня сзади, вбиваясь всё глубже.

— Черт возьми, ангел, ты готова принять мою сперму? — Его голос был напряженным от усилий, когда он начал терять ритм.

Держась одной рукой за балясину, а